Дмитрий Билик – Временщик 2 (страница 37)

— А когда приходил сахем?

— Три недели назад. Сразу, как узнал, что Оракул мертв.

— И, говоришь, там есть предсказания про всех великих героев?

— Да, я некоторые начал читать. Но не все.

— Может, ты находил что-нибудь и про Спасителя? Или Разрушителя?

— Спаситель — да! — чуть не закричал Оракул. — Про него очень много говорить в разных книгах. Но того, что произошло.

— Может, есть что-нибудь и о грядущем?

— Надо смотреть. Только там…

Он указал жилистой рукой в сторону маяка. Не на саму башню, а на полчища гарпий вокруг.

— Когда приезжает много людей, твари недалеко улетают. Так нам привозят еду. Но в другое время, они постоянно сидят там.

— Блин, не могу сосчитать их, — нахмурился я, — они постоянно меняются местами.

— Давай я вежливо попрошу их постоять на одном месте, — предложила Рис.

— Было бы очень любезно с твоей стороны. Ладно, как тебя зовут, новый Оракул?

— Меня звать Сакис.

— Так вот, Сакис, забейся куда-нибудь и не вылезай. Тут есть кто еще?

— Конечно, отец Феоктист. Он как вы.

— В смысле?

— Ищущий, — поняла Рис, — вот и посиди с ним. А мы пока разберемся с гарпиями.

— Точно, давай, давай…

Я поглядел, как Оракул подошел к дверям церкви и скрылся внутри, после чего повернулся к девушке.

— Теперь расскажи мне об этих гарпиях. Точнее о том, как мы будем их останавливать.

— А что о них рассказывать? Полуразумны. Точнее даже разумны. Но в отличие от тех же домовых, не идут на контакт. Знают и понимают человеческий язык. Хотя разговаривают на своем, птичьем. Противные твари. Только и делают, что гадят, пьют, воруют и устраивают безобразия.

— Пьют?

— Ага. Почище, чем зверолюды. Да, еще любят все блестящее. Бойцы они средние, но их вон сколько, десятка три.

— И чего делать?

— Потихоньку вырезать ближних, где сможем. Потом посмотрим. Я же тебя не просто так позвала. Помню, как ты с рахнаидами управился.

Я ей не сказал, что будь тут две-три гарпии, проблем бы не возникло. Откатил-убил. Но вот с целой стаей дело обстояло сложнее.

— Давай только на рожон лезть не будем.

К маяку и единственной хозпостройке у подножия вела асфальтированная дорога, соединяющая его с остальным миром. Вдоль нее тянулись провода, опираясь на бетонные столбы. Возле них, на земле, сидели важные и крикливые гарпии. Благодаря зевам мы попросту перескочили узкую полоску воды береговой бухточки и каменистой поверхности, игнорируя бездорожье. Вот только оказались отрезаны от всего мира. Не самое удобное место для нападения.

Я хотел было посоветовать Рис обогнуть гарпий верхом. Чтобы представилось большее пространство для маневра. Однако девушка уже оторвалась шагов на десять от меня. Когда догнал, она выудила из мешка посох и махнула в сторону ближайшей гарпии.

— Думаю, достану. Тут метров пятнадцать, не больше.

— Давай, только аккуратнее.

Сам же завороженно смотрел на «полуразумное существо». Жизнь, конечно, меня готовила ко многому, в том числе к двухчасовому концерту Стаса Михайлова по ТВ во время посещения бабушки, но не к этому. Гарпия выглядела омерзительно. Невысокая, на полторы головы ниже Рис, с длинными серыми перьями. Лицо обычное, старушечье, только вместо носа и рта огромный загнутый клюв. Грудь, к сожалению, с намеком на женскую, но к счастью — покрыта коротким белым пухом. Человеческие руки коротки и с длинными ногтями. Когти на лапах острые, как кинжалы горца. Более того, именно сейчас гарпия еще больше их затачивала клювом, стоя на одной лапе. Фламинго недоделанная.

Рис не сплоховала. Пламя, что изрыгнул посох, сбило «птичку», опаляя оперенье. Девушка повернулась, победно подняв руку со своим оружием и улыбнулась. А вот мне было не до смеха. Потому что все гарпии, как одна, поднялись в воздух, крича и гневно щелкая клювами. Среди них выделялась здоровенная тварь, светлее остальных. Именно она орала громче всех.

∞

Я еле успел отвести посох вверх. Огненный фаерболл прошел мимо гарпии. Та удивленно подняла голову, посмотрела на нас и продолжила точить когти.

— Ты чего? — удивилась Рис.

— Это была плохая идея. Как только ты убьешь ее, вся стая поднимется в воздух. Больше того, у них есть нечто вроде предводителя… точнее предводительницы. Вон она, на крыше здания у маяка.

— Откуда ты… — начала спрашивать девушка и ее брови вдруг взметнулись ко лбу, — вот как ты расправился с рахнаидами. А я все удивлялась, новичок — и так наносит криты!

— Это вообще неважно, — прервал я ее рассуждения, — лучше скажи, как теперь перебить тварей?

— Вопрос, — задумчиво пробормотала Рис.

— Сколько тебе нужно когтей?

— Минимум дюжину пар лап. А так, чем больше, тем лучше. Бонусы предусматриваются. Похоже, надо будет собирать команду. Опять наших подтаскивать. Делиться вознаграждением. К тому же, непонятно, в какой стадии опьянения сейчас твой варвар.

— Ну конечно, — чуть не хлопнул себя по лбу. Порылся в инвентаре и достал подаренную соседом бутылку, — вот, что нам поможет.

— Маловато на такую ораву.

— Это еще не все, — улыбнулся я и вынул листья непента, — мой пра… знакомый сказал, что из него можно сделать хорошее зелье Забвения. Если не переборщить с консистенцией. Вот именно последний пункт мы и проигнорируем. Добавим этой чудо-травы и вперед.

— А ведь может сработать, — задумчиво пробормотала Рис, — пойдем.

Мы нашли относительно ровный камень и девушка указала на него.

— Покроши пока непент. Только как можно мельче… Да нет же, не лунной сталью, она камень расколет.

Я кивнул и вытащил кошкодер. Оказалось непривычно. Обычно кухонные ножики были не в пример меньше. С другой стороны, под руками и не петрушка. Я все боялся, что растение может начать действовать раньше времени. Поэтому внимательно следил, чтобы на лицо не попало ни капли сока. Да и дышать старался поменьше.

— Долго ты там еще? — спросила Рис, доставая из альбома грубую деревянную чашку и толкушку.

— Минуту, — ответил я дорубая траву, — все, можешь забирать.

Я поднял камень, и Рис бережно смахнула с него зеленое месиво. Подставила чашку под редкие капли, а уже собрав весь сок, взялась за толкушку. В ее движениях угадывалась поразительная сноровка. Хотел даже похвалить, да передумал.

С нынешними феминистическими настроениями надо быть осторожным. Скажешь, что девушка хорошая хозяйка — шовинист и эксплуататор. Видишь в ней только рабыню. Заметишь красоту и стройность фигуры — сексист и насильник. Воспринимаешь ее исключительно как сексуальный объект. Уступишь место в общественном транспорте или предложишь свою помощь — проклятый мизогинист. Женщины сами все могут, без твоих подачек. Только слышен потом плач — перевелись мужики. Не перевелись, просто боятся не то что-нибудь ляпнуть.

— Ну вот вроде, — покачала чашкой Рис, — не знаю, хватит ли этого. Я в алхимии не сильна.

— Я тоже. Но как говорил один генсек, попытка не пытка. Тем более, проверять будем на кошках, то есть на «птичках». Не сработает, придумаем что-нибудь другое.

— Открывай бутылку.

— Момент.

Я сорвал пластиковую оболочку с крышки, откупорил, втянул аромат благородного напитка. Блин, а ведь и вправду неплохой. Эх, где мои манеры… Сделал два глотка прямо из бутылки.

— Сергей! — ткнула меня в плечо Рис.

— А то сок не поместится, — выдохнул я, — давай, лей, только аккуратнее.

Через две минуты, собрав все до капли и выжав жмых, перед нами предстала бутылка коньякоабсента собственного приготовления. Я осторожно понюхал, непентом даже не пахнет. Лишь выдержанным в бочке спиртом. Эх, лимончика нет.

— Ну что, пойдем, — закупорил я бутылку обратно.

Двигались мы медленно и осторожно. Я помнил то, возможное будущее, где гарпии поднялись в воздух, как только ранили одну из них. Но сейчас все было спокойно. Сами они не нападали. Более того, та, что прежде точила когти, завидев нас, отлетела на значительное расстояние и принялась внимательно наблюдать.

— Я так понимаю, просто положить бутылку и уйти — не вариант.