Дмитрий Александров – Эсферикс. Книга первая (страница 18)

— Что это было? — спросил Ленц шёпотом.

— Не знаю. Пойдём посмотрим?

Ленц с большей радостью остался бы дожидаться перезарядки браслета на знакомом (и оттого казавшемся безопасным) месте. Но говорить он этого не стал и просто пошёл за Ришей, любопытство которой было таким искренним и заразительным.

Хапи умеют передвигаться тихо, инстинктивно находя такую опору, которая не выдаст их звуком, выдержит их вес. Двое путешественников быстро и незаметно пересекли небольшой островок и добрались до того места, откуда доносились странные щелчки.

На берегу стояли двое реоподов.

У одного из них (судя по погонам, высшего тетрарха) из механической руки торчал овальный дисплей.

— Они здесь! — зловещим глухим басом, прорвавшимся сквозь шипение, произнёс он.

— Да, прямо здесь, — подтвердил второй. — Будет легко поймать. Запускай сетисов.

Откуда-то снизу в воздух поднялись три плоских, похожих на черепах, робота.

— Бежим обратно! — прошептал Ленц.

Риша взглянула на всё ещё тёмный браслет и кивнула.

Началась погоня.

Из роботов вылетали тонкие нити липкой светящейся паутины, и даже удивительной реакции хапуру не хватило бы, чтобы увернуться ото всех. К счастью, на стороне Риши и Ленца выступал сам остров: густая, хаотично переплетающаяся растительность мешала преследователям, и распадающаяся на множество ниточек паутина повисала на лианах или завитках веток, не достигнув цели.

— Не будет легко, — произнёс первый тетрарх.

— Нельзя упускать, — напомнил второй.

— Тогда используем растворитель! Здесь нет теверков. Никто не узнает. Следов не останется.

Три сетиса взмыли над лесом. Внутри них защёлкали сложные механизмы; из корпусов показались чёрные жерла форсунок-распылителей, готовых исторгнуть вниз запрещённое Звёздным союзом оружие.

Цифровые глаза бездушных летающих машин поймали изображение цели — двух испуганных живых существ, прячущихся под сухими стеблями возле самого берега. Точность была не нужна — только приблизительное направление. Микросхемы отдали команду атаковать, но в этот момент обе цели, схватившись за руки, исчезли в сиренево-синем сиянии — исчезли с острова и вообще из этого времени.

Глава 9. «Сражайся»

Абсолютная темнота.

Невесомость.

Что-то обнимает со всех сторон, просит очнуться ото сна, просит сражаться.

«Я внутри робота!»

Открыв глаза, Риша тотчас их закрыла: смотреть и ничего не видеть было невыносимо — лучше поскорее вернуться в свою внутреннюю темноту, свой мирок, привычные границы, обман, который подобные ей существа растят с детства. Тьма внутри кажется другой, отличающейся ото всего внешнего. Тьма внутри не может причинить вреда. Это состояние сна, желанное для уставшего разума, и именно сюда хочется убежать тогда, когда бежать больше некуда.

Однако в этот внутренний мирок снова забралось кое-что, машина.

Рише было страшно. Она снова чувствовала не своё тело, а могучее тело древней машины; видела не своими, а её глазами. Она не могла произнести ни слова — это пугало больше всего.

Вокруг была холодная пустота, космос.

— Где Ленц? — мысленно крикнула девочка.

— Его здесь нет, — ответил голос. — Нет в этой вселенной.

— В этом времени? Он остался в прошлом?

— В другой вселенной. Перемещаясь во времени, ты на самом деле попадаешь в параллельный мир. Ты не знала?

— Конечно нет! Откуда мне это знать?! Я хочу туда, где Ленц!

— Какой именно Ленц?

— Мой Ленц!

— Ты можешь вернуться к любому из них. Но сначала надо кое-что разрушить.

— Нет. Я не хочу ничего разрушать. Как мне вернуться?

Риша вспомнила про браслет. Но ведь она не может ни двинуть рукой, ни даже посмотреть на него! Она почувствовала подступающие слёзы, и внезапно это щекочущее ощущение в уголках глаз придало ей сил: нужно бороться хотя бы для того, чтобы не заплакать.

— Ты в космосе, — продолжил голос. — Повернись!

Риша захотела повернуться, и робот, осветив белым пламенем безвоздушную черноту сначала слева, затем справа, послушно выполнил это движение. Всё снова происходило словно само собой, инстинктивно — и со стороны девочки, и со стороны машины. В другое время Риша была бы счастлива: здесь невесомость, свобода, звёзды! Но сейчас она не может думать об этом. Она должна вернуться в своё время, в свой мир!

— Снизу обломки корабля, с которого ты сбежала. Помни о них. В космосе обломки могут быть опасны. Впереди — корабль твоих врагов. Уничтожь его!

Риша видела космос глазами робота. Она могла усилием воли приблизить, рассмотреть мельчайшие песчинки, безмолвно летящие через пространство, могла заглянуть назад, вверх, вниз — не поворачивая головы. Даже зажмурившись.

Серо-зелёный корабль приближался. Он был похож на лунный серп, обращённый к Рише своими рогами. Риша узнала цвета, формы, треугольный знак, сиявший в свете Большого солнца — знак реоподов. Она вспомнила, как сражалась с пришельцами на Спике. Меч! Она тогда вытянула руку, и…

— У тебя нет оружия, — произнёс голос. — Только ты и они. Враги. Надо уничтожить. Сражайся!

— Как? Чем сражаться?

— Действуй. Двигайся.

Голос замолчал. Яркий луч, вырвавшись из корабля пришельцев, ударил в грудную пластину робота. Послышался низкий гул. Волна жара проникла внутрь, и Риша почувствовала, что машине больно. Робот начал беспорядочно вращаться, проваливаясь в сторону планеты. Обломки! Девочка заметила их в последнюю секунду. Мысленным усилием преодолев сковавший робота шок, она смогла едва заметно изменить положение в пространстве и проскочить между острыми краями неровных кусков металла.

Корабль выстрелил снова — Риша была готова. Инстинкты, освободившись наконец от сомнений, страха, от постоянного контроля со стороны сознания, мгновенно развернули боевую машину. Робот схватил один из кусков обшивки разрушенного корабля и укрылся им, словно щитом. Луч скользнул по серебристой поверхности, стирая белые буквы, разогревая металл. В следующую секунду тяжёлый обломок уже летел навстречу кораблю пришельцев.

Корабль реоподов заложил крутой вираж. На мгновение его камеры потеряли цель, противника, машину, созданную тысячи лет назад и снова разбуженную девочкой с планеты Спика. В потоке чистого белого сияния эта машина догнала корабль пришельцев. Вцепившись в обшивку могучими руками, робот принялся крушить, ломать, рвать на куски. Вокруг в облаках вырывавшегося наружу газа разлетались обломки. Горящий моторный отсек, с яростью откинутый вниз, вращаясь, падал на планету. Откуда-то посыпались искры. Они вспыхивали и гасли, снова вспыхивали маленькими звёздочками. Большие звёзды смотрели на них молча, издалека…

— Теперь отправляй меня обратно! — мысленно крикнула Риша.

Но вместо загадочного, холодного, ненавистного голоса раздался мягкий, полный волнения и грусти голос Лхати:

— Это плохо.

Лхати висела над роботом, заслоняя тёплый свет Малого солнца. Его лучи очерчивали золотом её фигуру. На ней не было скафандра, не было никакого намёка на что-то волшебное, защищающее от космоса.

— Это плохо, — повторила Лхати.

Риша оттолкнула летевший к ним лист зелёной обшивки.

— Что плохо?

— Разрушение. Тот, кто обладает такой силой, не должен разрушать или создавать ради себя.

— А я не хочу никакой силы! — крикнула Риша. — Я хочу вернуться к Ленцу, вернуться в мой мир и жить как прежде!

— Эти миры не твои.

— Вы все говорите что-то непонятное. Думаете, что вы умнее, играете в свои игры. Уходи! Я не верю, что ты — настоящая. Никто не может выжить в космосе без скафандра.

Лхати (или то, что выглядело, как Лхати) исчезла.

Затем исчезли обломки.

Спика.

И, наконец, исчез робот.

Глава 10. Возвращение

Риша лежала на поляне, на мягком ковре из разноцветного мха. Зеленовато-голубой мох назывался сфагус, розовый — флабес. Названия теверков. Это проходили в школе — для самих хапуру любой мох был просто мхом.