Дмитрий Агалаков – Белоснежка и медведь-убийца (страница 28)
– Кстати, а что мы тут забыли? – спросил Феофан Феофанович. – На сегодня представление закончено. Кирюша?
– Кстати, а действительно, что? – устало вздохнула Юля. – Старый громила добрался до дома. А я устала и в душ хочу.
– Я должен был проследить, не заглянет ли старый прораб к Людмиле Калявиной. Мало ли? После твоего, Юленька, маскарада… А ты уже и забыла?
– Забыла, – призналась она, – пристыдил… А чего это собаки развылись?
– А точно, – удивился Феофан Феофанович.
Они прислушались. По ближней округе протяжно и жалобно выли несколько псов.
– Да обычный ночной концерт, – решил Следопыт. – Одна завыла, и пошло. Ладно, кажется, все обошлось, и можно ехать. Чепалов уже ставит машину.
– Так поехали? – спросила Юля.
– А, Кирюша? – поинтересовался водитель.
– Подождите, Феофан Феофанович, сейчас он зайдет в дом, и тогда. Не будем привлекать его внимание.
Чепалов запирал гараж. Сидя в «Запорожце», они видели его темный силуэт, возившийся у дверей… И тут Юля заметила другой силуэт – гигантский – через перекресток. Он темной горой вынырнул из заросшего пустыря на углу и теперь вразвалку двигался через дорогу.
– Смотрите! – Она ткнула пальцем в лобовое стекло. – Вперед смотрите!
И так у нее это получилось: горячо, страстно, жутко! Взахлеб! До мороза по коже!
– Что вы так кричите, Юленька? – вздрогнул Позолотов. – Вы точно призрака увидели. Что там такое?
– А это и есть призрак, – с трудом пробормотал Следопыт и полез рукой в карман. – Бог мой… – Он достал телефон и нажал на камеру. – Вон он, идет!.. На нас смотрит!
То же самое дрожащими руками проделала и Юля со своим телефоном.
– Мамочки, – едва выдавил из себя Феофан Феофанович.
Ту же дорогу, на которой стоял их автомобиль, только за перекрестком, переходил медведь на деревянной ноге. И двигался он в сторону дома Чепалова. Он шел неуклюже, хромая. Вокруг него пылал золотой ореол – шкура светилась! Это падал свет уличных фонарей из глубины улицы. Грозно постукивала деревяшка. Но на полдороге медведь остановился и уставился на машину. Он смотрел прямо на них, трех пассажиров «Запорожца»! А они всё снимали на два телефона! Неровно, урывками, но снимали.
Дрожащая рука Позолотова вцепилась в ключ зажигания. Но медведь не рванул на них. Хромая, он пересек дорогу на перекрестке и, вынырнув из-за угла, заковылял по тротуару к дому Чепалова. А увидев человека, которого искал так долго, сразу подал голос: его рык покатился по ночной улице. И тотчас еще пуще завыли окрестные собаки. Матвей Чепалов застыл на месте. Трое пассажиров «Запорожца» едва видели его. Чепалов истошно закричал – медведь заковылял быстрее. Расстояние между ними стремительно сокращалось. Чепалов уже не успел бы подняться по лестнице и заскочить в свой дом. Поэтому он развернулся и бросился прочь по улице. «Дьявол! Дьявол!» – закричал он и тотчас пропал из поля зрения трех потерявших речь наблюдателей.
– Едем туда! – бросила Юля.
– Страшно! – прошептал Позолотов.
– Едемте, Феофан Феофанович! – горячо взмолилась Юля.
– Нет, – замотал головой водитель.
– Едем! – грозно приказал Кирилл.
Феофан Феофанович провернул ключ в замке зажигания, но мотор не заводился.
– Черт, уже сто лет такого не было!
Следопыт рывком открыл дверцу и выскочил из машины.
– Сидите здесь! – крикнул он. – Я сам!
Но Юля молнией последовала за ним. Они добежали до перекрестка и тут услышали вопль. Крик погибающего человека! Погибающего мучительной смертью! Которого беспощадно рвут на части. Сюда уже ковылял и Позолотов.
– Стойте! – выкрикнул Кирилл, мигом раскинул руки и преградил путь своим друзьям. – Сказал же, сидите в машине…
И тогда они увидели тень зверя на дороге. Непривычную глазу тень! Медведь на костыле обернулся на них.
– Боже, – прошептала Юля. – Нет-нет-нет! Призрак, не надо…
Перед медведем лежала другая тень – несомненно, это был убитый Чепалов. Несмотря на опасность, Кирилл и Юля продолжали съёмку. И ждали, что будет дальше.
– Чур меня, чур! – страстно прошептал Феофан Феофанович. – Изыди, нечистая!
Так они и смотрели друг на друга – медведь и три человека.
– Отступаем, – проговорил Следопыт. – Слышите? Мне кажется, он готов броситься на нас…
Медведь раздумывал, куда ему рвануть – в их сторону или прочь. Исчезнуть! Ждали они, ждал медведь. Но так продолжалось недолго. Зверь грузно шагнул в темноту – точно провалился в одну из ночных теней, тяжело лежавших по обе стороны улицы.
– А вдруг он сейчас несется сюда? – спросил Позолотов. – Только мы его не видим?!
И едва он это сказал, как они услышали нарастающий стук палки. Тук! Тук! Тук! Резкий, пронзительный! Тук! Тук! Тук!
– К машине! – завопил Кирилл. – Феофан Феофанович, ради бога, скорее!
Но Феофан Феофанович, хоть и старый, и хромый, а бежал вприпрыжку, тем более что стук нарастал – он катился за ними по темной улице. Они влетели в машину, захлопнули дверцы, прилипли к окнам… Никого не было!
– Призрак! – вымолвил Позолотов, дрожащей рукой пытаясь провернуть ключ зажигания. – Верю в это! Верю!! – горячо повторил он.
– Точно призрак! – кивнул Следопыт. – Не верю, но это он! Заводите мотор, учитель!
– Я пытаюсь, пытаюсь!
И надо же, мотор завелся. Отдохнула машинка! Феофан Феофанович выкрутил руль, нажал на газ, и его «Запорожец» рванул по ночной улице. Они то и дело оглядывались назад: не несется ли за ними медведь на одной ноге. Но призрак исчез, словно его и не было.
Следопыт достал из кармашка куртки телефон.
– Борщову? – догадалась Юля.
– Конечно! Теперь нам в полиции объясняться, все эти ужасы рассказывать. А главное, надо придумать, зачем мы у дома Чепалова оказались. А то мы такие свидетели, что почти участники. И этого их, местного бонзу, хозяина особняка, нельзя трогать. Потом хлопот не оберемся. Выставят нас из города. Борщова подведем. Нужно что-то придумать, Юленька, и поскорее.
– Будем думать, – кивнула та. – Ну, звонишь?
– Да. Притормозите, Феофан Феофанович.
Позолотов припарковался на центральной улице Лещёва, у тротуара. Мимо пробегали машины. Рядом скудно светилась витрина продуктового магазина.
Кирилл набрал номер подполковника Борщова и сказал:
– Игнат, это Белозерский. Прости за поздний звонок, но мы стали свидетелями жестокого убийства на улице Сурожской. Да, ты угадал, друг Калявина – Чепалов, я тебя спрашивал о нем. Думаю, что убит. Уверен в этом. Мы убежали с места преступления: боялись, что с нами будет то же самое. Что убийца погонится за нами. А главное, мы все трое видели убийцу. Он стоял над Чепаловым в центре улицы. А теперь самое главное, я про убийцу… Это был наш медведь-призрак на одной ноге. Да, честное слово. Пять минут назад. Да. Посылай туда всех спецов. У Юленьки стресс, у Феофана Феофановича тоже. Я должен отвезти их в гостиницу. Отложим беседу до утра. А теперь самое главное: мы засняли место преступления и медведя. Да, сейчас мы тебе вышлем материал. Да, действуй. – Кирилл покачал головой. – Тебе сегодня не позавидуешь, дружище.
В ближайшие минуты они послали съемку на адрес Борщова.
Через четверть часа компаньоны входили в номер Кирилла и Позолотова. Все трое валились с ног, но впереди было совещание. Утром всей честной компании предстоял настоящий кошмар в полиции. Предстояло давать показания и лгать; целый спектакль надо было разыграть перед следователями.
– Я все придумала, дорогие мужчины, что мы скажем полиции, – начала Юля, когда они сели по диванам и креслам в номере Позолотова и Кирилла и жадно выпили по рюмке коньяка.
– Серьезно? – искренне удивился Феофан Феофанович. – А вот у меня так в голове ураган. – Он даже обхватил голову с седой шевелюрой. – Ужас!
– Так что, Юленька? – обратился к ней Следопыт. – Моя версия для властей только оформляется, – он приложил указательный палец к виску, – давай вначале ты.
– Хорошо. Наш Феофан Феофанович свято верит в мистическую подоплеку дела. Верите, Феофан Феофанович?
– Верю, – даже привстав, кивнул тот. – Верю!
– Ну вот. Полиции мы скажем так: мы решили предупредить одного из друзей Калявина, тоже охотника, что ему угрожает опасность. От медведя-призрака, – пояснила Юля. – Да, мы верим в призраков. Приезжали к Чепалову днем, но он и слушать не захотел. Выставил нас вон. Решили проследить за ним, еще раз поговорить с человеком – и тут все пошло по самому худшему сценарию. Как узнали, что охотников трое? По фотографии. Спросят, откуда она? Досталась нам от одного из выпивох, друзей Калявина. Их там туча трется у «Радуги». Мол, тот хвастался среди своих, что он крутой охотник, да еще друг бывшего главы города. Главное: мы хотели предупредить – и Чепалова, и Соколовского, если надо. Потому что мы верим в призраков, – убедительно повторила девушка.
– Но я и впрямь верю в призраков, – пробормотал архивариус.
– Вот, – указала на него рукой Юля. – Они только посмотрят на Феофана Феофановича и сразу нам поверят. – Она задумалась. – После сегодняшнего я тоже верю в призраков.
– Я с вами солидарен… почти, – пробормотал Следопыт. – Еще по рюмочке?
– Да! – почти выкрикнул Позолотов.