Дмитрий Агалаков – Белоснежка и медведь-убийца (страница 44)

Фигуристка пожала его руку.

– Очень приятно.

Беженцеву и Карпухину было лет по тридцать пять. Как интересно, думала Юля, не просто так сегодня она пришла в этот цирк…

– Вы, наверное, чемпионка? – спросил смуглый Мстислав.

– Я-то? Да, – кивнула она. – Шла по прямой. Летела! Могла бы стать чемпионкой России, наверное, но травма остановила меня. Увы. Фигурное катание осталось позади. Пришлось уйти в танцы на льду. Надо еще найти партнера. Мой бывший рассорился со всеми и уехал за границу. Звал с собой, умолял, но я осталась.

– Меня, возьми меня в партнеры! – с жаром вцепился в ее руку Жук.

Карпухин заржал. И Беженцев улыбнулся.

– Укушу, – пригрозил первому Жук.

Тот отмахнулся. Жук щелкнул зубами в направлении его руки.

– Черт, ведь укусит! – бросил Карпухин.

– Пойдемте кофе пить, – предложил Мстислав. – А потом я поеду. – Он взглянул на товарищей. – Пса надо покормить.

Карпухин кивнул:

– Ясно.

– С коньяком кофе будем пить? – спросил Жук.

– Ну, кто-то с коньяком, а кто-то без, – ответил Беженцев. – Я так за рулем. Что скажете, Юля? Кофе за знакомство выпьем?

– Вы идите, я переоденусь и отдышусь, – сказала она. – Где кафе?

– На втором, – пояснил длинноволосый Карпухин.

– Жду тебя, принцесса! – с жаром бросил огненно-рыжий Жук.

Она подмигнула ему. Мужчины ушли. Жук торопливо ковылял, переваливаясь с ноги на ногу, за товарищами. Юля не поленилась, вышла за ними и убедилась, что в зале никого. Переобуваясь, она думала только об одном: этот день, этот час, эти минуты принесли ей немало открытий! Жук бесстрашно снимал сцену явления медведя-призрака на улице Краснознаменной, длиннохвостый Карпухин был зятем покалеченной актрисы, во дворе дома которых, прямо напротив окон ее номера, и пропал медведь после своего легендарного променада. А еще красавчик Мстислав… Несомненно, эти люди знали многое в этой мистической истории, но что именно? Вот бы заговорить с ними на эту тему!

Юля достала телефон и набрала номер.

– Алло, Кирилл? Слушай меня, есть след. Да, след. Не спрашивай ни о чем, не могу говорить. Я в цирке. Да, в местном цирке-шапито. Я познакомилась с людьми, за которыми нужно будет проследить. Я их задержу минут на пятнадцать-двадцать, а потом выйду вместе с ними. Двое мужчин лет по тридцать пять – сорок. Возможно, с нами будет карлик. Да, карлик. Нет, не образно, а человек маленького роста. Все объясню вечером. Ты должен будешь проследить за ними. Еще один – с косой, сивый, зовут Юра, он наш сосед, живет в доме напротив отеля. Третий – Мстислав. Смуглый. Живет за городом. Выбирай на свой вкус! Прошу тебя, не опоздай. Пока. Это очень важно, Кирилл, – шепотом добавила она. – Очень!

Когда Юля вышла из раздевалки, она вдруг подумала: а стоит ли ей туда идти? История фигуристки висела на волоске. Ее видела скандальная жена сивого и даже догадалась, что между калечной циркачкой и любопытной девушкой из гостиницы через дорогу существует информационная связь. Успела ли она об этом сказать своему мужу? А если да, тогда что?

Будь что будет, решила Юля.

Она быстро нашла цирковое кафе. Мужчины уже заказали кофе и булочки. Ждали ее. Жук подскочил со своего стула, он все делал показно быстро и ловко, галантно отодвинул перед ней стул. Юля сказала: «Спасибо», – и потрепала его по рыжей голове, тот извернулся и чмокнул ее в ладонь. Ну, совсем как домашний пес. Это заставило улыбнуться многих, и не только за их столом. Жук давно привык, что он не такой, как все, поэтому и вел себя как хотел. Вызывающе, агрессивно, любвеобильно. Одно слово: Сирано! Юля привлекала внимание, взгляды Мстислава и Юрия тянулись к ней.

– Будете пялиться на нее так, – сказал друзьям косолапый коротышка, когда подпрыгнул и вновь уселся-таки на стуле, – загрызу по очереди обоих. – Мстислав и Юрий переглянулись. – Слышите?

– Разве мы тебе конкуренты? – улыбнулся Мстислав.

Печаль и насмешка были в его глазах, но вряд ли они имели отношение к Жуку и принцессе. Коротышка перевел нарочито злющий взгляд на хвостатого.

– Даже не думаю! – кивнул другу-карлику Юрий. – Я женат! И разве бы я осмелился перейти тебе дорогу?

– То-то, – зыркнул на них глазами навыкате Жук.

«Как миленько, они меня уже поделили, – размышляла Юля. – Вот она, мужская логика, выдрессированная тысячелетиями!» А взгляд Юли притягивал этот смуглый Мстислав. Все у него было ладно, у этого Беженцева: спортивный, здоровый, сильный, только выдавали глаза. Они казались отрешенными от всего. Ничего не видевшими. Тем не менее он нравился Юле – обаянием, выдержкой. А вот Юрий отталкивал – с сальными волосами и сальной улыбкой.

– У вас все задатки звезды, – сказал Мстислав. – Где выступали?

– В разных местах, – неопределенно ответила Юля. – По всей России. А вы тоже здесь работаете? – уводя разговор от себя, спросила она. – В цирке?

Да, длинноволосый Юрий Карпухин работал в цирке разнорабочим. Иногда выходил в массовке, иногда подыгрывал клоунам. Мстислав Беженцев, как поняла Юля, сюда залетел по случаю, к друзьям. Юля наврала с три короба про свою карьеру, но лгать ей было легко и даже приятно: это вдруг вернуло ее в мир спорта, в мир выступлений. А поскольку она занималась и легкой атлетикой, и гимнастикой, то могла запросто оперировать терминологией, придумывать ситуации. Короче, была как рыба в воде.

– А как давно вы в Лещёве, Юленька? – спросил Мстислав.

– Я приехала в те самые дни, когда у вас этот медведь шастал по улицам. – Юля передернула плечиками. – Брр! Мне кто-нибудь объяснит, как такое может быть? Медведь на одной ноге ходит по ночам и вырывает людям кишки. Что за бред? – Она посмотрела по очереди на трех мужчин, но их лица были, скорее, бесстрастны, а в глазах Жука так и совсем гуляла насмешка. – Я хотела сразу развернуться и уехать обратно. Но я тут не одна, с дедушкой, – призналась она. – Он сам родом из Лещёва, вот и притащил меня сюда. А тут у вас цирк свой, хоть и не большой, но симпатишный.

– Цирк у нас что надо, – согласился Юрий. – У нас же знаменитый клоун родился, Пушкарев, его весь СССР любил; вот он когда-то и пробил строительство этого цирка. Сам Пушкарев умер давно, теперь цирк его имя носит. Ничего, выживаем.

– Так что вы, лещёвцы, скажете про своего медведя? – Юля решила не уходить от темы. – Что он такое?

– Призраки существуют, – глядя Юле в глаза, с жаром кивнул рыжеволосый Жук.

– Да ладно? – промолвила она.

– Еще как существуют! Они окружают нас и следят за нами!

– Вот не поверю.

– И они всегда могут оказаться за нашей спиной, – добавил Жук.

Девушка перевела скептический взгляд на длинноволосого:

– Юрий?

– Что? – встрепенулся тот.

– Вы слышали. Я о призраках. Есть они или нет?

Карпухин замотал головой, и сальная коса его пришла в движение:

– Ума не приложу. Сам хожу и оглядываюсь. Как и все горожане. Всё думаю: вот так вот идешь по ночной улице – и вдруг силуэт. Медведь! Жуть.

Юля улыбнулась: еще недавно, в баре, он собирался выдать медведя-призрака за вознаграждение. Лжив был Юрий Карпухин!

– Мстислав?

– Я не лещёвец, – пожал плечами Беженцев. – Но думаю, что Жук прав. Призраки существуют. Они выходят из темноты, из наших страхов, из нашего прошлого. Мы создаем их сами, и не только своим воображением.

– Как это так? – нахмурилась Юля.

– А так это. – По его смуглому лицу пронеслась волна эмоций, но это было мимолетно, едва уловимо. – Мы создаем призраков нашими поступками, Юленька. – Печаль и насмешку в его глазах сейчас вдруг заменило другое чувство, что-то неистовое появилось в них. – Мы творим этих призраков ежечасно на протяжении всей жизни, копя и преумножая зло, а потом удивляемся, когда за нашей спиной вырастает чудовище. Но ведь мы его создавали сами!

Юля заметила, как Жук весело скривился и толкнул локтем Юрия, который тоже едва сдерживал улыбку.

– У-у, – протянула она. – Да вы философ, Мстислав!

– Еще какой! – пропел Жук.

– А если серьезно? – пошла в атаку Юля. – Если без мистики? Вот полиция в мистику не верит. В данном случае. Я-то знаю. У меня в вашем Лещёве двоюродный дядя – подполковник полиции.

– И кто? – неожиданно переспросил Юрий Карпухин.

– Какая разница? – смело ответила вопросом на вопрос Юля. – Вы знаете всех сыскарей, да еще подполковников?

– А вдруг?

– Не думаю, – отмахнулась Юля. – Не то чтобы мы были очень близки, но тем не менее он нам с дедушкой много чего порассказал. У них три версии. Одна ужаснее другой. В одной из них действует одноногий маньяк, который одевается в шкуру медведя. Он настоящий артист. Искусно овладел походкой медведя. Всеми его повадками. Перевоплотился в зверя.

– Ха! – вырвалось у Жука.

– А что? – спросила Юля.

– Да ничего, – ответил карлик. – А мне кажется, что медведь настоящий.

– Как бы там ни было, на это дело сейчас десятки людей работают в вашем Лещёве. Так мне сказал дядя.