Дмитрий Билик – Временщик 2 (страница 49)

∞

— Ты вчера был у Оракула.

Я отскочил в сторону, контратаковал кошкодером, но промахнулся. И все-таки снова получил прутом.

Навык Бездоспешного боя повышен до восьмого уровня.

– ***, — я даже не выругался, у меня просто вырвалось.

— Это не ответ, — приложился наставник еще раз.

Ваше состязание окончено.

Ищущий предлагает вам вступить в состязание до Первой крови.

Ага, щас. Бегу и спотыкаюсь.

— Может скажешь, чего ты на меня так взъелся?

— Мог предупредить, куда отправишься.

— Мне что теперь, о каждом шаге отчитываться?

Я не заметил, как поднялся на ноги и уже оказался возле наставника, гневно смотря в глаза.

— Ты слишком недооцениваешь свою жизнь, — хмуро ответил Охотник.

— Так ты скажи, для чего мне ее ценить? Чем она важна? Почему хорул пожертвовал своей, чтобы я стал Игроком? Ну давай! Ведь все все вокруг знают, один я тыкаюсь как слепой котенок в поисках титьки.

Внутреннее недовольство, давно зреющее и ищущее выхода, вдруг выплеснулось. Я сам не отдавал отчета своим словам. Мозг лишь успевал обрабатывать уже сказанное. А когда выпалил все, замолчал. Только теперь понимая, что ляпнул лишнее.

— Скоро узнаешь. Скоро обо всем узнаешь. На сегодня тренировка окончена.

Ушел Охотник эффектно. Тень упала на снег и заскользила наверх. Ну вот же, дебила кусок. Чего накинулся? Понятно, что наставник знает что-то, чего не знаю я. У него все карты на руках и он понимает, как действовать. Но опять же, «его правильно» может категорически не соответствовать моему. Что тогда делать?

Одно я понял точно — когда придет Морос, Охотника рядом не будет. Я не скажу ему. Во-первых, это действительно не его схватка. Во-вторых, я все еще не мог забыть про чертово проклятье Оракула. Того самого, что был прежде, настоящего. А оказаться причиной смерти Охотника желания нет.

Тогда остается одно — выяснить, что случится с Троугом и Лицием. Признаться, их отсутствие в видениях Оливерио весьма тревожило. Уж слишком часто мое имя стало ассоциироваться со смертью. Надо найти их и попытаться максимально обезопасить. Отослать в Пургатор или на родину корла. Пусть пересидят пару дней, пока все не поутихнет.

Вызвал такси прямо к «Пятерочке». Пока ожидал машину, осмотрел ушибленную руку. Тут будет не синяк, а синячище. И самое главное, каждое движение отдавалось болью. Ладно, перетерплю пока, а вечером Лапоть подлечит.

Подъехал убитый «Опель». Я сел, пристегнулся и еще раз назвал адрес. Удивительная способность у некоторых таксистов задавать дурацкие вопросы. Ну не хочу я общаться, не хочу. Достал телефон, написал сообщение, убрал, пялясь в окно. Мы уже выехали из моего района, когда в голову пришла шальная мысль. Я тихонечко вытащил свисток и, дождавшись удобного момента, свистнул.

Мы как раз стояли на перекрестке, ожидая зеленого. Таксист, как и предполагалось, ничего не заметил. Хотя все же поковырял пальцем ухо. А вот флюорики прилетели довольно быстро. Было их намного меньше, чем предыдущих, видимо, сказалось удаленность от роя.

— Блин, этот олень дальний что ли включил? — зажмурился водила.

— Ага, по ходу, — кивнул я, — все, зеленый, можно ехать

Таксист тронулся и лишь часть флюориков последовала за нами. Спустя же метров сорок и они отстали. Нет, не из-за скорости. Видимо, летуны не могли определить, за кем двигаться — для них все вокруг шумело. Что ж, это для меня было очень важной информацией, которая в скором времени пригодится.

Дальнейший путь прошел без приключений. Лишь после моста немного постояли из-за аварии. Но таксист ловко перестроился из ряда в ряд, под отборный мат подрезанного водителя «Фольксвагена». Даже поморгал ему аварийкой, наглец, вроде спасибо, что пропустил. На прощание попросил поставить пятерку в приложении и был таков. Веселый парень.

Провожая взглядом «Опель», я машинально потянулся в карман. И даже удивился, не найдя там сигарет. Вот же, бывают фантомные боли, а у меня фантомные привычки. Уж сколько времени прошло, почти перестал думать о маленьких солдатиках смерти и на тебе. Хотя, может дело не в самом никотине, а психологической зависимости? Мне не хотелось идти в общину, не хотелось думать, что может произойти с Троугом и Лицием, не хотелось врать им и, тем более, говорить правду. Каждый же курильщик любую паузу, тем паче тревожную, всегда заполняет сигаретой. Ладно, не мой вариант.

Община жила своей жизнью. Разве что народу чуть поменьше, зато я увидел двух диковинных существ. Первый — механоид-зверолюд. Хотя от последнего у него остался лишь длинный крокодилий нос и правая сторона головы. Все же тело, включая конечности и суставы, были заменены деталями из различных сплавов. Причем, и это самое удивительное, механоид не скрывал их кучей одежды. Лишь на груди виднелось нечто вроде накидки, функциональное назначение механоида тоже оставалось загадкой.

Второе существо, входившее в свиту роботозверолюда, поражало своей красотой. Длинные каштановые волосы, смуглая кожа, тонкий нос и особая стать высокого роста. Намного выше двух метров. Двигался иномирянин странно, короткими рывками, будто отдыхая после каждого шага. Полы парчового халата, усеянные драгоценными камнями, волочились по снегу, оставляя после себя след. Но любой жест или движение завораживали. Я не сразу сообразил посмотреть на плашки над каждым. Иномирянин значился диковинным словом Кирракет, а механоид оказался Правителем Второго Порядка.

Они явно прибыли недавно, потому что процессия из нескольких телохранителей-механоидов (менее роботизированных, чем предводитель) двигалась от врат. Но пришельцы удивили. Направились не к сахему, а в сторону торговых рядов. Сомневаюсь, что решили прошвырнуться сюда и пошопиться. Ну да ладно, у меня сейчас совершенно иные заботы.

Рис оказалась на своем родном месте у стола. Одну ногу согнула под себя, другую, недавно сломанную и вылеченную, вытянула в проходе. Рисует, старается, разве что язык от усердия не высунула.

Я сначала сходил за пивом, хотя брать местное после пражского было кощунством. Но, если честно, хотелось пить. Да и не успел я привыкнуть к хорошему. Взял обычную бутылку «Оттингера» и подсел к Рис.

— Привет.

— Привет. В день, когда ты перестанешь пить, пойдет дождь из лягушек.

— Просто мы видимся обычно в неудачное время.

— Угу. Я тебя ждала, кстати.

— Чего не позвонила?

— Потому что разговор не телефонный. В общем, покупатели копья в городе. Но в общину они прийти не смогут. По определенным причинам.

— Мне это уже не нравится.

— Это еще не все. Они настаивают, чтобы присутствовал тот, кто добыл копье.

— Извини, я поторопился. Вот теперь мне это точно не нравится.

— Но там сумма космическая. Два килограмма.

— А сколько за когти выручила?

— Кило двести.

Я удивленно покачал головой. Не тем занимаюсь, ой не тем. Поручения какие-то нелепые беру, задницу на части рву, а тут стоит-то всего-навсего маникюр гарпиям насильственным способом делать. И бах, озолотилась с головы до ног. Я вдруг замер, поняв одну простую вещь.

— Погоди, если мы продаем копье и ты получаешь деньги, то разберешься со всеми проблемами?

Рис помолчала, а потом как-то скромно кивнула.

— Я сразу отдам, как смогу.

— Да, да, кто-то мне еще три или четыре спасения торчит. Я уже, признаться, сбился со счета. Так куда нам надо явиться? Учти, в злачные места не поеду. Мне в Бельдяжки нельзя.

— Ты в моих умственных способностях не сомневайся. Я договорилась встретится в «Харчевне».

— Это которая в Московском районе?

— Ага. Сегодня, после трех.

Я посмотрел на часы. Еще куча времени. Как раз успею уважить Лаптя и прикупить всего по мелочи. Поэтому согласно кивнул.

— Единственное но. Надо проведать Троуга.

— Я уже пыталась. Но дверь никто не открывает.

— Значит, плохо пыталась. Пойдем, вместе поглядим.

Мы вышли на улицу и направились к вратам. Проходя мимо узенького перекрестка, выходящего на торговую улочку, я заметил ту самую забавную процессию механоидов. И стояли они у дома Румиса. Подумал сначала, что странно. Но потом вспомнил, что Модификатор и сам не совсем перг. Может, это нечто вроде слета одноклассников?

Обычно открытая для всех прохожих симпатичных женщин и выпивки дверь Троуга оказалась заперта. Я с понтом дела, будто был заправским медвежатником, осмотрел замок и почесал затылок. Тут бы взломщика, а здесь только полукровка-корл. Однако и у меня были размышления на сей счет.

Я отодвинул Рис подальше, сделал несколько шагов назад в стиле Криштиану Роналду и понесся на дверь. Момент соприкосновения не увидел, потому что закрыл глаза, однако судя по хрусту дерева, дело пошло. Повторил процедуру, приложившись чуть сильнее и косяк отлетел в сторону вместе с планкой.

— Фу! — закрыла нос Рис.

Да, благоухало тут жутко. Не хватало только таблички «Дышите глубже, проезжаем Сочи». Запах неделю ношеных носков, долго немытого тела и перегара. Я сам открыл дверь пошире и не торопился оказаться внутри. Лишь немного продышавшись понял, что нельзя отсрочить неизбежное, вдохнул поглубже и шагнул в дом.

— Ну и жесть, — послышалось позади, — если бы это были рыбки, я бы сказала, что они умерли. Вот ведь воняет!

— Да, что называется, в сельском магазине из легких вин была только водка, а из цитрусовых лишь репчатый лук. Потому глинтвейн вышел не очень.