Дмитрий Антонов – Изначальные (страница 8)
Девица, поправила подол, смущённо улыбнулась и продолжила заниматься уборкой.
– Угомонись брат. Имей советь.
Волибор покачал головой, очевидно, ожидая потакания своим страстям, но не найдя в брате единомышленника, решил сменить тему.
– Потренируемся на мечах? – Градимир ответил отказом и пояснил: пока не пройдет траур по матушке, никаких тренировок. – Ну, смотри,– фыркнул Волибор, – заберу Авдотью и потренируюсь с ней.
– Нече девок портить, – нравоучительно сказал Градимир. Затем положив руку на плечо младшего брата, тихо произнёс: – Добро это не принесёт.
– Твоё воздержание и вера в старинные обычаи, вот что не принесёт добра, а я забочусь о своём здоровье и множу словян.
«И в кого он такой? – отвернувшись от брата, созерцая утренний город, думал Градимир. – В отце такого любвиобильности нет, как и в нём самом. Может, Волибора подкинули?!».
– И много намножил?
– Сколько есть, все мои! – Волибор сделал паузу, затем вновь принялся нагло пялиться на Авдотью. – Как ты сдерживаешься брат, когда такой смак перед тобой? – Градимир пожал плечами. – А может, тебе нравятся юноши?
– Хм-м-м,– прорычал Градимир, продолжая пить чай.
– Если это так, то кто ты, сверху или снизу? – Градимир резко обернулся. Волибор понял: сейчас ему крепко достанется, поэтому не стал искушать судьбу: он мигом метнулся к себе в опочивальню, спрятался за углом косяка и продолжал.– Снизу! Ха! Я так и знал!
Решив что последнее слово осталось за ним, Волибор нарочито медленно-лениво ушёл.
– Вот полуумок…– громко сказал Градимир, – мне нравятся девушки, чтоб ты знал! – и взглянул на Авдотью.
Она и впрямь очень хороша! Длинные ноги, узкая талия, округлые бёдра и тёмный треугольник между…
Нет, – остановил себя княжич. – Так нельзя! В этом нет чести!
Желание, наконец-то познать усладу, принялось стучать в голове соразмерно биению сердца. Авдотья не раз томными взглядами, прозрачными одеждами и зазывающим поведением намекала Градимиру на то, что если б княжить был бы настойчив в своём мужском желании, то она весьма благосклонна отнеслась бы к внебрачной утехе с ним. На один крошечный сиг, Градимир допустил такую возможность и миг сладострастия сменился потерей чести при каждом взгляде на Авдотью и понимании того что он попользовал ею. И как вообще жить дальше, зная – что она для тебя лишь сосуд для утех, а ведь Авдотья человек, у неё свои желания, чаяния и надежды. Да, в конце концов, её замуж никто не возьмёт тронутую, и быть ей бабой для всех навсегда. И забыть о мечтах… Нет!
Градимир упал на руки, прогоняя бесовские мысли. Он опускал и отталкивал вверх своё тело, пока мышцы не налились приятным теплом, отвлекая от всего на свете. Авдотью, поведение княжича весьма позабавило, быстро закончив уборку и низко поклонившись, девица удалилась восвояси.
Да, так дальше дело не пойдёт. Нужно вводить более целомудренное утреннее одеяние для девиц-служащих, иначе он сойдет с ума от подобных соблазнов.
Сбросив напряжение, Градимир вновь умылся, оделся и направился в приёмную обсуждать текущие дела с главным воеводой.
Через час подали завтрак в обедне, к этому моменту, Градимир закончил утреннее совещание и с полными руками свитков от развед-департамента, присел на своё место за высоким столом. Напротив, Волибор жадно ел мясо, запивая мёдом. Похоже, брат добрался до кого-то сегодня утром, ибо зверский аппетит можно нагулять либо тренировкой, что в случае с Волибором считалось крайне редкой практикой и естественно, усладой.
– Приятного аппетита, – проговорил Градимир.
– Угу,– буркнул, с набитым ртом, Волибор.
На столе, главным блюдом, значилась жареная баранина. Слуга, отрезав знатный кусок, подал мясо Градимиру и остановился, ожидая указаний. Блюдо оказалось таким же вкусным, как и выглядело, а свежевыпеченный хлеб просто таял во рту, помидоры, огурцы да лучок, придавали завтраку незабываемый вкус. Поспросив принести кваса, Градимир приступил к трапезе. В этот момент, в дверях появилась Лада – сестра близнец Градимира, жизнерадостная как всегда. Вот с кем приятно общаться по утрам, с ней не нужно думать об искушениях и грязных мыслях среднего брата, сестрица, в случае чего, проведёт такой психоанализ, что вывернет тебя наизнанку, иссушив и не оставив от гнетущих мыслей и следа.
– Всем привет! – прожурчала она, напевая какой-то мотив. Небесно-голубой сарафан с белой макошью, сидел на Ладе идеально, белые сапожки чуть постукивали невысоким каблучком. —Вы уже видели Олега? – братья, жуясь, отрицательно покачали головами. – Вот, дурни! И вам неинтересно, какой ваш младший братик?! —Лада взяла со стола яблоко, откинула назад длинную русую косу и приготовилась снимать кожуру и не только с фрукта.
– Отстань,– с набитым ртом, ответил Волибор. – Увижу ещё.
– Сегодня? Или когда Олег повзрослеет! – смеясь, воскликнула Лада.
– Да хоть бы и так.
– Бука, ты Волибор! – пристыдила она и обратилась к Градимиру. – Ну, а ты чего молчишь?! – Градимир продолжал жевать. – Эй! Я с тобой разговариваю! —Лада пихнула старшего брата в плечо и тот нехотя отвечал.
– Я ещё позавчера Олежку на руки взял.
– Да, и когда же это было?
– Когда отец принёс Олега кормилице. Аппетит у него знатный, сам видел.
– Э, да ничего ты не видел! – запив мёдом пищу, встрял Волибор. – Хотя нет, кое-что ты узрел.
– И что же это братец? – спросила, заинтригованная Лада.
– Грудь женская, конечно! – вновь съязвил Волибор, Лада с недоверием сморщила носик. – Как, ты не знала дражайшая сестрица? Представляю, какое отвращение вызвало у Градимира вид обнаженного женского соска.
Собираясь проглотить откушенный кусок, Лада чуть не поперхнулась яблоком.
– Не задирай меня,– спокойно ответил Градимир.
– Фу, какой ты пошляк братец! – прокашлявшись, нахмурилась Лада. – И в кого ты такой?
– Уж лучше быть хамоватым женолюбцем, чем тайным мужеложцем, – сестра с недоумением посмотрела на брата и Волибор пояснил. – Почему ты думаешь Градимир в тридцать лет все ещё девственник? Он просто ещё не нашёл себе мужа! Тем более посмотри на него…
Княжич вскочил, гнев обуял сердце.
«Да как посмел этот наглый трутень, называть его постылым именем?!»– гремела мысль, пока, тяжело дыша, Градимир пытался себя успокоить и не накинуться с кулаками на среднего брата. – «А эта его кривая ухмылка!»
Волибор продолжал вальяжно сидеть нога на ногу, ковырялся в зубах и зло усмехался.
«Да он сестру уже не стесняется, говнюк! Пора положить этому конец!»
Не дав Волибору договорить очередную гадость, Градимир схватил того за грудки и притянул на себя через стол. Посуда полетела в разные стороны, кувшин с мёдом упал и разбился. Стоявшие на страже двое велизарных переглянулись, но вмешиваться не стали.
– Ещё слово и выбью тебе зубы! – грозно сказал Градимир.
– Ну, попробуй, любитель сосисок, – вырвался Волибор.
Это стало последней каплей, надменная, злая ухмылка Волибора, вконец вывела Градимира из равновесия и, поддавшись гневу, княжич нанёс удар. Волибор рухнул навзничь, опрокинув стул, распластавшись на полу. Градимир замер, хмуря брови, он ждал, ждал пока брат в тщетных попытках, вернёт себе вертикальное положение и тогда, можно продолжить трёпку.
Кровь хлынула из разбитой губы. Сплюнув два выбитых зуба, Волибор в очередной раз, попытался встать, но рухнул вновь, комната шла кругами. Лада, с воплями ужаса подбежала, положила его голову себе на колени и принялась вытирать кровь, подолом сарафана.
«Сейчас как всегда начнёт причитать».
Не дожидаясь этого, Градимир обошёл стол, грозно приближался, желая наконец-то выбить дурь из неразумного брата и плевать, что он ещё не поднялся!
– А ну стой, где стоишь! – с угрозой в голосе, предупредила Градимира Лада.
Пришлось подчиниться, ссоры с сестрой Градимир не желал, а в это время, стоявший на страже велизарный, принялся колдовать, и у Волибора, взамен выбитых, проросли новые зубы.
– Ишь, какой грозный старший брат! Смотрю, ты не гнушаешься бить слабых!
– Это не так Лада!
Градимир распирало от желания рассказать сестре, каким порочным стал Волибор, и как он ведёт себя, попирая старинные обычаи, и ступая против воли богов. Но как старший брат, он берег и лелеял чувства сестры и не намеревался становиться тем, кто разрушит её сказочный мир, где все живут долго и счастливо. Поэтому Градимир не стал открывать правду, лишь вздохнув, унял гнев.
– Уходи,– обиженно сказала Лада, – и подумай над своим поведением!
Градимир собрал в карман длиннополого алого кафтана принесённые свитки, развернулся и ушёл прочь. Стража почтительно расступилась, пропуская, даже велизарные предпочитали лишний раз не вставать у него на пути, и это не от силушки богатырской, а от искреннего уважения перед наследником престола.
Сцепив руки за спиной, княжич быстрой походкой несся по коридорам снедаемый сомнениями о своих деяниях.
Правильно ли он сделал, ударив Волибора?
Правильно.
Ибо тот неоднократно выпрашивал хорошую трепку, но вот нужно ли это делать при сестре?
Скорей всего – нет.
Лада нежная, ранимая душа, и открывать ей грязь этого мира неразумно и преждевременно.
Коридор шел за коридором, одно крыло терема за другим и вот, внезапно, Градимир оказался перед покоями младшего брата, из которых доносилось громогласное: Уа-а-а! Княжич остановился, немного поразмыслив, да решив отбросить мысли о семейном раздоре, вошёл внутрь. В комнате творилась полная неразбериха.