Дмитрий Билик – Временщик 2 (страница 5)
Мы отошли немного от привратников. Девчонка-архалус, что бегала за Илией, вытягивала шею и шикала на своего коллегу. Бедняга пытался заговорить, а вот она явно хотела услышать совершенно другой диалог. На всякий случай отошел еще дальше.
— У вас оказался мой друг, Троуг.
— Этот контрабандист из корлов? Его отправят на рудники, как только прибудет комендант с гарнизоном.
— Я слышал, его взяли за какой-то ангельский прах.
— Не какой-то, а самый обычный. Когда умирают Игроки, от них ничего не остается. Но обыватели-архалусы после смерти постепенно разлагаются, источая то, что мы зовем прахом. Этот Троуг вламывался в наши крипты и осквернял их. Причем, не только в Пургаторе, но и в Эллизии.
Вот и выяснилось, почему у моего соотечественника светлая карма. Она больше для бизнеса.
— Я понимаю, это ужасно и все такое. Но разве будет смысл от одного не очень умного корла на рудниках? Может, есть какой-то способ вытащить его? А я в долгу не останусь.
Илия посмотрела на меня внимательно, оценивающе, пожевала зубами нижнюю губу, явно раздумывая.
— Со времени нашей последней встречи ты стал Светлым. Если бы не это, я тебя уже послала. Но так… Не знаю, если ли шанс спасти твоего друга. Обвинение не смертельное, однако достаточно серьезное. Надо говорить с командующим…
— Святейшего воинства архалусов, несущим стяг Первосвятителя, иерархом Вифеилом, — закончил я.
— Ну я называю его просто Виф, — пожала плечами Илия.
— Я только об этом и прошу. Мне сказали, мол, приходи завтра. Но время тут как раз и не терпит.
— Угу, — кивнула капитан, — ладно, иди за мной, Светлый.
Она развернулась и направилась к вратам. Подойдя, кивнула на меня, давая понять, что я более не персона нон-грата. Привратники остались позади, а моему вниманию предстал внутренний двор. Какие-то хозпостройки, огромная конюшня, внутри которой несколько тех самых грифонов. Гигантских существ, с мордой орлов, когтистыми передними лапами и задними лошадиными. Только в размерах они превосходили вьючных животных раза в полтора. Единственное, что выдавало родство — запах. Вполне такой лошадиный, благодаря которому не хотелось дышать полной грудью. А вот архалусы, снующие по земле и летающие, не кривили нос, делая вид, что пахнет, как минимум, ладаном.
— Игроков меньше половины, — заметил я Илии, рассматривая ангелов.
— Легион молодой, большинство новички. Потому не успели стать Ищущими. Многие даже еще ни одного кабирида не убили.
— Слушай, а что становится с обывателем, который убивает демона? Нет, про техническую составляющую я понимаю. Но он же захватывает направление кабирида. Возможно, одно из демонских заклинаний и умений.
— Даже зло может служить во благо, — пожала плечами Илия.
— А вы, значит, и есть то самое благо?
Взгляд, которым меня одарили, красноречиво давал понять — еще пара таких высказываний, и я отправлюсь в нижнюю часть города. Причем, самым быстрым и доступным способом. А так как крыльев у меня нет, окажусь там всего через несколько секунд. Поэтому я прикусил язык и больше не произнес ни слова.
Стража у донжона оказалась серьезнее парочки у врат. Сплошь игроки-ветераны, усеянные шрамами, с пристальным взглядом, что не сулил ничего хорошего. И как выяснилось, если бы не моя карма, разговор был более коротким.
— Кто этот Светлый? — спросил один из архалусов с плашкой Каратель над головой. Видимо, это его репутация. Так себе реноме.
— Проситель.
— Время посещения закончилось, — ответил другой.
— Это особый случай.
Вот тут я ожидал кучу возражений и вообще, был готов к крупному мордобою. Даже держал руку на пульсе. То есть, на откате времени. Но и слов Илии оказалось достаточно. Видимо, дело в ее капитанстве. Один из стражников, по всей вероятности, старший, попросил подождать и скрылся внутри. А спустя минуту вернулся и лишь кивнул Илии.
Донжон оказался крохотным. Лестницы с двух сторон у дверей уходили наверх. Но мы двинулись вперед и вышли к залу. Скромному, если честно, квадратов на шестьдесят всего. На стенах потрепанные гобелены, изображающие битвы архалусов с кабиридами. Как правило, демоны испуганно прижимались к земле, а жители Эллизия налетали на них с широко расправленными крыльями и мечом в руках. Лишь на самом дальнем безворсовом ковре все было относительно мирно. Полуголый архалус держал клинок в одной руке, а в другой младенца-ангелочка.
На каменных лавках (привет, геморрой) сидело несколько существ. Что меня удивило, тут находилось двое Игроков из людей, трое пергов и один аббас. Поодаль, на невысокой одноместной скамье расположился сам Вифеил.
Первое ощущение, которое я испытал, увидев командующего — страх. Здоровенный, на фоне остальных выглядящий, как молодой Шварцнеггер рядом с Александром Курицыным. Со свежим шрамом на щеке и опаленным правым крылом. Весь его вид говорил о том, что это не существо, а стихия. Пусть временно мирно дремлющая, но стоит ей проснуться — худо будет всем. И еще меня очень смущала плашка Огнеборец над командующим.
— Илия, что случилось? — его голос прогрохотал как сошедшая с гор лавина.
— Этот Игрок очень хотел поговорить с тобой. По поводу одного из пленников.
— Корл, — нахмурился Вифеил, — поэтому я не поверю, что ты пришел с выкупом за какого-нибудь оранжевокожего пособника хвостатых.
— Ты прав, я здесь, чтобы просить не за них, — мой голос на фоне баса командующего выглядел юношеским фальцетом. Я прочистил горло и продолжил, — у тебя мой друг, Троуг.
— Этот расхититель крипт и гробниц твой друг? — Вифеил нахмурился так, что теперь его бровями можно было раскалывать крупные камни, — у людей есть поговорка: «скажи, кто твой друг и я скажу, кто ты».
— Нет, нет, я ничем подобным не занимаюсь, — поспешил заверить сердитого гиганта я, — для меня было большой новостью, что Троуг промышлял… этим. Насколько знаю, он давно ведет мирный образ жизни в Отстойнике.
— Преступление перед архалусами не имеет сроков давности, — отрезал командующий, — осквернитель должен гнить на рудниках.
Ага, тоже мне нашелся Жеглов ангельского разлива. Но договариваться надо, иначе Троугу крышка.
— Может, я могу предложить вам пыль и мы забудем это досадное происшествие?
— Что? — подскочил на месте Вифеил. — Ты оскорбил меня дважды. Первый раз, когда назвал осквернение могил моих товарищей досадным происшествием. А второй, когда решил, что можно дать немного пыли и забыть об этом.
Ох, язык мой — враг мой. Формулировки, всегда все дело в формулировках. Можно сказать одно и то же разными словами. И вместо гнева получить одобрение. Ладно, попробуем.
∞
— …гнить на рудниках.
— Я скорблю вместе с вами по поводу осквернения могил ваших товарищей. Это неподобающее поведение для любого представителя моего вида. Именно поэтому я здесь. Если существует хоть малейший способ частично загладить вину Троуга, скажите, и я сделаю все возможное, чтобы вы не судили обо всех корлах по одному их представителю.
Вифеил даже завис от моего спича. И непонятно, чего он там думает. С таким лицом бы только в покер играть.
— Грассем, что скажешь? — спросил наконец командующий.
— Иерарх, полукровка лукавит по поводу неподобающего поведения, — поднялся аббас, шевеля своими черными наростами на голове, — в его системе координат осквернение могил несомненно плохой поступок. Но в то же время полукровке плевать, что вы думаете по поводу его вида. Однако, он и действительно готов сделать все, чтобы спасти своего друга.
Черт, совсем забыл, что аббасы распознают правду и ложь. Но минутку — раз убеждение повысилось, значит, я все сделал правильно. Не успел подумать, как командующий подтвердил мою догадку.
— Что ж… — задумчиво сказал Вифеии. Его суровое лицо разгладилось и теперь архалус не выглядел сердитым, — ты и вправду Светлый. Пришел ко мне, чтобы вытащить своего дрянного друга. И я готов пойти на уступки. Есть кое-что, способное закрыть мне глаза на преступления этого…
— Троуга, — подсказал ближайший архалус.
— Что надо сделать? — обратился я в слух.
— Кабириды используют ангельский прах для создания зелий против нас. Но и архалусы не остались в долгу. Наши алхимики продвинулись далеко вперед в антидемонских зельях. Но нам нужна дьявольская сера. Граммов десять, думаю, будет достаточно для продолжение опытов. Принесешь ее, я отпущу твоего друга.
— Хорошо, я сделаю это.
На этом аудиенция была окончена. Илия молча вывела меня, заговорив лишь у самых ворот. Покидая донжон я буквально чувствовал прикованные любопытные взгляды.
— Видимо, этот корл и вправду дорог тебе. В противном случае, я не вижу причин идти на самоубийство.
— Самоубийство?
— Именно так. После хорошей битвы мы собираем не больше двадцати-тридцати грамм дьявольской серы с мертвых кабиридов. Как ты понимаешь, не у всех она есть. Но нас легион. А ты один.
— Не совсем, — улыбнулся я и пошел вниз.
Козырь у меня был. Очень крупный, умеющий уходить в тень. Суперрога-инвиз, если переводить на игровой сленг. И думалось, что с помощью Охотника можно сделать очень многое. Да что там — в конце концов мы бы ворвались к Пулю. Наставник покрошил всю охрану, а уж с тремя откатами я совладал с правителем. Всего и делов.
Однако Охотник неприятно удивил. Он пришел перед самым закатом. К тому моменту я небезрезультатно послонялся не только по городу, но и по общине. Нашел кузнеца и отдал ему кошкодер, заплатив всего двенадцать грамм пыли. Старался не переводить это в рубли, чтобы сердчишко ненароком не отказало. Зато кузнец обещал починить меч к завтрашнему обеду.