Дмитрий Билик – Кехо (страница 54)

От утробного рева десятков тварей Юти вздрогнула, однако жалости к треклятым мразям не испытала. Казалось, те одновременно выдували медь, как вышколенные сигнальщики. От этого звука закладывало уши и голову сдавливало со всех сторон. Однако девочка, сначала срегировавшая на скорбный рев тварей, теперь и бровью не повела.

Все, что интересовало Одаренную — как долго сможет Ерикан удерживать подобный натиск? После боя с наемниками, наставник и так здорово выложился в стихийной магии. Сейчас же Юти буквально чувствовала кожей, как силы покидают учителя.

Внезапно на помощь пришла парочка из выживших элементи. Крохотный коротышка с глубоким кровоточащим рассечением на лице и крепыш с толстой шеей, смотрящей на мир исподлобья и медленно поворачивающий головой.

Юти ощутила, как сила выходит из наемников, неторопливо, будто заискивающе подбирается к Ерикану, где подчиняется чужой, более мощной силе. Пламя, вставшее плотной пеленой за стеной огня учителя, было ослепительно оранжевого цвета. Да и слой его оказался значительно тоньше, явно не таким жарким. Однако помогли поджарить несколько прытких уродцев, прорвавших первую линию стихийной обороны.

Твари столпились вокруг огненной стены, гневно порыкивая, то ли разговаривая между собой, то ли грозя страшными карами защитникам. Если первые, самые храбрые и глупые (Юти считала, что эти два слова частые спутники друг друга) существа пытались проскочить через пламя, то последующие уродцы оказались более осторожны. Они злобно щелкали зубами, втягивали ароматный запах предстоящего ужина, видели замершие в неподвижности куски плоти, однако подобно паломникам, пришедшим к храму Аншары, уповали на лучшую из существующих добродетелей — терпение.

И Юти, как бы презрительно не относилась она к гадким порождениям Скверны, вынуждена была признать, что план тварей работает. Постепенно стена огня стала сужаться. Само пламя задрожало, будто свеча, поднесенная к раскрытому окну, и принялось медленно оседать на землю с растаявшим льдом. Огонь наемников к тому времени и вовсе погас. А сами элементи хоть и держались на ногах, однако сражаться уже не могли.

Девочка быстро подсчитала с помощью кольца разума потери, понесенные тварями. Тридцать две мертвые туши усеяли подножие холма. Они превратились в своеобразную стену, первую линию обороны. Обугленные, дымящиеся, с лопнувшей кожей и развороченным от жара нутром.

Однако за ними уже нетерпеливо переминались с лапы на лапу остальные. Ожидали, когда можно будет своими уродливыми телами прорваться через стену огня. Когда пламя уже не сможет серьезно повредить им. Когда крохотный клочок свалявшейся шерсти станет самой страшным последствием атаки. И вскоре подобный момент настал.

Когда рванули твари, казалось, дрогнула сама земля. Заплакало мироздание, разрезав небо ослепительной молнией, похожей на раскидистые корни дерева. Неосознанно, подчиняясь первобытному страху, сбились в плотную кучу наемники. Хотя им, Одаренным, которые умели неплохо сражаться, разумнее было бы напротив разбиться на небольшие группы, давая пространство для маневра, а в случае чего помочь соседу. Теснота не позволит биться в полную силу.

Кольцо разума подобно крикливому попугаю на плече, которого часто привозили с дальних островов матросы, нашептывало Юти подмеченные сведения. Например, что погибло оскверненных существ почти треть. И основную опасность представляют их передние лапы с острыми когтями и мощные челюсти. И, что еще самое главное — почему-то эти неразумные твари действуют весьма разумно. Они бросились не к ней, а к обессиленному учителю.

Кольцо миели подсказало, а Юти с ним согласилось, что действие весьма рационально. Наставник и сам учил девочку подобному. Уничтожь основных защитников, и тех, кто представляет наибольшую опасность, а потом уже занимайся целью.

Однако твари не учли одного. Обессиленный Ерикан все равно оставался Ериканом. Тем, кто прожил на этой грешной земле не одну сотню лет. Тем, кто знал почти все существующие техники ведения ближнего боя. Тем, кто и сегодня не собирался умирать.

Юти сомневалась, подходит ли «танцующий журавль» к нынешним обстоятельствам? Однако Ерикан с легкостью провел, почти лаская, мечом сначала по горлу одной твари, потом другой, третьей. Все это он делал грациозно, двигаясь рывками, после замирая на месте и опираясь на одну ногу. Вторая взлетала наверх, готовая шагнуть дальше. Сначала Ерикан танцевал по земле, но вскоре стал плясать по агонизирующим телам оскверненных существ, без труда сохраняя равновесие. Впрочем, с каждой новой секундой, с каждой новой смертью, легкости в его движениях было все меньше. Как бы велик и силен не был Ерикан, но и он оказался всего лишь человеком.

Потому Юти и бросилась на помощь учителю, не дожидаясь, пока основная масса оскверненных созданий в своей черной волне докатится до нее. Тело девочки пело, жаждало битвы. За мгновение до начала схватки каждая мышца, даже самая крохотная, напряглась, принеся с собой невыносимую боль, а после расслабилась до исходного состояния. Точно некто свыше, озарив мрачный, залитый дождем лес лучезарной улыбкой, дал свое благословение. И Юти с удовольствием врезалась в толпу оскверненных существ.

Ее движениям было далеко до легкости Ерикана. Девочка грубо прорубалась через мелькающие шипы, черные туловища и десятки глядящих на нее алых глаз, которые сейчас точно не несли ничего хорошего. Она не порхала, уходя от попыток ранить или убить ее. На мощный выпад Юти отвечала контратакой. При попытке откусить кусочек ее крохотного тела, девочка вскидывала меч и работала на опережение. Летели в разные стороны обрубленные шипы, лапы, головы. Брызгала кровь, заливая лицо и руки Одаренной, смешиваясь с дождевой водой и стекая вниз по холму. Будто в жилах тварей была сама Скверна и земля оказалась не в силах принять ее.

Где-то рядом орудовал генерал. Юти не видела его, черные туловища окружили девочку со всех сторон, пытаясь не столько победить, сколько задавить ее. Однако Одаренная слышала мясистые удары Фаруха. Будто огромной палкой били по подвешенной освежеванной туше. Со временем звук стал все тише. Юти не могла понять, удаляется генерал или она сама. Правда, о подобном девочка не особо и раздумывала. Как истинную озаренную ее беспокоило лишь пара вопросов: сколько еще осталось тварей и где они.

Юти не могла знать, как долго это продолжалось. Минуты, час, полдня, несколько секунд? Ей хотелось, чтобы происходящее никогда не заканчивалось. Сейчас все было просто и понятно. Есть враг — его надо убить. И никаких издевок Ерикана, бесконечного хождения по землям Империи, нескончаемой мести, выяснения причин заговора против ее отца. Все это оказалось наносным, лишним. И отсеялось, как грязь на ракушке, стоило ее хорошенько промыть.

Девочка сделала короткий выпад и поняла, что по этой туше она уже била. Развернулась на ходу, подняв меч перед собой, готовая обрушить его в любую секунду и замерла. Ее крохотная грудь часто и тяжело поднималась, вталкивая в себя холодный, обжигающий легкие воздух. Мышцы одеревенели и ныли, а каждое новое движение грозило закончиться судорогой. И еще Юти поразила необычная тишина, в который слышался шелест листьев.

По пальцам неторопливо перемещались сразу два серых кольца, только и ждущих момента, когда они смогут занять свое законное место. Два кольца! Девочка бы улыбнулась, однако даже это оказалось невероятно трудно.

Юти стала медленно пробираться обратно на холм, при каждом шаге опираясь на меч, как на посох. Получалось откровенно плохо. Клинок то и дело норовил увязнуть в земле, потому девочке пришлось соорудить каменный набалдашник с помощью кольца стихии. На большее у нее не хватило ни сил, не желания.

Мертвые тела были везде. Казалось, один из могучих огнедышащих великанов, которые, как известно, держат на плечах мир смертных, решил засеять плодородную землю здешних лесов. Только вместо зерен щедрой рукой по ошибке разбросал убитых оскверненных существ.

Юти приходилось взбираться на них, когда она не могла обогнуть сваленные туши, спрыгивать, снова залезать. И так до тех пора, пока девочка не увидела Ерикана. Учитель сидел на одном из поверженных гигантов, крутя оторванным шипом перед собой, точно хотел продырявить землю, и смотрел на Юти.

Одаренная вздрогнула, поглядев на учителя. Страх заструился по жилам девочки ядовитой отравой, потому что наставник не был похож сам на себя. Скорее на живого мертвеца, восставшего из могилы и пробившего себе путь наверх через сырую землю. Белое лицо, запавшие глаза, бескровные губы. Он походил на того самого человека, которого ей пришлось спасать в порту Сотрета.

— Учитель!

Как не была встревожена Юти (она запоздало поняла, что причиной ее эмоций стало окончание озарения), к наставнику она не подскочила — подошла. Ерикан жестом успокоил ее, самостоятельно поднявшись на ноги и махнув в сторону рукой. Юти поняла все без слов. Стоило закончить все с генералом.

Наверное, сейчас Ерикан и сам не верил в их силы. Девочка не знала, на что надеется учитель. На чудо? Она не смогла одолеть Фаруха, находясь в озаренном состоянии, на пике своих возможностей. Разве есть у нее шансы теперь?