Дмитрий Билик – Временщик 1 (страница 29)
Тишило вскочил на высокий забор. Поёжился, как кот, которому предстояло окунуться в студёную воду и нехотя, спрыгнул на землю. Сделал пару шагов… и прижался ко мне.
— Чего стоишь, пойдём. Нельзя мне тут долго…
— Почему? — спросил я и направился к дому умершей старушки.
— Не любим мы из дома выходить. Вдали от гнезда своего домовой и силу теряет. Говорят, кто седмицу без родной крыши над головой проведет, имя своё забудет, да силу потеряет.
Тишило болтал без умолку. Может разговорами старался отогнать свой страх, оказавшись за пределами дома, может просто оказался болтуном. Скорее всего первое. Потому что чем ближе мы подходили к клетнику и дальше оказывались от особняка, домовой брехал всё быстрее.
— Стой тут, внутрь не заходи, если жизнь дорога, — встал он перед калиткой, — что бы не случилось. Только хуже сделаешь.
Сказал и вот уже сидит на заборе. Головой повертел, соскочил и в два прыжка оказался возле сарая. Юркнул внутрь, а я напряжённо прислушался. Мимо прошла женщина, явно из местных, поэтому мне пришлось отойти подальше от дома. Минут через пять вернулся, но Тишило так и не появился. Не вышло бы чего плохого.
И, конечно же, как всегда я накаркал. Из крохотного домика донеслось протяжное «Крив» и сарай чуть не подпрыгнул на месте. Громыхнуло так, будто внутри разорвалась граната. Я аж присел на месте. Первой мыслью было бежать, сломя голову. Однако ничего не происходило. Следом испугался, как бы соседи не переполошились. Но и тут пронесло. А спустя ещё пару минут наружу выбрались Тишило и Лад.
Домовой вёл клетника, как больного, обколотого галоперидолом. Бережно и одновременно крепко поддерживая за плечи. Помощник, похоже, совсем смирился со своей участью. Он смотрел под ноги и даже не бормотал. У калитки Тишило замешкался, взвалил клетника как мешок на плечи и перепрыгнул наружу. Едва достал до забора, кстати.
Я вытащил зеркальце. Выходило уморительно. Будто здоровый кот тащит небольшого больного котёнка. Однако глядя на полусознательного клетника, смеяться хотелось в последнюю очередь.
Так мы и добрались до особняка Тишилы. Домовой протиснулся между забора, затащил за собой Лада и повернулся ко мне.
— Жди здесь, добрый человек. Сейчас ворочусь.
Ну наконец-то выбрались из минусов. Получается, один клетник — это пять невинно переведённых через дорогу бабушек. Профита больше, конечно, но я всеми руками и ногами за старушек. Уж больно нервные помощники у домовых.
Тишило вернулся один, бодро переваливаясь с ноги на ноги.
— Спасибо тебе, добрый человек. Я теперь Лада быстро на ноги поставлю. Любое же существо почему хандрить начинает? Потому что без дела остаётся. А займи ты человека или домового мало-мальским пустяком, так тот даже болеть реже станет.
Нет, всё-таки Тишило болтун, как ни крути. И послушно кивал, всё размышляя, куда приведёт пространная речь домового.
— Денег у меня особо нет. Но вот…
Тишило вытянул руку, в которой оказалась горстка Пыли. Грамм десять, как я определил на глаз. Но не успел протянуть свою загребующую лапу, как с пылью начало что-то происходить. Она съежилась, точно живая, и стала быстро уплотняться, выпуская белесый дым. Прошло каких-то секунд шесть, и вместо горстки игровой валюты у домового на ладони лежал крохотный светлый кристалл.
— Это тебе.
Я взял холодный многогранник и чуть не вскрикнул от испуга. Он рассыпался у меня в руках. Это что еще за шутки?
— Бывай, добрый человек, — Тишило пожал руку и проворно затрусил в сторону дома.
Отвод глаз, говорите. Я стоял, ещё не до конца придя в себя. Ну хоть понятно теперь как передают заклинания друг другу. Помнится, мне Арф сказал, что как только подниму Разрушение до семидесятого уровня, научит Удару небес. Что это значит? Продавать заклинания могут не только торговцы, но и сами игроки. Пулять направо и налево смысла нет, потому что активируется кристалл из Пыли. То есть, это довольно затратно. И моё чутьё мне подсказывает, что самые крутые заклинания требуют очень много Пыли. Поглядел в интерфейсе.
А ведь и неплохо. Очень даже. Но пора было подумать о делах и вполне насущных. На часах без десяти три, а я в ста километрах от города. Непорядок. Направился к центральной части города. Хотя само слово «направился» здесь странное. Свернул с улицы Тишилы, прошёл семь минут и вот я уже на месте. С такси оказалось не густо, но всё-таки оно здесь было. Правда, по счётчику пришлось заплатить на триста рублей больше той суммы, за которую добрался сюда. Я усмехнулся, нажимая вызов. Вход рубль, выход два. Эх, провинция.
Второй водитель оказался зеркальным братом первого. Кудрявый южанин на грязной Гранте. В машине шумело радио, которое сам бомбила пытался перекричать. К его сожалению, на контакт я не пошёл, отвечая односложными фразами, занятый в телефоне. Писал, кстати, Юле, которую встретил у дома родителей. Спрашивал по поводу её обещания встретиться. Она ответила почти сразу в духе «я от своего слова не отказываюсь». Спросила только: «Когда?». На что я загадочно ответил: «Скоро».
С чувством глубокого удовлетворения убрал телефон, положил голову на подголовник и продрых всю дорогу. Только когда Гранта дёрнулась в последний раз и меня похлопали по плечу, открыл глаза.
Доставили в целости и сохранности. Не к самому дому — я специально высадился по соседству. Во-первых, наши люди в булочную на такси не ездят. А во-вторых, вдруг кто на этого таксиста выйдет… Нет уж, перестрахуемся.
Поглядел, как машина уехала с места и на автомате вытащил из кармана сигареты. Достал одну, поднес к губами и только потом выкинул. Вот уж фига. Решительно направился к себе. На улице уже стемнело. Включались, разогревая газоразрядные лампы, фонари. Мигали поворотниками машины. Спешили домой, отпросившись на часок пораньше, люди. Эх, красота. Сейчас поднимусь, Лапоть точно приготовил какую-нибудь вкусняшку…
Мой благостный настрой как ветром сдуло. Я шёл по тротуару мимо дома, вдоль голых безрадостных деревьев, когда впереди показался Игрок. И всё бы хорошо, вот только в плашке над ним я увидел очень испугавшее меня слово —
Глава 14
Беда, как известно, не приходит одна. Если прорвёт трубу в ванной, то обязательно окажется и сорванным вентиль для перекрытия воды. Или деньги на телефоне закончатся. Или у аварийки, которая всё же выехала, лопнет шина. Что называется, закон Мёрфи и «еврейское везение» в действии.
Вот и сейчас так получилось. Едва я увидел Видящего, то сразу сделал единственную правильную вещь.
?
Шагнул вправо и спрятался за голое дерево. В принципе, оно достаточно широкое, да и сумерки сейчас. Единственное но — идёт
С противоположной стороны улицы, с трудом переставляя ноги, через дорогу направился профессор. Находился он в крайней степени подпития. Но это ладно. Самое ужасное, он заметил меня и явно намеревался поговорить за жизнь. Да уж, Штирлиц никогда не был так близок к провалу.
Петр Сергеевич на подходе уже даже вскинул руки. И даже открыл рот, чтобы поприветствовать. Я вытянул кисть, и, ведомый какой-то внутренней уверенностью, в своих силах, применил
Профессор запнулся, словно потерял точку опоры. Поводил вокруг мутным взором и, увидев новую цель, направился к Видящему.
— Прошу прощения, молодой человек. Вынужден обратиться к вам волею судеб.
— Чего? — удивился Видящий.
— Проклятьем, ик, старух-мойр, соткавших свою нить…
О, профессора понесло. Я выглянул. Игрок стоял полубоком. На его губах застыла насмешливая улыбка. А перед ним, красуясь в красноречии, блистал (
Оглянулся ещё раз. Я оказался ровно посередине дома. Вперёд мне путь заказан. Значит, надо двигаться обратно. И делать это по возможности очень быстро. Видно, патрулирование Видящему не очень нравилось, потому что он переключил всё своё внимание на профессора, снисходительно похохатывая над особо изящными перлами. Пора…
Бросился прямо по газону, если можно назвать таковым наш российский чернозём у тротуара, петляя между деревьев, как полоумный заяц. И только секунды через две услышал позади голос Видящего.
— Э!.. Стой!
Ага, обязательно. Ещё бы сказал, что стрелять будет. Этого я, кстати, тоже боялся. Противник мог бомбануть магией, мог достать пистолет — кто их знает. Но нет. Уже заскакивая за угол дома, боковым зрением заметил, как Игрок бежит за мной по тротуару.
И тут я замер. Чего делать-то? Место тут глухое, прямо магазин, слева тот самый котлован. Машины хоть и мелькают, но никто не остановится. Драки на районе дело привычное. Кому охота свой живот подставлять? Рвать к котловану? Так можно с таким же успехом прямо сейчас встать на коленки и кричать: «Дяденька, не убивайте».