Дмитрий Баюшев – Планета Земного Типа (страница 70)

Глава 32

Пропасть слишком велика

Но это еще далеко не всё. Горбунову, а также членам команды «Архимеда» предписывалось вернуться в Россию без применения к ним каких-либо санкций. О Гуде, марабутах, недвижимости в Уганде, немалых банковских вкладах в предписании не было сказано ни слова, хотя, по идее, та же Гуда формально являлась бежавшим из плена и разыскиваемым властями России субъектом. То же самое можно было сказать о перебежчиках и предателях марабутах. Из вышесказанного следует, что Гудой и марабутами занимались органы госбезопасности, у которых были свои предписания и методы работы. В смысле, нечего им, то есть Гуде и марабутам, было делать в коллективе лишь слегка опорочивших себя космонавтов и мечтателей. За ними, то есть за Гудой с марабутами, должен был прибыть другой транспорт — с зарешеченными окнами.

— Да уж, — сказал Антон, прочитав свежую электронную почту. — Умеют у нас чудить. Ну как, Лев Иванович, готовы вернуться на историческую родину?

— Не совсем, — ответил Горбунов. — Мне здесь больше нравится. Лето здесь длиннее, а зима теплее. И фруктов побольше, и работа не напрягает. Так что, если честно, совсем не готов.

— Непатриотично это, — укоризненно сказал Антон. — Но вынужден с вами согласиться.

А через неделю после злосчастного укола Гуда исчезла. Горбунов доложил об этом руководству Роскосмоса и через несколько часов получил нагоняй. Несколько часов понадобилось руководству, чтобы доложить о случившемся органам госбезопасности, а органам взвесить все «за» и «против» и вынести вердикт о нагоняе. На госизмену этот инцидент не тянул, но и оставлять его без внимания было негоже.

Этот нагоняй каким-то образом изменил систему ценностей Горбунова, поставил его на прежние рельсы, вернул в старое русло. Он вдруг вознамерился вернуться. Вспомнил, что в родном ведомстве полно дел, что нужно готовить новую команду к полету в соседнюю галактику, что пленные бойцы «Вымпела» по ночам не спят, а скрипят в кутузке зубами и воют по-волчьи от своего позора, но это лишь внешние причины. На самом деле беда была в том, что вся хозяйственная деятельность, которую легко мимоходом осуществляла Гуда, повисла на нём, как на старшем по званию. И главное — ни на кого не спихнешь, все ловко увиливают. На площадке перед воротами объекта сначала стояла пара фур, шоферы которых остервенело пинали ворота ногами и бибикали днём и ночью, требуя пропустить их на объект, потом к ним присоединились еще две фуры. Чернозадые шоферы на плохом английском орали, что у них скоропортящийся товар, быстренько открывайте, пока не поздно. Ясное дело, что товар этот предназначался для запертых в другом измерении отцов. Марабуты, которым довольно быстро надоела эта шумная осада, дружно вышли и до синевы набили шоферне морды. Те уехали, подлечились, потом вернулись, но уже с армией бандитского вида наемников. Ну, не воевать же с ними, в конце концов. В ресторане, что на первом этаже особняка, который потихоньку превратился в столовую, и в других общественных местах стали появляться листовки «РЕПТИЛОИДЫ ВСЕХ СТРАН, СОЕДИНЯЙТЕСЬ!». Вот это тоже была загадка, потому что Гуда прикрыла портал с отцами и рептилоидами.

Короче, надоел этот угандийский быт хуже горькой редьки, и никакие овощи-фрукты не спасали.

И Горбунов принял решение отчаливать на Родину. Но при этом банковских накоплений не трогать, оставить вышколенную прислугу для поддержания порядка на территории и в помещениях, а также охрану из марабутов под руководством Гловера, дабы мародеры не разграбили объект. Федоськина Горбунов решил не сдавать, оставил его главным завхозом, а надзирать за ним приказал всё того же Гловера. Оставил также боевых роботов, руководить которыми должен был Гарик 2. Да, да, Гарика он тоже решил не брать. А всё почему? Да потому, что лучшего места для летнего отдыха и проживания после ухода на пенсию чем Уганда пока не видел.

Гуда отсутствовала три дня, потом так же внезапно вернулась. Никто не видел, как она прошла через закрытые ворота, а охранники не помнили, чтобы кто-то проходил мимо них. То есть, через три дня, утром, она внезапно вышла из своих апартаментов, посидела на скамеечке в любимой увитой цветами беседке и направилась в ресторан завтракать. После завтрака, пройдя в свой кабинет в апартаментах, она вызвала Горбунова и Антона Реутова. Оба явились немедленно.

Она сидела за своим столом и что-то писала. Надо сказать, что до своего исчезновения Гуда выглядела как-то потерянно, взгляд был тускл, бессмысленен, речь несвязна, она явно пребывала в другом, выдуманном мире. Сейчас совсем другое дело, вернулась прежняя Гуда — молодая, красивая, смышленая.

— Если не секрет…, - начал было Антон, но Гуда его перебила.

— Всё по порядку, господа, — сказала она, отодвинув в сторону лист бумаги и отложив ручку.

На этом листе было несколько фраз на чужом языке, а ниже расчерченный на равные сектора квадрат. Некоторые сектора были заполнены мелкими цифрами и буквами.

— Десять дней назад ваша жена, Антон, сделала мне укол, — сказала Гуда. — Укол был непростой, он лишил меня воли, подчинив кому-то неизвестному.

— Простите, — вмешался Антон. — Анюта? Она мне ничего не говорила.

— Тем не менее, это так. Скорее всего, её заставили. Очень скоро я узнала, кто этот неизвестный. Это секретным агент по кличке «Неандертал». Подчинен непосредственно первому заму Главкома Виктору Семеновичу Окуневу. Знаете такого?

Антон пожал плечами, а Горбунов сказал:

— Я знаю. Но как этот агент здесь оказался?

— А вы думали — улетели, и все о вас забыли? От Родины не скроешься, — ответила Гуда, усмехнувшись. — Но вообще-то им нужна была я. Точнее, мои знания и мои накопления.

— Ну и чем дело кончилось? — с любопытством спросил Горбунов.

— Этот агент — непростой человек, — сказала Гуда. — Он обладает сильным даром внушения. Он подчинил Гловера, сумел подчинить меня, скажите спасибо, что он не добрался до вас. Вернее, не успел.

— И где он теперь? — полюбопытствовал Антон.

— Смрадные постройки помнишь? Куда я тебе не советовала ходить.

— Живой хоть?

— Живой, но не в себе. Так ему, поверьте, лучше.

— Да вы гуманист, мадам, — сказал Горбунов. — А смрадные постройки — это что? Не напомните?

— Урановые копи. Но он, не будь дурак, уже переметнулся оттуда к рептилоидам.

— Теперь мы его долго не увидим, — заметила Антон. — А не тот ли это «Неандертал», который рыжий? Попал к нам вместе с бойцами «Вымпела», потом куда-то исчез.

— Не куда-то, а в Бугири, — ответила Гуда. — Потом в Кампалу. Там я его и нашла.

— И помог ему Гловер, — сказал Горбунов.

— Именно так, — согласилась Гуда. — Но Гловера я трогать не буду, это грамотный и преданный товарищ.

— Ваше право, — сказал Горбунов, вставая. — Мы свободны?

— Это еще не всё, — Гуда жестом показала, чтобы он сел. — Дело в том, что…

Дело в том, сказала она, что Земля — это не моё. Это как жить с папуасами. Да, это почет, это уважение, это раболепство, это зависть, это ненависть из-за того, что кому-то дано слишком много, но вы сначала дорастите. Вы еще в начале пути, а мы уже клонимся к закату, и в этом наша разница. Пропасть слишком велика, вы пока никому не интересны. Я ведь тут тоже без дела не сидела, наводила справки, связывалась с резидентами разных цивилизаций, и все сказали однозначно: перспективы огромные, но рано. Поддержки не будет. Итог такой: я доставляю вас на родину, высаживаю и улетаю. «Архимед» временно одалживаю, потом возвращаю с солидной компенсацией.

— А в чем заключается компенсация? — немедленно спросил Горбунов.

— Это внеземные технологии, управление пространством и временем, новые виды энергии, препараты, увеличивающие срок человеческой жизни в разы и прочее, и прочее. Соглашайтесь, потом скажете спасибо.

Горбунов с Антоном переглянулись.

— Кстати, — сказал Антон, хлопнув себя по лбу. — Лев Иванович, вы не забыли, что у нас завтра очередной профосмотр «Архимеда»?

— Вот черт, — озабоченно произнес Горбунов. — Совсем из головы вылетело. Так что, голубушка, три дня придется подождать.

— Что ж, — ответила Гуда. — Три дня, так три дня. Но на родину будете добираться сами. За эти три дня звёзды встанут неблагоприятно, и у меня перелет вместо месяца займет полгода.

— Куда, извините, намерены лететь? — участливо спросил Горбунов.

— А это, извините, вас никоим образом не касается…

Глава 33

Перегнули палку

Утром следующего дня многочисленное население «Архимеда» (обслуживающий персонал и медработники) покинуло корабль и разбрелось по объекту. Внутри остались Горбунов, Антон, Олег, Ромка и Тимофей. Снаружи их охраняли боевые роботы под управлением Гарика 2, которые никого не пропускали на лифт. Внешне с кораблем ничего не происходило, только пару раз вспыхнули и погасли прожекторы, помигал свет в иллюминаторах, да поработали вхолостую основной (плазменный) и маневровые двигатели. Кто-то громко продиктовал в микрофон: «Раз-два, раз-два», потом прозвучало несколько тактов вальса. На верхнюю площадку внешнего лифта вышел облаченный в рабочую спецовку Горбунов, внимательно осмотрел окрестности, вытер со лба трудовой пот и ушел обратно.

Тем временем повара «Архимеда» вовсю трудились на кухне оазиса, готовя обед. К полудню обед был готов. В ресторан потянулись желающие подкрепиться, вскоре к ним присоединились участники профосмотра…