Дмитрий Алексеев – Через пятнадцать долгих лет (страница 38)
— История весёлая, — улыбнулась Людмила и подмигнула Ирине, — но уж больно неправдоподобная картина: голый Кравцов с голой девицей в обнимку у костра, и он читает ей стихи Пушкина дрожащим голосом.
Тут уж все покатились от смеха.
Все, кроме Ирины и Артёма выпили ещё, а Вера задумчиво поинтересовалась:
— Ирка, ты и на приёмах тоже совсем не пьёшь? Как твои знакомые это терпят?
— Беру фужер шампанского и хожу весь вечер с ним. Я здорово наловчилась хитрить. Светская жизнь требует этого, иначе лохом останешься.
Людмила отправилась показывать фруктовые деревья в саду, но это интересно оказалось только Ирине и Артёму. В глубине сада стояли качели, они поместились втроём на них и легонько раскачивались. Ирина сидела рядом с Артёмом и бесцеремонно прижималась к нему. Собственно, она такое проделывала со всеми знакомыми мужчинами, если они были без жён.
— Честно бы признался, сколько раз трахнул московскую фифу, чем тупо оправдываться, — ядовито ухмыльнулась Ирина.
— Сколько не помню, но не без того, — засомневался Артём. — Да, они ещё вечером заявились домой благодарить за спасение и заболтались случайно до самого утра.
— Артёмка, ты неисправим, — засмеялась Людмила. — Наверное, и в шестьдесят таким же будешь.
— И я чуть было не вышла замуж за этого бабника. Умывалась бы горючими слезами от ревности, — ехидно подыграла Ирина.
— Ещё не поздно попробовать и сейчас, — неожиданно предложила Людмила. — Ирка родить сможет, будет из вас образцовая семья. А прежние увлечения вспоминать глупо.
— Вот только нищего жениха из Мурино мне недоставало! Люда, не старайся, всё ушло. Для меня Кравцов никогда не был идеалом, тем более теперь, а меня он ценит не выше портовой шлюхи. Да, Артём, ты правильно понял: своей карьере я активно помогала телом и не стыжусь этого. Да и вообще, в сорок лет трудно быть безгрешной. Зато, людей изучила и выбирать мужа или любовника теперь проще, — Ирина смотрела смело и откровенно в глаза Артёма, не собираясь скромничать.
— Думаешь, проще? Сомневаюсь. Женщина с опытом и в возрасте, ну как ты, например, невольно будет подбирать нового любовника по сравнению с предыдущими, и очень придирчиво. Типа, он должен быть такой же нежный, как мой 29-ый, и опытный в постели, хотя бы как 36 — ой. Ну и красавец, конечно, похож на 52-го. Составить идеальный образ можно, если, конечно, помнишь их всех по номерам, но где его найти, этот идеал? — Артём решил немного подразнить Иришку, как это нередко делал в далёком прошлом.
— Применительно ко мне, — ответила мягкой улыбкой Ирина, — лучше не применять числа больше сорока для правдивости, — потом повернулась к Людмиле и сердито добавила, — И ни на одного больше! Да и идеальный образ мне неважен, интереснее — банковский счёт.
Ирина сделала паузу, Людмила тоже не решалась вставлять комментарии: уж слишком скользкая тема.
— После таких откровений мы, наконец, можем закончить приторные елейные разговорчики и перейти к деловой части переговоров, — Ирина выразительно поглядела на Людмилу.
Та поняла:
— Пойду чай поставлю и торт вынесу.
Ирина отодвинулась на другой край качели и произнесла тише:
— Уж если прикидывать, кто больше всего пользовался моим телом, то ты опережаешь всех вместе взятых, а по качеству даже сравнивать не хочу.
Артём со злости чуть не ляпнул: «Я-то тебя ублажал бесплатно и по любви, в отличие от твоих друзей-толстосумов», но сразу прикусил язык. Бывшая любовница стала весьма влиятельной дамой и могла ещё пригодиться, а на такой намёк гарантированно обидится.
Видимо, воспоминания о былых шалостях улучшили настроение Ирине:
— Артёмка, после этой гнусности, неплохо бы подсластить и вспомнить, сколько было у нас хорошего. Хотелось бы остаться друзьями, раз не получилось другого. Всё-таки, я чувствую вину перед тобой и хочу помочь, тем более, это в моих силах.
— Иринка, деньги мне не нужны, да и вряд ли ты их просто так раздаёшь; в-остальном, вообще без проблем. Не калека, опыта — за глаза, нахрапистость, — с твоей не сравнишь, но тоже присутствует. Устроюсь как-нибудь. Потом уж выгодно женюсь, — Артём не собирался отказываться от помощи, но немножко порисовался.
— Как-нибудь, я не позволю. На днях будет приём для участников симпозиума, я тебя познакомлю с одним сравнительно честным предпринимателем. Он затеял строительство двух заводов и ему нужны опытные кадры, именно такие производственники, как ты. Только просьба: не фантазируй, будто я ублажала всех своих знакомых мужчин; в частности, с Порошиным у нас только деловое общение. Наверняка же подспудно ненавидишь тех, которые пользовались телом и ласками твоей бывшей любовницы, подчёркиваю, чаще всего притворными ласками. Ведь, угадала? — Калачёва смотрела с обезоруживающей улыбкой, за которой хорошо просматривалось высокомерие и снисходительность.
— Да, мне это неприятно, поэтому постоянно могла бы не напоминать, — Артём чувствовал сильное желание стукнуть по этой заносчивой физиономии, однако старая любовь пересиливала.
— Это надо было для дела, я имела фору за счёт навыков, что получила от тебя. Всего лишь спурт на старте, как бегун ты это понимаешь. И вообще, это в прошлом, а я уже три года считай, как непорочная дева, обхожусь без интима. Можно сказать, очистила душу и тело перед вступлением в законный брак. Наверное, мне хватило того сумасшедшего года с тобой на всю жизнь. Это тебе небольшой комплимент, а теперь перейдём к неприятным вещам.
— Эй, отшельники, идите торт есть! — закричал Игорь.
— Повезло тебе, Кравцов, вернёмся к разговору позже.
Но до продолжения дело не дошло: Ирине позвонили, она извинилась и уехала ещё в разгар застолья.
Сашка с Игорем сумели накушаться до сонного состояния даже под присмотром жён и их торжественно отвели спать. Кравцов ещё долго развлекал Веру с Людмилой рассказами, по большей части, выдуманными. Уже собираясь на электричку, в коридоре он целовался и обнимался с Людмилой, хотя и долго, но чисто по-дружески.
Почему бы нет, если это никому не во вред, тем более, её грудь намного мягче подушки?
— 42 —
— Никаких фраков надевать туда не требуется; хороший костюм, галстук в тон и приличная обувь. Это деловая встреча, а не тусовка артистов. Впрочем, случайные люди бывают, особенно любовницы. Так что некоторый женский парад мод случается, — инструктировала Ирина Артёма по телефону во вторник после обеда. — Я рассказала Порошину Павлу Юрьевичу о тебе в общих словах, остальное добавишь сам. Не скромничай, я пока не знаю, что он может предложить. Подъедешь к Роял Бич, я встречу на входе.
— Не бойся, малышка, я найду, о чём поговорить с капиталистом. О прибылях, конечно. Тем более, о всех его предприятиях я прочитал и у меня сложилось хорошее впечатление, — ответил Артём скучающим голосом. Он совершенно не волновался, заранее решив, что любой вариант его устроит. В том числе и отрицательный.
Добрался на такси и сразу заметил в фойе Ирину, которая оживлённо общалась с мужчиной и женщиной, нашла его в списке приглашённых на входе, провела через охрану и подвела к своим знакомым:
— Знакомьтесь: Артём Кравцов, мой очень давний друг, а это самые лучшие хирурги, Яна Орбели и Александр Мансуров.
— Знакомство с врачами в нашем возрасте — просто бесценно, — с некоторым юмором заявил Артём.
— Вот именно, — добавила Ирина. — Особенно, учитывая, что Яна — челюстно-лицевой хирург, ну а твой вздорный и неуравновешенный характер общеизвестен.
— Дорогая, я дрался только в молодости, отбиваясь от других самцов, которым не терпелось похлопать тебя по тугой попке, — огрызнулся беззлобно Артём. — Ну а с такими ценами на новые зубы драться просто нерентабельно.
Он присмотрелся к врачам и немного озадачился: если костюм Александра особо не выделялся, хотя и был недешёвым, то платье Яны просто блистало нескромными вырезами на груди и спине, да и стоило не меньше месячного заработка врача. Грудь прикрывали две полоски, слабо выполняющие свои функции, так что любознательный зритель мог при желании увидеть всё или додумать. Артём не страдал излишней скромностью, долго оценивал наряд весьма придирчивым взглядом и остался доволен. Кроме того, драгоценностями были украшены пальцы, уши и шея женщины. Фигура была спортивной, а вот лицо немного простовато, по сравнению с Ириной.
«Ну да, хорошие хирурги и зарабатывают хорошо, а может у неё просто муж богатый», — подумал он про Яну Орбели. Было интересно для кого предназначался такой провокационный наряд, но засматривались многие.
На самой Ирине тоже был изысканный наряд, более скромный по содержанию, но не по цене. Теперь деловой стиль был определяющим для неё.
Они поболтали на нейтральные темы, потом Ирина позвала Артёма:
— Освободился Порошин, поторопись!
Павел Юрьевич оказался немного ниже Кравцова и лет на десять старше. Лысины пока не было, но волосы уже значительно отдалились друг от друга. Лицо интеллигентное и живое, характер заметен по плотно сжатым узким губам. Фигура поджарая, а походка сразу выдавала бывшего спортсмена или завсегдатая фитнес-клубов. Кого-то он сильно напоминал Кравцову, но вспомнить не удавалось.
Порошин, несомненно, обрадовался новому человеку и принялся расспрашивать его о работе и жизни на Дальнем Востоке. Ирина скромно уселась рядом, в разговор не вступала, только улыбалась проходящим знакомым и обменивалась с ними дежурными фразами. Артём иногда поглядывал на неё почти с восхищением: она была в своей стихии и была здесь примой.