Дмитрий Билик – Временщик 2 (страница 50)

Я осматривал кучу пустых бутылок, кувшинов, пластиковых баклажек (похоже, даже в город выходили) и все думал. Это же сколько здоровья надо, чтобы столько выпить? Спросить было не у кого. Потому что организаторы данного симпозиума лежали в обнимку на кровати Троуга.

Нет, ничего такого, оба в одежде. Лиций спал «звездой», широко раскинув лапы. А корл лежал на боку, свесив одну ногу на пол и крепко держа зверолюда за хвост. Какая милота, даже жаль разрушать такое. Я толкнул Троуга ногой, но соотечественник не отреагировал. Вот надрались же. Пошлепал по щеке Лиция, тот же эффект. Прислушался, нет, дышат.

— Можешь не пытаться, — сказала Рис, подходя ко мне. В руке она держала небольшую бутылочку из темного стекла, похожую на те, в которых бывают лекарства, — они под стоком.

— Это чего, наркота что ли?

— Ну вроде. Сильнейший стимулятор, дает на определенный промежуток приток всех параметров. Одновременно улучшает способности для мозга и тела. Его делают в Кирде.

— Это далеко?

— По цепи — через три мира от нашего.

— Хорошо, а какая побочка?

— Да вот она, перед твоими глазами. После кратковременного эффекта идет полнейший отруб. Конечно, все зависит от веса и количества принятого… — девушка задумалась, — если они вылакали весь пузырек, да еще запили алкоголем, то на пару дней с ними можно точно распрощаться.

— Замечательно, — выдохнул я.

— Чего замечательного? — не поняла Рис.

— Вот почему они не окажутся рядом, когда придет Морос. Они не умрут, а просто будут спать. Лучший из возможных раскладов. Зная Троуга, он бы точно полез в бутылку. Пойдем, пусть мужчины спят. Разве что…

Я ухмыльнулся своей довольно нетолерантной шутке. После чего принялся стаскивать одежду сначала с Троуга, а потом и с Лиция. Пришлось непросто, учитывая вес одного и другого. Оставил их лишь в исподнем, заботливо накинув сверху покрывало, валяющееся на полу.

— Это еще зачем?

— Чтобы не нажирались до беспамятства. Пусть хоть немного подергаются. Пойдем.

Я осторожно поставил обратно дверь. С силой потянул и снова раздался хруст дерева. Легонько постучал, вроде держится.

— Рис, тогда встречаемся в «Харчевне». Мне еще в пару мест надо заскочить. Продуктов там купить…

— Сереж, а можно с тобой?

Вопрос был настолько неожиданный, что я даже растерялся. Силился найти нужный ответ, да так и не смог. Лишь неубедительно пожал плечами, после чего все же кивнул.

Разменял тридцать грамм пыли на рубли, и мы пошли прочь из общины. Чувствовал, себя, честно говоря, неловко. У нас с Рис были товарищеские отношения «на расстоянии». Мы общались и по возможности помогали друг другу, не вмешиваясь в личную жизнь. А теперь я иду вместе с девушкой-Игроком за продуктами, которые потом следует отвести домой. Если она Лаптя заметит? Не любит он такого. Да ладно с домовым, что, если меня Юлька увидит?

— Ты же не сюда собрался такси вызывать?

— Ну вообще сюда. Мы же вышли из общины.

— Сергей, посмотри вокруг. Ближайший дом, к которому тебя привяжет навигатор, двухэтажная развалина. Живет там от силы восемь семей. И подумай, сколько таких новеньких, кто только стал Ищущим, вызывает машину, сразу выйдя что из общины.

— Много, — сам понял я свой прокол.

— Будешь так действовать и дальше, получишь первое предупреждение относительно третьего правила Отстойника. И будут за тобой Стражи поглядывать. Оно тебе надо?

Я помотал головой, вспоминая. что с Охотником мы остановились не у общины, а проехали чуть дальше. Отсюда так вообще на автобус сели. Вон оно что. Век живи, век учись. Пришлось пройти квартал и вызвать машину совсем на другой улице. И уже оттуда гнать на Базарную.

Весь путь Рис молчала, отчего я чувствовал себя еще более неуютно. Думал, если напросилась, то и разговор какой-то у нее есть? Так же вообще странно. Зато уже на самом рынке девушка оживилась. Два раза отговорила от покупок, указав на более низкую цену. Я было заметил, что все нормально, деньги есть. Чем был удостоен такого неодобрительного взгляда, словно на глазах у ребенка из вечно голодной Африки съел двойной чизбургер.

И пусть я не купил все заказанное домовым, но с рынка вышел с похудевшим кошельком, хоть и налегке. Налегке — потому что пять огромных пакетов убрал в инвентарь. Ноги, конечно, потяжелели, да и спина напряглась, но будто на ней был небольшой рюкзачок килограммов на пять, а не ноша для прокормки отряда солдат.

— Вот эта пятиэтажка? — спросила рисовальщица, когда мы подъехали к дому.

— Ага, — буркнул я, расплачиваясь.

Не знал, стоит ли открывать ей дверь. С одной стороны вроде товарищ, с другой — девушка. Что там в этикете сказано про симпатичных девушек-пацанок, с которыми у тебя нет амурных отношений? Вот и я не помню. Благо, Рис решила мою загадку довольно быстро, выбравшись самостоятельно.

Как назло, на скамеечке сидел профессор. Он с явным интересом оглядел мою спутницу и, мягко улыбнувшись, приподнял помпон своей шапки.

— Мое почтение.

— Здравствуйте, Петр Сергеевич, — заторопился я к домофону.

Юркнул в подъезд, проклиная мальчика-Сережу за слабовольность. Вот чего взял с собой Рис? Зачем, спрашивается, если чувствую себя не в своей тарелке? Ладно, сейчас закидываю продукты и едем на деловую встречу с демонами. Открыл дверь и быстро, чтобы домовой понял, что я не один, громко заговорил.

— Кис-кис-кис, Лап… Лапа, хозяин пришел. Кис-кис-кис!

— У тебя кошка?

— Ага, забилась куда-то, не высовывается. Ладно, сейчас мы быстро…

Но я не договорил, потому что мои глаза полезли на лоб. Лапоть, собственной персоной, стоял в коридоре. Материализовался, как всегда, молниеносно. Он осматривал Рис не просто с любопытством, а с нескрываемой радостью.

— Привет, Лапоть, — наконец сказала девушка.

— Здравствуйте, Дарья Михайловна.

Я застыл, как изваяние, не в состоянии осмыслить происходящее. И лишь спустя какое-то время задал риторический вопрос.

— А вы знакомы?

Глава 26

Существует три вида сюрпризов: приятные, неприятные и обескураживающие. С первыми все понятно. Приплетешься уставший домой, а там килограмм черешни и записка от мамы. Мол, приходила, принесла гостинец, кушай, золотце, не обляпайся. Со вторым тоже нет вопросов. Обычно такими новостями любит радовать начальство в виде дополнительной нагрузки или неожиданной командировки в какой-нибудь Хрень-Илецк. Еще и говорят слащаво-противным тоном: «Миша, (Женя, Сережа), у нас для тебя сюрприз».

Вот с третьим видом все вообще очень сложно. Он из разряда бразильских сериалов, когда живешь-живешь, а оказывается, что дон Эстебан Сан Хосе Маурито твой родной отец. И не плохая новость, и не хорошая, потому что в будущем может стать любой из них. А в данный момент обескураживающая — ибо ты стоишь, офигеваешь и не знаешь, как реагировать.

Вот примерно с такой же физиономией я прихлебывал чаек, чувствуя себя лишним на собственной кухне. Лапоть разбирал продукты, на некоторые удовлетворенно кивая, на другие укоризненно мотая головой. Рис спрашивала его о жизни после гибели какого-то Марка. На что домовой отвечал неохотно и немногословно, изредка косясь на меня.

— Дарья Михайловна, — я поставил кружку на стол. Рис вздрогнула, то ли от резкого звука, то ли от собственного имени, — а мне никто не потрудится объяснить, что у тебя за отношения с моим домовым?

— Да никаких отношений, — дернула плечиком девушка. Однако слишком резко, деланно, словно пыталась показать, что здесь действительно ничего особенного, — знакомый общий был.

— Марк. Это я понял. А если подробнее рассказать?

— Да нечего тут особенно рассказывать, — Рис повысила голос. Ого, как завелась.

— Хорошо, — успокоил я ее взмахом руки, — не хочешь, не говори. У меня для этого Лапоть есть.

Мой приживала, слушавший нашу перебранку более, чем внимательно, как-то странно икнул и исчез. Ага, щас.

— Лапоть, иди сюда!

Домовой появился и тут же исчез… Снова появился и исчез. И так несколько раз, пока не остался стоять с виноватым видом возле тумбочки. Лицо его выражало такую степень муки, что растрогались бы даже бесчувственные эсэсовцы. Однако мне необходимо было разобраться в этой Санта-Барбаре.

— Лапоть, ты же мой домовой?

— Да, — обреченно произнес тот.

— И слушаться меня должен. Верно ли понимаю?

— Верно, — тише ответил Лапоть.

— Если я скажу, вынужден будешь исполнить?

— Исполню, — голос домового был похож на писк мыши.

— Ну хватит мучать Лапу! — не выдержала Рис. — Я встречалась с его прошлым хозяином. Теперь ты доволен?

— Не совсем, — покачал головой я, — ты свой шанс упустила. Я буду разговаривать с Лаптем. Итак, сокол ты мой сизый, откуда знаешь Рис… Дарью Михайловну то есть?

Ответил домовой не сразу. С минуту он собирался духом, несколько раз открыл рот, но все равно говорить стал после длинной паузы.

— Невеста она была хозяина прошлого.