Дмитрий Арсентьев – Vineter (страница 3)

Позднее, по возвращении домой, я поделился своим наблюдением с другом, который довольно долго жил во Франции. Мои околонаучные изыскания он прокомментировал с той точки зрения, что французский язык артикулярный или как еще говорят «губной», а это требует постоянной работы тех самых губ, от чего, возможно, не без помощи эволюции, они и стали такими особенными на мой взгляд.

Каких-то специальных объяснений мне в общем-то и не требовалось. Достаточно было самих этих отчаянно красивых губ.

Часов эдак около шести вечера, я обнаружил себя где-то на набережной Сены. Было очевидно, что эксперимент меня изрядно увлек. Настроение по понятным причинам было романтическим. А куда в Париже может привести такое настроение? Туда, где мелодия аккордеона выводит классический «A Paris…», голуби на брусчатке перелетают с места на место в поисках людской «подати», пахнет свежим хлебом и сидят влюбленные пары. Проще говоря, в ресторан. Будем продолжать научный эксперимент, так сказать, стационарно. И на помощь мне безусловно должен прийти основной предмет исследования, заявленный в рамках моей зарубежной экспедиции. Какой? Правильно – вино.

Думаю, вы догадываетесь, что мне не пришлось потратить много времени, чтобы в центре Парижа найти ресторан. А вот на то, чтобы найти место в ресторане, все-таки время потребовалось. И вот он я уже сижу за скромного размера столиком, на так называемой уличной веранде ресторана, название которого хоть убейте не вспомню. Будь я человеком семейным, находящимся в командировке в столь «опасном» для мужчины месте, по мнению любой жены, как Париж, уже совершал бы традиционный контрольный звонок домой. В ходе разговора чеканным трезвым голосом сообщил бы, что работаю усердно, городишка так себе, да и посмотреть вокруг вообще не на кого. В общем симпозиум идет по плану – скучно, но продуктивно. Кстати, вы знали, что вольный перевод слова «симпозиум» с греческого языка означает «пить вместе». Собственно, у самих древних греков симпозиумом называлась завершающая часть вечерней трапезы, в которой участвовали только мужчины, занимавшиеся распитием вина в полу лежачем виде под звуки философских бесед. Современная интерпретация симпозиума куда более сложная и носит официальный флер. Сначала выбирается важная для человечества тема, затем определяется географический объект, которому выпадет честь принимать у себя эту лицемерную вакханалию. Туда съезжается значительное число ученых мужей, днем изображающих титаническое умственное напряжение, а вечером регрессирующих до исходного животного состояния, местами скотоподобия. Чем дольше длится симпозиум, тем с каждым днем все труднее и труднее ученым мужам изображать титанический умственный труд. Скорее этим самым трудом становится именно изображать.

Будучи же свободным от брачных или около того уз, я был избавлен от необходимости оправдательных телефонных бесед и мог со спокойной душой эпикурействовать. Вкушая терпкие сухие вина и поглощая изобретательные закуски французских поваров, я абсолютно без оглядки рассматривал окружавших меня очаровательных парижанок, ну или кем бы они там ни были.

На очередном повороте своего «перископа» натыкаюсь взглядом на пуговицу пиджака, стоящего передо мной мужчины.

– Не помешаю? – поинтересовался на английском незнакомец, указывая рукой на свободный стул рядом с моим столиком.

– Нисколько. – коротко ответил я, мысленно начиная расстраиваться из-за прерванного уединения. Ну что поделать… В Европе, судя по слухам, принято всеобщее единение в процессе приема пищи. Собственно, «братство» было одной из трех декларированных ценностей французской революции, наравне со «свободой» и «равенством». А посему, будучи гостем страны, я не мог попереть против ее устоев.

Мой нежданный компаньон комфортно расположил себя на стуле и, как ни в чем не бывало, неторопливо и с удовольствием оглядел окружавшую нас публику. Отдав распоряжение пролетавшему мимо официанту, он решил осчастливить меня продолжением беседы:

– А я Вас узнал. Вы были вчера на винном аукционе. – с искренней улыбкой произнес он, продолжая вполглаза изучать гостей ресторана.

– Отпираться бессмысленно. Был. – подтвердил я. И приглядевшись к собеседнику, увидел знакомые черты. Поскольку столики в этом ресторане своим размером предполагали посадку исключительно в полу бок, а мой нежданный сотрапезник как раз сидел в нужном ракурсе, мне не составило труда его вспомнить. Это был тот самый, привлекший мое внимание посетитель аукциона, который так интенсивно делал пометки в своей копии каталога вин, хоть и не принимал в торгах никакого участия.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.