Дмитрий Баскаков – Маг и нимфа, или неправильное фэнтези (страница 35)

— Сиди смирно!

Найдя в недрах сумки аптечку, я достал пузырёк йода и осторожно смазал поражённое место — друидка вздрогнула, но стерпела. После этого я наклеил сверху широкую ленту бактерицидного лейкопластыря. Иногда за вопросы об аутентичности вполне можно получить в морду.

— Вот так... Идиот! Кретин! Олух! Растяпа!

От избытка чувств я несколько раз ударил себя по голове.

— Эй... Ты чего? — Димеона смотрела на меня через плечо — даже плакать перестала от удивления.

— Потому что я — дурак! — отбросив рюкзак, я вновь опустился на камень подле друидки. — Потому что надо было сделать это ещё вчера, сразу как ты оттуда вышла, а не спать и не хомячить сосиски.

— Откуда вышла?

— Из комнаты... А, ты же не помнишь! — я едва удержался, чтобы ещё раз не заехать себе в ухо. — Боже, какой я кретин!..

— Чего не помню?

— Помнишь, как мы вчера вечером шли с площади? К нам ещё подбежал такой толстенький маг...

Димеона кивнула.

— Помнишь, как вы свернули с ним в этот переулок?

Друидка наморщила лоб и кивнула ещё раз.

— Что дальше было, ты помнишь?

— Помню... Помню, как я почувствовала Мелиссу. Потом стало больно. Потом Василиса мне угрожала — а ты стоял и смотрел! — но я уже знала, кто вы такие. Потом я убежала. Потом я лечилась, потом...

— Погоди, — я нетерпеливо махнул рукой. — Куда делся тот маг, ты успела заметить?

Жрица задумалась.

— Нет... Убежал, наверное. Но, как ты в меня стрелял, я ведь тоже не помню, однако — вот... — она осторожно коснулась рукой окровавленного болта.

Меня передёрнуло.

— Да не моя это стрела, не моя! Мои стрелы, — я выудил из колчана стрелу и сунул её друидке под нос — та отшатнулась. — Мои стрелы — они вот такие! Этим я стрелять не смог бы при всём желании — это болт, они не для лука... — я со злостью переломил стрелу пополам и бросил обломки с утёса. — Это не моя стрела, Димеона.

— Не твоя?

— Нет. Ты веришь мне?

— Но... — Димеона смотрела на меня с огромным сомнением. — Но тогда чья?

— Помнишь мага, который вёл тебя за собой? — спросил я. — Помнишь, там, где ты от нас убежала, в стене была дверь?

Девушка неуверенно кивнула.

— Вы с магом шли впереди, а мы с Василисой — за вами, — продолжал я. — Он затащил тебя внутрь и заперся изнутри. Василиса хотела взорвать дверь, но тут она снова открылась, и оттуда вместо тебя вышла Мелисса.

Глаза Димеоны расширились.

— Мелисса?!

— Ну... Не совсем. Э-м-м... (Боже, да как объяснить-то?!) Это была, в общем, ты, но глаза у тебя были жёлтыми, и говорила ты не своим голосом, и двигалась ты не так, как ты двигаешься... Василиса подняла палочку и стала требовать, чтобы Мелисса тебя отпустила. Тогда Мелисса ушла — вернее, это твои глаза перестали быть жёлтыми — а ты посмотрела на нас и убежала.

Лесная нимфа смотрела на меня, не мигая.

— Мелисса... Была во мне? — замирающим голосом спросила она.

— Да, если ты это имеешь в виду.

Друидка сопела.

— Я... Я однажды видела, как она это делает, — призналась она. — Как-то раз её не было, а я пошла ночью в Храм за какими-то травами. Захожу — а там Сай копается в вещах Мелиссы. Я говорю: ты что делаешь? А он поворачивается — и смотрит её глазами, и говорит её голосом... Я тогда так испугалась — убежать не могла, закричать — и то не могла... А потом три недели боялась с ним разговаривать. Потом Мелисса вернулась — мне объяснила... А теперь она была во мне, да?

Я кивнул.

— Но... Зачем?

Я развёл руками:

— Люди за дверью... Там было четверо человек, и они хотели убить тебя. Один из них тебя ранил. К счастью, это всё, что им удалось. Ты убила их — вернее, это Мелисса убила их твоими руками.

Димеона вся сжалась, опустив полный ужаса взгляд на собственные ладони.

— Я? Как?!

Голос её дрожал.

— Вот этого я не знаю. В любом случае, Мелисса спасла тебя.

Друидка посмотрела на меня со страхом.

— Но... Почему ты тогда не выстрелил?

— Что?!

Девушка придвинулась ко мне чуть ближе.

— Мне страшно, — пожаловалась она.

— Не бойся — самое страшное уже позади, разве нет?

Нимфа задержала на моём лице тяжёлый изучающий взгляд.

— Ты не понимаешь, — сказала она, отворачиваясь. — Я думала, зло покинуло меня тогда, но, выходит, оно всё ещё где-то внутри...

— Зло? — я растерялся. — Какое зло, Димеона, о чём ты?! Они хотели убить тебя, и, если бы Мелисса не вмешалась, ты... Тебя бы прикончили.

— Я знаю... — друидка вздохнула и грустно добавила: — Мелиссе не надо было спасать меня.

— Ну, знаешь ли... — я помотал головой. — Если уж кто здесь и виноват, так это мы с Василисой... То есть, с Луарой. Мы должны были тебя защищать, а вместо этого повели себя как полнейшие простофили.

Димеона посмотрела на меня с удивлением:

— Защищать меня?

— Ну... Да. А ты думала, мы рядом с тобой для того, чтобы мешать тебе нести слово Фериссии?

— Ну... — проповедница виновато потупилась.

— Я понимаю, — я вздохнул. — Что поделаешь, не очень похожи мы на защитников... По правде сказать, я надеялся, что хоть Василиса окажется расторопнее.

Друидка сопела.

— Она — твоя женщина? — спросила она, глядя в сторону.

Я вздрогнул:

— Моя... Женщина? Нет, с чего ты это взяла? Мы — мы просто коллеги...

— А.

Повисло молчание.

— А вот твоя Мелисса меня прямо-таки поражает, — сказал я, чтобы переменить тему. — Её нет с тобой рядом — и всё равно она спасла тебя уже целых два раза.