Дмитрий Билик – Вратарь. Книга 1 (страница 9)
– Вратарь, – я попытался придать своему виду хоть какую-то значимость. В положении лежа сделать это было чрезвычайно сложно. Пришлось подниматься. – Точнее, я вроде как на стажировке.
– Ну что я скажу, Вратарь. Я тебе жизнь спасла. Ты мне теперь должен.
– И на кого выписывать счет?
Девушка внимательно оглядела меня, будто увидела впервые в жизни. И ладно бы если было на что смотреть. Благодаря новенькому шлему разглядеть возможно стало лишь глаза.
– Меня зовут Рис… – Она помедлила и добавила: – А ты не похож на остальных Вратарей.
– С чего ты так решила?
– Все они словно каменные истуканы. А ты живой.
– Думаю, это ненадолго, – сказал я, глядя на приближающегося Хмура.
– Седьмой! – произнес он с грозовым раскатом в голосе, сдерживаясь изо всех сил.
Нет, все-таки у меня большой талант выводить Братьев из себя. Наверное, единственное, что мешало сейчас Хмуру отвесить мне подзатыльник, – присутствие Ищущих и фесов. Напарник смотрел так же красноречиво, как мать на провинившегося ребенка, шепчущая сквозь сжатые губы «дома поговорим».
– Спасибо вам, – перг подошел к нам. – Я новый эфет тридцать первого мира. Это мой голос, – он указал на орка. – И моя помощница. Если бы не вы…
Хмур кивнул, однако ничего не ответил. Вместо этого он довольно грубо взял меня за локоть и потащил к обители. Со стороны это выглядело как будто загулявшего мужичка ведут домой.
– Отлично. Просто отлично, – ругался он шепотом. – В первую вылазку ты вмешался в дела обывателя, сейчас ты влез в разборку Ищущих.
– Ну, ничего же страшного вроде не произошло…
Хмур остановился, рванув меня так, что я чуть не упал. Был бы он сейчас чайником, так кипел бы не переставая. Следующее предложение он сказал, чеканя каждое слово:
– Вратарь напал на Ищущего. Не оберегая обитель. Не защищаясь сам. А лишь по своей прихоти.
– Но они хотели убить…
– Это не наши проблемы! Нас не касаются дела обывателей, Ищущих и даже хорулов! Пойдем.
Собственно, у меня и выбора особого не было. К тому же, судя по моему состоянию, сейчас самое время заткнуться и добраться до Ямы.
А раньше была низкая. Значит, если количество моей пыли в оболочке находится на критической отметке, то и восполнение снижается. Я же просто перехожу в автономный режим.
После того как мы оказались в обители, произошло странное. Теперь мы скрылись от любопытных глаз фесов, Ищущих и обывателей. Поэтому Хмур себя не сдерживал. Коротким и быстрым ударом он отвесил мне пощечину тыльной стороной ладони. Правда, надо учесть, что та была в латной перчатке.
У меня аж в голове зашумело. Причем серьезно так. Хорошо, что на уровне пыли подобная воспитательная мера никак не отразилась. Хотя, немного зная Хмура, он не желал причинить мне серьезного вреда. Нет, если бы дело касалось лично его, прямо тут бы меня закопал. Но я интересовал Агонетета. Лишь поэтому Вратарь не месил глупого Седьмого сейчас ногами.
Зато за первой пощечиной последовала вторая. А потом третья, четвертая. Я и не сопротивлялся. Во-первых, справедливости ради, заслужил. Во-вторых, и сопротивляться толком не получалось. Хмур был попросту быстрее. Вон он как раскидал тех Ищущих – точно нашкодивших котят. В-третьих, здесь было кому за меня заступиться.
– Брат, – рука легла одного Вратаря на плечо другому.
И Хмур остановился. Будь он человеком, то сейчас бы тяжело дышал, утирал пот со лба, гневно сверкал глазами. Нет, во взгляде его действительно читалось нечто нехорошее. Да и исходящие эманации никуда не делись. Но Хмур меня больше не лупил. И на том спасибо.
– Благодарю, Брат, – сказал он Вратарю.
– Ничего страшного, – ответил тот.
– Ребят, вам мое присутствие не мешает? – поинтересовался я, поправляя сползший шлем.
Спокойствие, которым Хмур вроде бы овладел, исчезло, как мыльный пузырь, стоило мне открыть рот. Он бросился навстречу, схватив меня за горло, и… нет, не задушил. А словно кинул в раскаленную печь. Тьма окутала меня, а спустя мгновение моя оболочка рухнула на знакомую каменную мостовую.
Я лежал и с недоумением оглядывал высокие ворота, стоящих Братьев – двух стражей Агонетета. Оторопь была вызвана не местом, куда меня закинуло – все-таки Ядро – мой дом, – а именно тем методом, которым воспользовался Хмур.
Он, кстати, появился спустя долю секунды. Разозленный, будто какой-то нерадивый послушник ляпнул ему что-то… Ах, да. Таки ляпнул. Я только хотел сказать, что нам надо поговорить, решить все миром, как Вратарь попросту схватил меня за ногу и потащил в сторону донжона. И опять же, можно было немного посопротивляться, однако это ни к чему бы не привело.
– У Него Старшие Братья, – сказал стражник, но Хмур лишь отмахнулся.
И надо же, его пустили. Должно быть Агонетет выдал моему напарнику некое особое разрешение. Дескать, ему можно заходить в любое время, если на повестке дня нечто действительное важное. Кто знает? Но лучше бы повременить. У некоторых из них особой любовью я не пользовался. А если сейчас Хмур начнет расписывать мои похождения, то будет совсем нехорошо.
– Уже задействовано три мира, – вещал незнакомый мне голос, – печально известный Атрайн, Кирд и Элизий.
– Элизий… – протянул Агонетет с таким звуком, точно огромную гору сдвинули с места. – Я думал, что они пойдут к центру, по Нити.
– Они укрепляются. Замечено, что если поначалу мы встречались с самыми сильными особями, которые действовали отдельно, то теперь чаще сталкиваемся с молодняком. Они меньше, слабее, но атакуют группами.
– Они откармливают их, – заметил знакомый голос. Ворчун, если я не ошибаюсь. – И как только этот процесс закончится…
– …они сотрут нас в порошок, – подытожил Добряк. Только голос его не звучал, как обычно, спокойно.
– Именно поэтому я прошу помощи. Мы не справляемся. Одна-две сотни Братьев могут все изменить.
– Две сотни, – даже отсюда я почувствовал, как скривился Агонетет. – И что ты предлагаешь? Закрыть одну из ветвей Нити? И как долго это будет продолжаться? И где взять столько Интурии?
Все это время Хмур неотвратимо двигался к центру зала. Я пытался шептать напарнику, чтобы тот обождал, да и вообще отпустил меня, чтобы я успел привести себя в порядок и явиться пред очи Братьев в надлежащем виде. Но тот меня и слушать не хотел.
Вот как таких берут во Вратари? Надо же владеть собой в любой ситуации. Вот посадят Хмура перед красной кнопкой – тот ее непременно… А что непременно? В моем сознании четко была красная кнопка, вот только я не помнил, что с ней надо делать. Нажимать или, наоборот, не трогать?
Собственно, это было уже неважно. Потому что нас заметили. Да и сам Хмур остановился, наконец отпустив мою ногу. Спасибо, дружище, но мог бы сделать это и раньше. Я поднялся и, как и заведено в приличном обществе, поздоровался. То есть просто кивнул и еле выдавил из себя одно единственное слово: «Братья».
Но смотрел я при этом лишь на одного Вратаря. Я всегда думал, что Золоченых трое – Добряк, Молчун и Ворчун. Они даже укладывались в забавную скороговорку, которую я распространил среди послушников. Тут же получалось, что существует еще один Старший Брат, которого я ни разу не видел. И что самое удивительное, он внимательно разглядывал меня. А после повернулся к Агонетету и спросил:
– Значит, это и есть тот самый Седьмой?
Глава 6
Можно ли ставить себе в заслугу, что ты являешься большой занозой в одном месте? Вряд ли. Поэтому, наверное, во время повествования Хмура я не испытывал особой гордости. Стоял, молчал, разглядывал каменные плиты, из которых был сложен пол. Занятное, кстати, зрелище. Надо выяснить, кто у них каменщик.
Мой напарник (надолго ли теперь?) открылся с новой, неожиданной стороны. Оказывается, в нем дремал талант рассказчика. Будто Хмур только и делал, что ожидал подходящего случая. И вот он настал. Песочил меня Брат будь здоров, выставляя совсем в нехорошем свете.
И все это на глазах у Ворчуна. Тому того только и надо – лишний раз доказать Агонетету, что я не просто бесполезен. Напротив – вреден. Потому я даже не удивился, что именно этот Старший Брат заговорил, когда замолчал Хмур.
– Ты хоть знаешь, чем грозит нападение на Ищущего? На нас ополчатся все! Они… они…
– Да ничего они не сделают, – вмешался главный Вратарь, не дав Молчуну меня отчитать. – Подадут жалобу в вышестоящую инстанцию? Так мы и есть эта инстанция. Явятся сюда с делегацией требовать отставки Седьмого? Едва ли. Тем более Брат говорил, что ни он, ни Седьмой никого не убили.
Хмур лишь кивнул, а Агонетет развел руками. Мол, чего и следовало ожидать. А я, напротив, напрягся. Если не подкреплять проступок наказанием, то урок не будет выучен. Конечно, тут все дело как раз в этом самом наказании. Не надо отрывать голову за разбитую вазу. Но и за то же убийство нельзя просто погрозить пальчиком.
У меня в сознании вдруг всплыло слово «отмазать». Я не понимал его значения, но оно мне изначально не понравилось. Почему Агонетет так настойчиво меня прикрывает? Лично я после произошедшего сам себя сослал бы на черновую работу без права инициации в ближайшие лет сто. Видимо, подобных взглядов придерживался и Ворчун, потому что он решил помочь утонуть бултыхающемуся далеко от берега мне.