Дмитрий Баскаков – Маг и нимфа, или неправильное фэнтези (страница 15)

Я сжал маркер в ладони и тоже рванулся куда-то вбок — не думая, рефлекторно. Я поставил на землю правую ногу, одновременно выдёргивая из сапога левую. Оказалось, однако, что корни (или побеги, или как там называется часть растения, которая хватает вас за ногу?) успели уже не только опутать сапог, но и впиться в штанину. Под босую пятку, на которую я приземлился, попала колючка — я взвыл, рванулся, потерял равновесие и стал падать на спину. Прибор выскользнул из моих пальцев и покатился куда-то в сторону.

— Стоять! — в очередной раз закричала друидка, из-под пальцев её брызнули тонкие струи янтарного света.

Я упал навзничь — благо земля оказалась достаточно мягкой, попытался быстро подняться — и не смог, потому что десятки колючих побегов проворно впились в рукава моей куртки. Я рванулся что было сил, выдирая с корнем странную поросль, но освободиться, увы, не смог: колючки — щупальца леса — за пару секунд опутали меня, словно паутина большую муху, так что теперь я лежал распятый и едва мог пошевелиться.

Лесная жрица подошла ближе, возвышаясь надо мной и глядя по-прежнему со смесью ужаса и праведного негодования.

— Вид-дишь? Твои лживые разговоры тебе не помогут! — произнесла она, чуть заикаясь.

Для проформы я дёрнулся ещё несколько раз, но путы, наложенные на меня посланницей леса, были на удивление крепкими. Я закрыл глаза и мысленно застонал — Боже, за что? За что? Второе проваленное задание за два дня — да Аполлон Артамонович с меня шкуру спустит!.. Ещё вчера мне казалось, что быть схваченным бандой девчонок с самодельными луками — верх идиотизма, однако сегодня туристка была и вовсе одна, а я прокололся на том, что не смог подобрать подходящего персонажа для завязывания отношений. Интересно, куда меня сошлют теперь? Пасти гоблинов? К арабам? В Библейский?[1] Мои стенания были прерваны голосом проповедницы — торопливо отжмурившись, я увидел, что девушка по-прежнему стоит надо мной и смотрит на меня с прежним страхом.

— Что-что?

— Я спрашиваю: тебе есть, что ещё сказать мне, о, охотник из диких земель? — произнесла друидка по-прежнему с дрожью в голосе.

Я пригляделся к ней повнимательней — и увидел, что, несмотря на моё поражение, она по-прежнему ужасно боится: подвижная мимика не позволяла ей скрыть испуга, да и пальцы заметно подрагивали. «Чёрт возьми, сколько ей лет?» — спросил я себя. Картина перепуганной, несмотря на собственную победу, проповедницы была настолько комичной, что я почувствовал настоятельную необходимость хоть сколько-нибудь подбодрить это доверчивое создание:

— Нет-нет, ничего. Ты можешь приступать.

Повисло молчание. Губы девушки побелели.

— К че... К чему? — наконец, слабым голосом спросила она.

«Господи, а я-то откуда знаю?!» — подумал я, однако вслух произнёс:

— К тому, к чему следует. Ты поймала охотника диких людей. Полагаю, Мелисса научила тебя тому, что полагается делать с такими, как я?

— Ме... Мелисса? — одними губами спросила друидка, отступая на шаг.

Теперь, когда мой спонтанный побег сорвался, жалкий вид лесной жрицы несколько отрезвил меня, и перспектива мучительной смерти уже не казалась настолько пугающей: за два года в здешней аспирантуре успеваешь привыкнуть ко многим вещам. Боялся я другого: с маркером или без, но через пару минут я попаду на ковёр к шефу, и вот тогда мне действительно не поздоровится. Димеона была меньшим из двух зол — настолько маленьким и несуразным, что торговаться за свою жизнь было бы попросту глупо.

— Не бойся, — чтоб подбодрить наивную проповедницу, я улыбнулся самой недвусмысленной из всех улыбок, на которые был способен мой персонаж. — Уверен, твоя наставница будет довольна узнать о том, как у тебя всё получилось.

Девчонка медленно пятилась, выставив перед собою руки словно бы для защиты. Это было уже чересчур.

— Да что с тобой? Димеона, не бойся! Уверяю тебя, ты меня надёжно поймала, и я ничего не смогу тебе сделать, даже если постараюсь. Ты можешь не торопиться и сделать всё как следует, — поскольку нимфа по-прежнему мялась, я подмигнул ей и добавил: — Уверен, со временем из тебя получится жрица, во всём похожая на Мелиссу.

Друидка остановилась. Развела руки в стороны. Крепко зажмурилась. Глубоко задышала. «Ну, вот и всё, — с тоской подумал я, закрывая глаза. — Надеюсь, в этом секторе умирать не так больно, как у нас, в Русском?..»

Достаточно долго я созерцал темноту, слыша лишь собственный пульс да шум ветра в листве. Наконец, до меня долетел шёпоток нимфы, и хватка сжимавших меня лиан вдруг ослабла. «Как, и всё?» — подумал я, раскрывая глаза.

Димеона сидела рядом со мной на корточках и с прежним страхом вглядывалась в моё лицо.

— А откуда ты про Мелиссу знаешь? — спросила она громким шёпотом.

— Ты сказала, — тоже шёпотом ответил я.

Друидка сопела.

— Только ты про лесорубов никому не рассказывай, ладно? — попросила она.

Я захлопал глазами, переваривая услышанное, — девочка выпрямилась и отступила назад.

— Только если ты опять соберёшься выкинуть что-то из своих охотничьих штучек, я... Я... Я сумею за себя постоять, ясно?! — произнесла она скороговоркой, пока я садился, стряхивая с плеч и коленей остатки пожухших и скорчившихся колючек.

— Ты что, отпускаешь меня?

Друидка затрясла головой.

— Я правда могу идти?

Лицо нимфы вытянулось:

— Идти? Куда?

— Э-м-м...

— Ты разве мне не поможешь? — Димеона захлопала глазами. — Или, может быть, ты обиделся? Ну, не обижайся, пожалуйста! Просто я тебя напугалась — аж сразу мороз по коже, я ведь никогда прежде не встречала охотника. Мелисса говорит, вы все страшные — ну, я не знаю, может быть, ты хороший, но только Мелисса мне так сказала. Но ты не думай, ты если начнёшь вдруг охотиться, я уйду — я сразу уйду, и охотиться один будешь! А, Даффи... А как ты будешь мне помогать?

Сказать, что я обалдел, — ничего не сказать. Я тупо смотрел на друидку, опять уже усевшуюся на бревно и с искренним интересом ожидавшую моего ответа, и чувствовал, как задание, которое я по всем понятиям провалил, превращается в балаган.

— Ты... Ты правда хочешь, чтоб я тебе помогал? После того, что случилось? — спросил я, ещё не веря.

— Ну конечно! — нимфа всплеснула руками. — Или ты до сих пор обижаешься? Ну не обижайся, пожалуйста!

— Да я и не обижаюсь...

Мозг отказывался переваривать услышанное. Чтобы отвлечься, я подтянул одно колено к груди и начал массировать стопу там, где наступил на колючку: пятка саднила, и немного шла кровь. Димеона молниеносным движением вновь оказалась подле меня и требовательно протянула руки к моей ноге.

— Где болит?

— Пустяки, — я поспешил придать себе самый беспечный вид. — Глядишь, до завтра само заживёт...

Нимфа вдруг шикнула и знаком приказала мне выпрямить ногу. Я подчинился. Друидка устроила мою стопу у себя на коленях, прикрыла глаза, положила одну руку на взъём, а вторую приблизила к пятке. Под пальцами её вспыхнули янтарные искорки. Стало щекотно, и я почувствовал, как боль начинает уходить.

— Мне закатать штаны? — спросил я растерянно.

Друидка сидела, раскачиваясь, и что-то едва слышно мурчала себе под нос. Так продолжалось с минуту. Наконец, свечение под её ладонями стало блекнуть, и нимфа открыла глаза.

— Ну, как? Всё в порядке? — спросила она.

— Всё в порядке... — ответил я всё так же растерянно: пятка не болела теперь совершенно. — Спасибо!

Друидка бережно переложила мою ногу с колен на траву и села удобнее, поджав под себя икры. По виду её я понял, что она очень довольна собой, хотя и старается этого не показать.

— Так как ты мне поможешь? — спросила она.

Я сидел на земле и всё пытался осмыслить произошедшее: меня сначала едва не прибили со страху, потом вылечили, а теперь на полном серьёзе интересуются, как я буду помогать. Что самое несуразное — так это то, что помогать я, чёрт возьми, буду! Конечно, за два года я успел сотворить немало брака, однако этот сценарий получался совсем уж лапшой — лапшой, в которую моя туристка тем не менее верила. Ощущения были странными: разнос у шефа откладывался, но особой радости я не испытывал — слишком похоже было на то, что нынче у меня не вышло даже как следует провалиться.

— Как я тебе помогу? Видишь ли... — в голове была каша, да и подобрать выражения так, чтоб не обидеть и не напугать своенравную нимфу, казалось непросто. — Видишь ли, я много знаю о диких людях, и, если ты хочешь добиться успеха, я могу оказаться полезен.

— О диких людях? — девушка глядела на меня с недоумением. — Но я знаю всё, что рассказывала Мелисса!

— Вот именно, — я кивнул. — То есть да. Да-да-да... Это, конечно, так, но я всё равно знаю гораздо больше — я сам дикий. Я смогу провести тебя там, где людей леса просто так не пропустят, и научить, как вести себя и что говорить, чтобы дикие люди вели себя с тобой более деликатно.

— Более деликатно? — друидка сопела, нахмурясь. — Но ведь Мелисса и так научила меня, как говорить и что делать.

Я вздохнул — апеллировать к событиям в Вебезеккеле, рискуя задеть самолюбие жрицы, мне не очень хотелось, но иного выхода я не видел.

— В том городе, где мы были, это не очень сработало. Нам пришлось убегать, ты ведь помнишь?

— Убегать?.. — Димеона уставилась на меня в изумлении. — Ты имеешь в виду плохих людей, которые сначала показывали, что любят меня, а потом начали с нами драться?