Дмитрий Агалаков – Белоснежка и медведь-убийца (страница 56)

– Вы что-то украли, учитель? – обернулся к нему Следопыт.

– Да поехали! – не выдержал Позолотов. – На нас этот тупица, охранник, таращится! А вы мне тут допрос устроили!

Кирилл включил зажигание, и джип сорвался с места. Когда они выехали на улицу, Следопыт повторил вопрос:

– Так что вы взяли?

– Да коньяк! Коньяк! Армянский его! Покойника нашего! – взорвался Позолотов. – Что я еще мог увести из дома? А, Юленька? Как вы думаете?

– Ну, не знаю, вы любитель древностей! Вдруг вы часы какие решили увезти из дома.

– Ну да, щас! – Он достал из внутренних карманов куртки две марочные бутылки конька. – С таким коньяком и часов никаких не надо!

Следопыт рассмеялся. Не удержалась от смеха и Юля. Но очень быстро стала серьезной.

– Я ведь только что с калекой циркачкой разговаривала.

– И что? – спросил Белозерский.

– Некий друг недавно подарил нашему соседу Юрию, длиннохвостому, фургончик для торговли фруктами.

– А, – кивнул Следопыт. – Отличная работа, Юля.

– Я знаю, – отозвалась девушка.

– А вот меня никто не похвалит, а коньяк все будут лакать.

– У нас перед коньяком бой, – предупредил учителя Кирилл.

– Бой? – переспросил тот.

– Точно. Вы можете остаться в городе, – предложил Следопыт. – Мы все равно будем там проезжать. Заброшу вас в гостиницу. А, профессор?

– Еще чего! Да я с ума сойду, думая, что с вами, – ответил Позолотов. – Живы или нет! Едем все вместе.

– Ну что ж, вместе так вместе, – кивнул Белозерский. – Теперь мне за двух отвечать. За ребенка и старика.

– О-ё-ёй, – насмешливо бросила Юля. – Мне двадцать лет! Целых двадцать! Родись я в Азии, могла бы уже стать матерью-героиней.

– Шучу я, шучу, – обернувшись, подмигнул ей Кирилл. – И слава богу, что мы не в Азии!

2

Они промчались через спящий Лещёв, вырвались на другую сторону города и полетели дальше. Светало. Хилые домишки за косыми заборами и крепкие особнячки, новострой за каменными оградами, стояли вперемежку вдоль дороги. Пригород спал мирным сном. Потом пошли разбросанные дачные участки, многие густо заросшие садами. На одну из улочек и свернул черный джип Соколовского.

– Ты хорошо запомнил тот дом? – спросила Юля.

– Я же Следопыт, – усмехнулся Кирилл. – Я запоминаю все, что вижу. А что хочу запомнить, не забываю никогда.

Это были огромные садовые участки, буквально покрытые фруктовыми садами и огородами или просто заросшие кустарником и бурьяном. Тут на сотни метров тянулись покосившиеся ветхие заборы, едва проглядывая из-за желтеющей зелени. Ближе к центру такие участки стоили бы огромные состояния, но здесь, на забытых просторах России, они были почти дармовой землей.

Белозерский притормозил, заглушил мотор, вытащил ключ зажигания.

– Выходим. Я, конечно, ловкий и умелый, но будьте осторожны. Слышите, Феофан Феофанович?

– Я тоже ловок и умел! – откликнулся тот. – Старый и мудрый лис!

– Тише, профессор, – предостерегла старика Юля. – Кстати, а у вас есть оружие? «Парабеллум», например?

– У меня есть сила! – обиженно напомнил он и перебрал волосатыми пальчиками перед носом Юли: – У-у! Великая сила!

– Точно! – Юля даже хлопнула себя по лбу. – Забыла!

– Я жалею, что взял вас с собой, коллеги, – очень серьезно прервал их Кирилл. – Мы ведь на тропе войны.

Его тон заставил всех разом замолчать. Они осмотрелись. На этой улочке стояла гробовая тишина. Только вовсю запевали птицы и одиноко покрикивали по округе петухи. Кирилл отпер калитку и кивнул на дорожку:

– Входите.

– Вперед под пули толкаешь? – спросил Позолотов.

– В точку, – кивнул Следопыт.

Они шли по тропинке, с двух сторон глухо заросшей кустарником и фруктовыми деревьями. От земли терпко пахло осенней лесной сыростью.

– Райский сад, – прошептала Юля.

– Сейчас увидим, какой он райский, – проворчал Белозерский.

Перед ними уже был и дом – старая развалюха, вся заросшая желтеющими кустами.

– Тише! – Следопыт приложил палец к губам. – Слышите?

До них ясно доносились стоны. И сбивчивый разговор.

– Сердце. – Позолотов приложил руку к груди.

– Что сердце? – спросил Белозерский.

– Бьется часто! – прошипел Феофан Феофанович. – Выпрыгивает!

– Бьется – уже хорошо. Юленька, ты готова? – спросил Следопыт.

– Еще как, – ответила та.

– Двери справа, еще надо дойти. Рискуем.

– Пошли, Кирилл. Им сейчас не до нас, – резюмировала Юля.

Они вычислили самое короткое расстояние, быстро преодолели его и оказались у дверей избушки.

– Заходим, – сказал Кирилл.

Он потрогал двери – не скрипят ли, но те оказались бесшумными. Кажется, ловушек тут не было. Они вошли в сенцы, прокрались до следующей двери, и Кирилл, подождав, распахнул ее настежь. Юля была вооружена своим «малышом», однажды уже спасшим ей и ее друзьям жизнь.

Едва они переступили порог, как тут же остановились. Перед ними стояли двое. К ним спинами! Первый – с длинным сивым хвостом, второй – в пол человеческого роста. Рыжеволосый карлик. Они были так взволнованны и напуганы, что даже не услышали гостей. Третий обитатель избушки лежал на кушетке с перебинтованной рукой и корчился от боли.

– Говорю тебе: ему все хуже, – нервно сказал карлик. – Он держится, потому что мы ему обезболивающего вкатили слоновью дозу. Его в больницу надо. Ты что, доктор? Хирург? У него от руки почти ничего не осталось.

– В какую больницу? – взорвался сивый, с хвостом волос за спиной. – У него стреляная рана. Они сразу полицию вызовут. И всех нас загребут. Всех, понимаешь?!

– Соврем, скажем, что он сам разряжал охотничье ружье…

– Ему три пули в ладонь вкатили! Как ты думаешь, после трех выстрелов в поселке Зеленом его оставят в покое? А там еще два трупа! Забыл?

– Не поеду я в больницу, – стонал раненый. – Юрка прав! Это для нас для всех приговор.

– Юрка прав! – передразнил его длиннохвостый. – А приговор ты нам сам обеспечил со своими фантазиями. На черта мы тебя послушались? Все пройдет гладко! – передразнил он. – Прибил бы ты его где-нибудь потом, когда бы он вылез из своей башни! Разбогатели, называется. На кой мне теперь твои деньги?

Рано или поздно эта сцена должна была закончиться. Следопыт вопросительно кивнул Юле, она ответила ему утвердительным кивком.

– Ну все, лицедеи, концерт окончен, – грозно произнес Кирилл.

Двое мгновенно обернулись. Забегали глазами. Они искали оружие! Одноствольное ружье стояло в стороне, прислоненное к стенке, и несомненно было заряжено.

– Стойте на месте, – предупредил их Следопыт. – На куски разнесу. Тут дробь на лося – потроха по всем стенкам разлетятся.

Оружие в руках гостей охладило их пыл. Они присмирели. Но лица гостей хозяева разглядели не сразу. Особенно девушки, под козырьком бейсболки.