Дмитрий Ангор – Восхождение мага призывателя. Том 2 (страница 12)

— Тогда я попытаюсь его отразить, — уверенно заявил я.

— Против меня, ты вряд ли выстоишь, — произнёс Борисович с пугающей беззаботностью и тут же перешёл в атаку.

Его проклятие вырвалось внезапно. В воздухе мелькнули руны, складываясь в смертоносный узор. И я едва успел выставить духовный щит, но толку тут было мало — препод проклинатель высшего порядка. Его магия прошивала мои барьеры как нож масло. Так что я попытался начертать кровавые руны на полу, дабы развалить его проклятие. И толку от этого мало… Пока я черчу одну руну, он швыряет десяток проклятий. В общем, в конце концов, самонадеянность меня и погубила — некоторых врагов в одиночку не одолеть.

Впрочем, это временная проблема. Големы-поглотители проклятий в будущем будут решать такие вопросы. Не зря мы собираем из них армию с разными способностями. А сейчас… я проиграл. Но странно — мои органы чувств работали идеально, а мысли были ясные. Только почему-то я смотрел на Ленку снизу вверх, а вокруг все ржали. Лиса же умилялась, глядя на меня. Что ж, видимо, смерть — не самое страшное проклятие.

— Кости-и-ик, какой же ты миленький! — завизжала она. — Я тебя сейчас всего затискаю, мой сладенький!

— Женщина, ты что несёшь? — говорить было непривычно, приходилось слишком широко открывать рот, будто что-то мешало.

Я провёл языком и почувствовал два длинных зуба. А Ленка казалась неестественно крупной для меня. Она тянула ко мне руки, и мне это не понравилось — я побежал от неё. Точнее, не побежал, а запрыгал на четвереньках, причём довольно быстро. И ещё меня охватило дикое желание съесть яблоко или грушу. А за землянику я бы сейчас вообще душу демону продал — честно. Мне зверски хотелось земляники!

И в ужасе от своих предположений, я запрыгнул на стол, где стояло небольшое зеркало. Твою мать! Я превратился в рыжего кролика с тупой мордочкой. Какая жесть!

— Ой, а можно его навсегда таким оставить⁈ — Ленка обратилась к преподу, сияя от счастья. — Я буду о нём заботиться!

— Я тебе, блин, оставлю! — заверещал я писклявым голоском и недовольно фыркнул. — Снимай, давай с меня проклятие! Немедленно!

— А где «пожалуйста»? — Лиса склонилась над столом и почесала меня за ухом.

— Ты сейчас издеваешься? — я посмотрел на неё недовольными чёрными глазками. — Я тебе помог, теперь твоя очередь — всё честно! Руны знаешь, формулы тоже.

— Ну чего ты такой серьёзный? — надула она губки. — Даже пошутить нельзя? — достав телефон, начала снимать меня. — Это я девчонкам покажу — им будет интересно.

— Удали немедленно! — я нервно задёргал усами.

— Ути-пути, какой злой кролик, — игриво произнесла Ленка и ткнула пальцем мне в нос.

— Зря шутишь, — проворчал я. — Никакого тебе секса, и не буду брать тебя, сама знаешь куда.

— Секс с кроликом? Я не зоофилка, Царев, — усмехнулась Лиса.

А я потерял терпение, ловко подскочил и выбил задними лапами телефон из её рук. Тот рухнул на пол и разбился.

— Костя, блин! Он же дорогой! — прогундосила хитрюга.

— Знаю, это же я его тебе покупал, — ухмыльнулся я по-кроличьи.

— Тогда купишь новый, — обиделась она.

— После того, как снимешь проклятие, — парировал я.

— Ладно-ладно, идём, пушистик. Сейчас всё сделаю, — она взяла меня на руки, прижала к груди и начала гладить по спине.

Не спорю, приятно, когда тебя гладят, но меня мучила жажда и жутко хотелось морковки, груши и земляники. Настоящая пытка! Скорее бы всё закончилось.

Лена поставила меня на пол и принялась чертить синим огнем руны в воздухе. Пока что всё делала правильно, как и полагается отличнице. Уравнения записала верно и начала искать неизвестное. Но решила она его неверно, и у меня язык чесался подсказать, однако нельзя было.

Но к счастью, она быстро исправилась и разобралась всё таки с уравнением. Однако, ничего не изменилось — я по-прежнему оставался кроликом. Какого хрена?

— Вячеслав Борисович, может, тоже дадите ей подсказку? — взмолился я и от нервов начал умывать мордочку лапками. Не знаю, как это работает, но я не мог остановиться. — Она ведь в верном направлении идёт, ошибок нет.

— Да, Волхонская показала себя с хорошей стороны, — кивнул он. — Но мои советы — это скорее новые знания для вас, — сомкнул он руки за спиной. — Елена, вам стоит лучше сконцентрироваться и представить Царева в его прежнем образе, детально. Держа этот образ в голове, запишите параболические формулы из рун — две справа, символизирующие вершины его состояния до перевоплощения, и две слева, символизирующие состояние после. Проще говоря, X и Y. Но рунами, разумеется. И между ними нужно провести энергетически верную параболу.

Когда же он это сказал, я увидел панику в глазах Ленки. Задача была не для новичков — малейший промах, и всё насмарку. Ей нужно было держать в голове мой образ и при этом чертить энергетическую параболу, а это высший пилотаж даже для опытных магов. Потому я немного занервничал, ведь сомневаюсь, что сам бы справился на ее месте с первого раза. А времени в обрез — пара не резиновая.

А Ленка уже тревожно взгянула на меня и начала чертить руны. Потом наступила гробовая тишина — она пыталась провести параболу. И через минуту зал взорвался хохотом. Борисович же отвернулся, будто увидел что-то непристойное. А сама Лиса выпучила глаза и пискнула.

Что за хрень она сотворила? Смотрю — я всё ещё кролик, только уже чёрный, с накачанными лапами и здоровенным мужским достоинством между задних лап. Какого ху… Значит, таким она меня видит⁈ Прекрасно, теперь я — кролик-мачо из порно-анимации какой-то.

— Вячеслав Борисович, исправьте это немедленно! — закричал я. — Как я буду учиться в таком состоянии целую неделю? Мне нельзя!

— Прости, Царев, но не могу — правила для всех одинаковы. Оставляю как есть, чтобы всем был нагляден пример важности моего предмета. Чем больше трудностей испытаете сейчас — тем легче будет в будущем.

— Но я же не виноват! Это она не справилась, — во мне закипела ярость. — Я свою часть отработал безупречно.

— Ты получаешь сто очков, а Волхонская минус сто, — развёл он руками. — Но ты бы прикрылся что ли, — кашлянул этот изверг в кулак.

Сука, я ему когда-нибудь точно рожу набью. Вроде учит хорошо, но почему я должен терпеть такой позор?

— Чем, блин, прикрыться? — взвыл я в бешенстве. — У меня же лапки!

А студенты начали падать со стульев от хохота и я зыркнул на них

— Всех, кто смеётся, запомнил. Потом пеняйте на себя! — зловеще процедил я.

— Ой, смотрите, нам угрожает кролик с большим хером! — Корсиков тыкал в меня пальцем.

— Тебя первым пришибу на дуэли! — лязгнул я зубами.

— Да ладно, Царев, ты чего — шутка же, — он мгновенно заткнулся. — Не хочу я с тобой на дуэль, — ну ещё бы.

Делать же было нечего — нужно срочно обратиться за помощью к тому, кто действительно поможет. А таким человеком сейчас мог быть только декан. Его бы не назначили на эту должность, не владей он профессионально всеми дисциплинами. Денис Владимирович разбирается во всей магии, и хоть он не всемогущ, но мой прежний облик точно сумеет вернуть. И я знаю, как на него надавить.

И плевать мне было, что пара не закончилась. Я поскакал из аудитории — а скакать было чертовски тяжело. «Прибор» оказался настолько внушительным, что приходилось делать передышки. Еще, к тому же, при каждом прыжке я больно ударялся им об пол — невыносимое унижение.

А студенты в коридорах смотрели на меня с нескрываемым удивлением. Они не знали, кто я такой — я ни с кем не говорил — но прекрасно понимали, откуда я возвращаюсь в таком виде. И некоторые откровенно потешались, другие смотрели с сочувствием — их ведь тоже могла ждать подобная участь на занятиях Борисовича.

В общем, кое-как допрыгав до учебного отдела, я привлёк внимание гнома-секретаря. Но он меня не унюхал, а услышал стук моего «прибора» по полу.

— Цалев? — спросил он совершенно серьезно. Ему было не привыкать к таким зрелищам в нашей Академии, да и не юный он студентик, чтобы хихикать над каждым подобным случаем. — Я чую твою ялость! Куда наплавляешься?

— К декану! И лучше не вставай на моём пути! — я оскалился от злости.

— И не собилался, — поёжился гном. — Твоя палка между лап лазмером больше меня всего.

Он даже спустился со стульчика и помог мне открыть дверь в кабинет декана.

— Спасибо, — бросил я.

Запрыгнув в кабинет, я с трудом вскарабкался сначала на стул, а потом на стол к декану. Тот как раз пил кофе с пончиками. При виде меня его лицо осталось невозмутимым — за годы работы здесь он и не такое повидал. К тому же, он прекрасно знал о методах обучения Вячеслава Борисовича и, разумеется, одобрял их. По его мнению, мы должны были познать на собственной шкуре всю суть проклятий, чтобы потом эффективно бороться с ними. Да и все магические Академии Империи нацелены не только на образование по специальности, но и на подготовку студентов к войнам.

— Денис Владимирович, вы должны снять с меня проклятие, — выпалил я, отдышавшись.

И он отодвинул пончики и, прожевав, сказал.

— Да, Царев, аппетит ты мне как рукой отбил.

Но едва он это произнёс, я заметил на столе вазу с фруктами. Среди них были груши, и меня словно накрыло волной безумия. Сочные, ароматные — я набросился на них без всякого разрешения и стал пожирать одну за другой. Опустошил всю вазу за считанные минуты, и мне даже стало плохо от переедания. Я повалился на спину, а на пузо мне давил мой огромный болт. Декан же терпеливо ждал, пока я закончу обжорство, а потом спросил.