Дмитрий Буров – Учитель. Назад в СССР 6 (страница 4)
— Так точно! Всегда готовы!
— Ну что ты, Борька! — скривился Ленька. — Ну, договорились же! Так точно надо отвечать!
— Я это… забыл я…
— У него память девичья, — хихикнула Верочка.
— Сама ты девичья, — хмуро огрызнулся Борька Усатый. — Я это… понял я… Так точно… — смутился Боря.
Я улыбнулся одобряюще и отдал команду:
— Шагом марш! — мы с семиклассниками двинулись по сельской улице в сторону околицы, а затем к реке.
Денек для похода обещал быть отличным. Раннее летнее утро бодрило свежестью, но солнце уже пригревало. Тур выходного дня с ночевкой я запланировал давно. Почти сразу, как узнал, что стал классным руководителем седьмого класса. И вот, наконец, мои выпускники сдали государственные экзамены, получили аттестаты и отправились поступать в учебные заведения своей мечты.
После выпускного прощального вечера, который прошел на редкость по-домашнему и очень спокойно, я позволил себе несколько дней отдохнуть, занимаясь исключительно рабочими моментами. Заодно познакомился с характеристиками семиклашек и побеседовал по душам с бывшей классной руководительницей.
Мария Сергеевна к моменту нашего разговора уже успокоилась, потому рассказывала о ребятах по справедливости, подсвечивала сильные и слабые стороны, делилась, кто чем увлекается, какая обстановка в семье, кто о чем мечтает. К моему удивлению, учительница на самом деле не считала свой класс хулиганистым. Уверен, Мария Сергеевна ни за что не отказалась бы от ребят, но личная жизнь для женщины, как и будущие собственные дети, намного важнее двух десятков чужих сорванцов.
Нынче под мое начало попала великолепная двадцатка. Что характерно, класс в основном состоял из пацанов. Подобный расклад в принципе нетипичен, если верить статистике, по которой на десять девчонок всего лишь восемь ребят.
У меня оказалось с точностью до наоборот: восемь девчат на двенадцать ребят.
— Пришли, Егор Александрович! — раздался голос Леньки Голубева. Колонна дрогнула и остановилась на краю села возле кромки леса.
— В колонну по одному становись! — скомандовал я. — Шагаем друг за другом, соблюдаем дистанцию, на пятки товарищу не наступаем. Готовы?
Я дождался громогласного: «Всегда готовы», — усмехнулся, оценив Ленькино расстроенное лицо, и скомандовал: «Шагом ма-а-рш!»
И мы зашагали знакомой тропой вдоль песчаного берега речки, где приключилась драка с Рыжим, все дальше и дальше от села. Тропинка виляла между деревьев и кустов, уводя все глубже в лес, пронизанный солнечными лучами. Воздух искрился от золотой пыли, будоражил ноздри ароматом прелой листвы, влажной прохладностью речки. Тревожил воображение утренним легким туманом, который нехотя уступал место новому дню. Пели птицы, стрекотали незримые насекомые, тихо шуршал под ногами плотный лесной ковер, сотканный из прошлогодней листвы и хвои. Лес встречал нас с открытой душой, заманивая все дальше и дальше, обещая приключения.
— Может, песню споем? — предложила Тася.
— Вот еще… Мы что, в хоре что ли, — фыркнул в ответ кто-то из пацанов.
— А, правда, давайте споем походную пионерскую, — поддержал я идею Таисии.
— Это какую? — крикнул Ленька, обернувшись на ходу.
— А вот такую…
Я на секунду задумался и запел, искренне надеясь, что песня известна пионерам из шестьдесят седьмого. Ну а нет, скажу, московские ребята сочинили. Понравится, значит, выучим, сделаем своей.
Девчонки хихикнули, услышав мое пение. Мальчишки поддержали нестройными голосами. Ну а припев мы грянули уже все вместе.
Тропинка уводила нас все дальше и дальше. Семиклассники расслабились, шутили и пели песни, успевая поднимать шишки и сброшенные деревьями ветки. В какой-то момент мы свернули ближе к реке. Извилистая серебристая змейка замелькала между стволами деревьев, дразня обещанием свежести и веселого купания. А может даже и хорошей рыбной охоты.
— Егор Александрыч, а вы рыбу ловить умеете? — поинтересовался Васька Кнут, словно прочитав мои мысли.
— А как же, Василий, и рыбу, и птицу, и на зверя могу, — ответил я.
— Так вы жеж городской, — изумился Генка Соловьев. — Ой, извините… — тут же смутился пацаненок.
— И что, что городской? Думаешь, они там все безрукие? — выступил в мою защиту Ленька Голубев.
— Ну а то… У них там эти… как их… джунгли во! — авторитетно заявил Витька Заречный.
— Чего? Какие такие джунгли? Там у них парки есть, это да. С аттракционами. Джунгли только в Африке бывают, бестолочь! — Высказал свое мнение Витька Воробьев.
— Городские, во! Так дядька мой говорит. Он в городе целый год жил! Во! — пояснил свою позицию Виктор.
— Сам ты в Африке! — снисходительно выпалила Верочка. — Егор Александрович! Двойку ему по географии надо поставить! — авторитетно объявила мелкая ябеда.
— И где же, по-твоему, джунгли, а? Ну где? — завелся с пол-оборота Воробьев, или Воробей, как звали его друзья.
— Где, где, на американском континенте. Вот где! — торжествующе выпалила Верочка. — Правда же, Егор Александрович?
Девочка обернулась на меня в поисках подтверждения и едва не споткнулась.
— Осторожнее, Вера! — прикрикнул я. — Смотри под ноги, не отвлекайся.
— Ай! Ты мне на ногу наступила! — возмутилась Таисия.
— Я нечаянно! — отмахнулась Вера.
— За нечаянно, знаешь, как бьют? — тут же спросил Борька Усатый. — Ну, знаешь или нет? А?
— Ну и как же? — поддалась на провокацию Вера.
— Отчаянно, вот как! — хохотнул Борис.
— Егор Александрыч! Чего они! — возмутилась Верочка.
— А ты не умничай, вот и ничего! — отрезал Борис, не оглядываясь.
— Джунгли, ребята, не только на американском континенте имеются, — прекращая ссору, начал я рассказывать. — В Африке тоже есть. Их называют тропическими дождевыми лесами. И тянутся они на многие километры с запада на восток и с севера на юг. Самые огромные африканские джунгли находятся в Конго. По своей территории они немногим меньше джунглей Амазонки.
— А что больше? Наш лес или джунгли? — заинтересованно уточнил Илюша Бровкин.
— Сравнил! Наш лес, конечно, большой, но там-то целые джунгли. Конечно же, джунгли больше, — фыркнула Верочка.
— Ну я не про наш именно лес… Тут всё ясно. Лес у нас большой, это да. Но ведь у нас много лесов и тундра есть, — уточнил Илья. — Я вообще про мир! — мальчишка развел руками, показывая, что интересовался насчет всей планеты.
— Сибирская тайга — это двенадцать миллионов квадратных километров, — ответил я. — А джунгли на нашей планете занимают площадь в пять с половиной миллионов квадратных километров.
— Ого! Ого-го! — радостно загомонили пацаны. — Вот это да! Наша тайга самая-пресамая большая в мире! Ура-а-а-!
— Чего раскричались, — заворчала Верочка, когда мальчишки угомонились. — Сейчас ка-а-ак выйдет медведь! Будете знать!
— Ой, — молчавшая до этого момента Валя неожиданно пискнула и завертела головой.
— Да ну тебя, Верка! — возмутилась Таисия. — Нет тут никаких медведей. Они глубже в лесу живут, подальше от людей! Чего им тут делать.
— А вот и есть! — заявила Вера. — Мне папа рассказывал, что медведи весной выходят к людям, потому что кушать хотят.
— Так то весной, — философски протянул Василий. — Сейчас-то лето, им жратвы полно.