Дмитрий Билик – Временщик 5 (страница 48)
Мне казалось, что он издевался, называя как раз те места, куда мне вход был заказан. Настоящие эмоции по лицу Игоша так просто и не различишь. Вот Дмитрий ухмылялся – будто заранее зная ответ. Его лицо ясно говорило – никуда ты теперь не денешься. И нечто детское внутри меня как раз и сопротивлялось подобной предопределенности.
– Мне нужно подумать.
– Конечно, ты волен принимать любое решение. Никто здесь не будет тебя ни к чему принуждать. Осмотрись, загляни в библиотеку. Там много интересного. Времени у тебя достаточно. Как только определишься с ответом – найди меня.
Вот теперь я понял, что Игош действительно тонко издевался. Как раз времени у меня и не было. Но не признаваться же сейчас в этом. Троица, во главе с мейрцем, отошла от нас, и мы остались вдвоем с Рис.
– Не нравятся мне эти ребята, – подала голос девушка.
– Так они не сахарная вата, чтобы тебе нравится. Хотя согласен, внятного ответа я так и не получил. Думаю, они делают так специально. Знаешь, как наркоторговец, первую дозу дает бесплатно, а вот когда ты привыкаешь…
– И что? Станем теперь хорулами?
– От тебя никто не требует никаких жертв.
Рис поджала губы и зло сверкнула глазами. Но, немного помолчав, все же ответила.
– Я думаю, что сохранение баланса – не такая уж плохая идея. Мирам порой именно этого не достает.
– Ага. Только интересна цена подобного баланса. Ладно, пойдем, заглянем в библиотеку. Других достопримечательностей я пока не вижу.
Местное книгохранилище походило на огромный кафедральный собор. Свод оказался так далеко, что из-за сумрака не представлялось возможным разглядеть его тщательно. К массивным шкафам были приставлены лестницы на колесах, а расстояние между проходами оказалось такое, что легко могла бы проехать малолитражка. Вкупе с немногочисленными хорулами, укутанными в свои мантии, создавалось ощущение, что ты находишься как минимум в очень крутом и дорогом монашеском ордене.
– Добрый день, вам чем-нибудь помочь? – с видом продавца-консультанта обратился к нам двухголовый огр.
Впрочем, был он таким недолго. Заметив мое смущение, незнакомец довольно быстро изменил свою оболочку, став человеком. Низеньким черноволосым пареньком с огромными глазами и смешными оттопыренными ушами. Мне кажется, это существо специально выбрало образ эдакого недотепы, чтобы мы его не опасались.
– Кто ты? – спросил я.
– Керианец. Один из немногих выживших.
– Откуда ты, где находится твой мир?
– Уже нигде. Он сожжен дотла Игроками. И Вратари закрыли его, как непригодный для жизни. Понимаешь ли, там был слишком ценный ресурс.
– Какой?
– Мы. Его жители. Керианцы способны менять на непродолжительный срок свою оболочку. Лакомый кусочек для многих Игроков. Все хотят держать в рабстве идеального шпиона. Извини, но я больше не могу…
Его кожа пошла рябью, а сам керианец словно стал таять. Лицо оплывало, ровно, как и фигура, пока не превратилось в нечто среднее между растекшимся морожеными и куском жира. В многочисленных складках, ростом не более метра, на меня смотрело разумное существо, напоминающее слизня.
– Уже не так приятно, да?
– Вопрос привычки, – ответил я. – Итак, ты тут вроде библиотекаря.
– Архивариуса. Я до сих пор изучаю великую библиотеку хорулов. И по сей день для меня находятся различные сюрпризы.
Он вскинул все четыре крохотные ручки, демонстрируя богатство и одновременно непостижимость всего, что находилось вокруг. Рис, к слову, уже скользила взглядом по полкам. Тут были не только книги – пергаменты, папирус, глиняные и каменные таблички. Даже какие-то странные кубы, собранные в отдельном месте. Видимо, уже продукт развитых миров.
– Я слышал, что здесь есть информация практически о любом Игроке.
– Если он представлял из себя что-то важное, то несомненно, – кивнул керианец, отчего его желеобразная голова чуть не переместилась на спину.
– Есть что-нибудь про… про Охотника?
– Сейчас посмотрим, – кейринец превратился в рослого архалуса и упорхнул вглубь библиотеки.
Мне пришлось бежать за ним, чтобы не отстать. И все равно я заблудился в переплетениях книжных шкафов. После минуты бесплотных поисков и пары крепких ругательств, мне удалось выйти к читальному залу. Ну, или нечто, что его заменяло. Здесь за столами сидело несколько хорулов самых разный рас и просматривали огромные фолианты. А еще через пару секунд с книжкой в руке появился мой новый знакомец. Он аккуратно положил явно древний томик на свободный стол и почти сразу превратился в себя самого. Видимо, вновь устав находиться в чужой шкуре.
Я завороженно смотрел на строчки, даже забыв поблагодарить архивариуса. Потому что там, на смеси языков Отстойника, была написана история моего учителя.
Я оторвался от книги.
– Здесь некоторые места пропущены.
– Просто ваш навык Лингвистики не так высок. Признаться, я тоже не силен в человеческих языках и диалектах, – разоткровенничался керианец. – А ведь сколько времени с тех пор прошло.
– Сергей! – вынырнула откуда-то Рис, держа в руках книгу.
На ее выкрик все, включая меня, осуждающе обернулись. Правильно, тишина должна быть в библиотеке. Однако девушку молчаливое осуждение не смутило.
– И ты, уважаемый э…
Тут я тоже вдруг вспомнил, что керианец не представился. Как-то неудобно, блин. Однако Рис проигнорировала и это.
– Скажи, я правильно все поняла. Твой мир, Кериан, по вашей классификации под номером семьдесят шесть?
– Да, это все известно, – спокойно ответило желеобразное существо. – А что такое?
Я лишь сглотнул образовавшуюся слюну и почувствовал, как волосы встают дыбом. Обернулся на Рис, торжествующе глядящую на меня. Мол, смотри, чего раскопала.
– А то, что первый Игрок, которого я убил, был как-то связан с вашим миром.
Глава 27
Наше занятие определяет нас самих не меньше, чем страна, в которой мы живем, социальное положение или уровень достатка семьи. Скажешь автомеханик и перед глазами предстает образ мужичка в замызганном комбинезоне и пахнущего маслом и бензином. При слове пекарь ты сразу думаешь о добродушной тетеньке, не менее сдобной, чем ее выпечка. Так всегда и во всем. Стереотипы работают быстрее нашего восприятия. Иногда помогая, а порой и мешая.
Но вот как определяло Игроков собственно то, что они были Игроками? Я только сейчас задумался этим вопросом. Самый простой ответ – никак. А вот, если слегка перефразировать, то получалась другая картина. Как определяло Ищущего его занятие? Очень просто. Каждый из нас искал свое место в жизни, свои ответы, свой смысл.
Можно сказать, что любой человек занят этим? И да, и нет. Люди ограничены своими проблемами и, что еще немаловажно – временем. Семьдесят-восемьдесят лет, у кого-то больше, у кого-то меньше. Тогда как у Ищущего срок жизни – нечто абстрактное, если правильно распорядиться своим существованием. И одновременно с этим возникает вопрос другого толка – поиск себя не в одном мире, а во множестве. Который можно обозначить, как поиск смысла жизни. И если для обычных людей – это вопрос потонувший в вечности, то для сверхсущества, которыми мы и должны в конечном счете стать – сверхцель.
Моя задача сейчас была проста и одновременно заковыриста. Понять, почему Голос семьдесят шестого эфета пожертвовал своей жизнью, чтобы сделать меня Игроком? Про этих самых эфетов мы тоже нашли, спасибо архивариусу. Если говорить коротко, то у хорулов была интересная иерархия. Существовал Совет, который возглавляли эфеты. Они вроде как являлись главными в мирах, где велось наблюдение.
Следили эфеты лично. Потому практически всегда присутствовали в этих самых мирах и отсутствовали в Совете. Эдакие полицейские под прикрытием со всеми функциями начальников. А их волю, намерения и разные мысли озвучивали Голоса. То есть другие хорулы, подобранные самими эфетами.
Раньше, как мы узнали из книг, Совет был огромным. Но постепенно становился меньше, пока не пришел к нынешнему размеру. Какие-то миры разрушались, другие закрывались из-за полного исхода оттуда существ (добровольно и насильно, как в той же истории с переселением зверолюдов), а ситуация, когда по каталогу мир числился, но никто его не представлял в Совете, была не такой уж редкой.
Вот тут и появился этот самый Голос семьдесят шестого эфета. Что являлось само по себе бредом. Потому что на тот момент в Кериане никакого эфета не было. А вот Голос появился. Больше того, произошло это так недавно, что никто даже справок никаких не навел – что это за Ищущий? Представьте, в один день приходит к вам на работу человек и говорит, что не только работает, но и является помощником заведующего производством. Все бы хорошо, да эту должность у вас упразднили. Бред? Еще какой. Тот же керианец это подтвердил. А вот Игоша подобный расклад устраивал. И, как я понял, еще нескольких хорулов из Совета тоже.