Дмитрий Арканов – Фривольное лето. Ярко горят! (страница 8)

— Что ты тут делаешь? — нервно спросил я.

— Тебя ждала. Надеялась, что вернёшься сам… — голос Слави дрогнул, выдавая смущение, её щёки порозовели. А я обратил внимание на ее влажные косы.

«Явно лукавит — совсем не ждала.»

— Ольга Дмитриевна меня отправила на поиски. За сбежавшего пионера её явно не погладят по панамке, — уже с улыбкой добавила она, пытаясь разрядить обстановку.

«Вместо поисков поддалась искушению окунуться в прохладную реку в такой знойный вечер. Что ж, её можно понять. Славяне, наверняка, не очень-то и хотелось бродить в потёмках, разыскивая какого-то там чудика, сбежавшего не пойми куда. Зачем искать? Рано или поздно сам придет, никуда не денется…» Я грустно улыбнулся собственным мыслям.

Славяна поняла это по-своему:

— Прости Ульяну и не держи на неё зла, она хорошая девочка… хоть и хулиганка, но с возрастом это, наверное, пройдёт. Дети, они такие… сам понимаешь… Первый день немного комом, но… Завтра всё наладится, вот увидишь! Уверена, тебе здесь понравится… жить в этом лагере… с нами.

— Да я не обижаюсь, чего там… Лену больше жалко — неудобно получилось, — засмущавшись, я попытался оправдать свой позорный побег.

— С этим проще всего, стоит извиниться — и вы снова друзья. Она же понимает, что это всего лишь нелепая случайность. А Ульяну уже примерно наказали, так что этот досадный инцидент себя исчерпал, верно?

— Более или менее, — согласился я, слегка улыбнувшись.

— Ты, скорее всего, есть хочешь, поужинать-то нормально не получилось… — заботливо произнесла Славя.

Желудок издал громкий утробный рык. «Да уж, более нелепую ситуацию даже представить себе сложно…»

Славя сдержанно хихикнула.

— Ну, тогда пойдём, я тебя покормлю.

— А разве столовая ещё открыта?

— Закрыта, но у меня ключи есть.

— Ключи?

— Да, у меня от всех помещений лагеря есть ключи. Я здесь вроде помощницы вожатой.

— Понятно. Ну, пойдём, — явно не в моём положении было отказываться от такого щедрого предложения.

По дороге к столовой, когда мы проходили мимо площади, Славя вдруг остановилась.

— Постой, я совсем забыла, что ключи-то у меня не с собой, — она хлопнула себя по лбу. — Вот клуша! — Славя негромко рассмеялась. — Ты иди пока к столовой, а я через минутку, хорошо?

— Ладно… — согласился я и, немного помявшись, побрёл в сторону столовой.

На крыльце столовой шевелилась какая-то тень. Я никак не ожидал, что в столь поздний час там может быть кто-то, кроме меня. И этот кто-то явно пытался открыть дверь.

— Чо стоишь-то, помоги, что ли! — раздался голос Алисы.

— В смысле?

— В смысле дверь открыть, тормоз!

— Зачем?

— Булок я хочу… с кефиром! Не наелась!

— Э-э-э… Может, не стоит?

— А ты сам разве не хочешь есть? Улька то тебе поужинать нормально не дала!

— Так сейчас Славя придёт и…

— Чего⁈ — в голосе Алисы прорезался металл.

— Тогда я отчаливаю! А тебе это припомню! За тобой уже второй должок! — прошипела Алиса и, не дожидаясь ответа, метнулась прочь.

— А первый за что? — спросил я у темноты, но ответа не последовало.

Славя не заставила себя долго ждать.

— Всё в порядке? — спросила она, подойдя ко мне.

— Да, а что?

— Нет, ничего, — про Алису я решил благоразумно смолчать. Стукачество — не лучший способ проявить себя в коллективе: стукачей не любят ни те, на кого стучат, ни даже те, кому стучат. — Всё в порядке. Слова мои явно сочились фальшью, но Славя, похоже, ничего не заметила. Или, по крайней мере, сделала вид.

Мы зашли в столовую. Было непривычно наблюдать её полностью безлюдной. Огромный зал казался ещё больше, чем днём. Ровные ряды пустых столов и придвинутых к ним стульев уходили куда-то в темноту. Славя не стала включать свет. Полутёмное помещение освещалось лишь тусклой лампой из соседнего помещения, где, должно быть, располагалась кухня. Вся эта обстановка невольно настраивала на романтический лад.

— Подожди, я сейчас что-нибудь принесу, — сказала Славя и скрылась за дверью кухни.

Вскоре она вернулась с подносом, на котором стоял стакан кефира и несколько булочек. Ужин мой был нехитрым. «Немудрено. Голодные пионеры, наверное, съели всё подчистую. Впрочем, и это куда лучше, чем большая часть моего обычного рациона.» Какое-то время мы просто сидели в тишине, изредка прерываемой криками ночных птиц с улицы. Я чувствовал лёгкое беспокойство и волновался, попав в непривычную ситуацию. «Новая обстановка и малознакомая особа напротив мало способствуют душевному равновесию. Особенно, если учесть, что мы наедине, а вокруг уютный полумрак. Ох, надо было отказаться от этого невероятного ночного ужина, приближённого к романтическому. Поголодал бы до утра — не помер», — подумал я, отхлебывая кефир.

— У меня что-то на лице? — заметив пристальный взгляд Славяны, я решился прервать неудобное молчание.

— Нет, просто… Прости, хотела показать тебе лагерь, но совсем забегалась сегодня.

— Да я и сам… Вроде ничего не пропустил.

— Прям-таки ничего-ничего? — она улыбалась и смотрела на меня так, что приходилось от смущения прятать глаза.

— Ну, откуда я знаю — я же здесь первый день.

— И что же ты успел увидеть?

— Площадь, столовую вот видел, футбольную площадку…

— А пляж?

— Только издалека.

— Обязательно сходи! Или давай вместе сходим!

— Ну ладно… сходим… — естественность Слави уже начинала меня пугать.

— Слушай, Славяна, а тебе не кажется этот лагерь… немного странным?

Славяна удивленно вскинула брови.

— Странным? Да что ты! По-моему, здесь просто замечательно. Я прямо очарована этим местом.

— Правда? А как ты сюда попала?

— Так же, как и ты, приехала на автобусе. Только не одна, а с ребятами из нашего отряда. Это было неделю назад.

— Вот как, неделю? Я, значит, многое упустил.

— Да ничего особенного не случилось, обычный летний отдых. Так что еще наверстаешь. Как тебе первый день в лагере? Ну, общие впечатления, если не вспоминать Ульяну.

— Ну, я даже не знаю…

— Что, совсем не понравилось? Хочешь уехать домой, сожалеешь, что попал сюда? — кажется, это предположение её опечалило.

— Нет, наверное… Не всё так плохо, просто никогда не бывал в лагере, как-то непривычно… — я попытался дать более определённый ответ и не соврать при этом.

— Ничего, скоро привыкнешь! — к Славе вернулась былая уверенность.

Я помолчал, подбирая слова.

— А так, вообще, здесь неплохо.