Дия Сёмина – Осколки измены (страница 2)
Боже, зачем я вообще психанула, надо было тихо выйти, подать на развод и отделаться от этого куска дерь…
Я шмыгнула носом, из моих глаз снова брызнули слёзы, Гордей Сергеевич вдруг замер, глядя на меня. И, похоже, принял какое-то важное решение.
Молча сели в машину следователя, выехали на проспект. Я рассмотрела его ещё в кабинете, высокий, крепкий, не красивый, а симпатичный и скорее брутальный. Как это сейчас модно говорить. Лет, наверное, сорок, или больше, волосы слегка тронуты сединой, и лицо небритое, идеальный костюм сидит как влитой, военная выправка, то, чего не хватало моему мужу – раздолбаю. Обычный, но есть в нём что-то притягательное, сила, взгляд или это моя фантазия. Я размышляю и вдруг опомнилась, посмотрела в окно и поняла, что он везёт меня куда-то…
— Ой, а мы в другую сторону едем! — до меня дошло, что это похищение.
— До вашего дома дальше потом мне возвращаться, еду к себе, а там, как хотите, такси вызывайте, или у нас ночуйте, спальное место есть.
У меня в этот момент глаза, как у испуганного хомяка наружу вылезли. Наглость товарища следователя, конечно, оправдать можно, он устал, и вообще не обязан меня везти куда бы то ни было. Но предупредить-то можно. Хотя сама сглупила, с этой дурацкой игривостью после допроса «Везите, куда хотите!». Вот он и подумал, что я и правда на всё согласна.
— Я бы уже к дому подъезжала, скажи вы, что решили не везти меня домой, — обиженно возразила.
— Вот, вы как показания давали, так и сейчас не в состоянии определиться чего хотите. Сами же просились ко мне. Ну и эти слёзы, в таком состоянии боюсь вас оставлять одну.
Я надула губы и уставилась в одну точку. Блин, он прав. Я вообще не понимаю, чего хочу от жизни. Хотя нет, понимаю. Хочу спокойной жизни с нормальным мужем, чтобы не приходилось бить кого-то багетом. Или вот так ехать непонятно куда только потому, что домой ехать совершенно не хочется и страшно.
— Можно, я у вас переночую, завтра позвоню на работу, попрошу отгулы. Мне всё равно предстоит увольняться. Квартира мужа, жить мне негде. Так что завтра придётся собрать личные вещи и ехать в Тулу к маме.
— Уже какой-то план, — проворчал Гордей.
— Это не план, это безвыходная ситуация. Причём ожидаемая, рано или поздно что-то подобное должно было случиться.
Вместо ответа он свернул с проспекта и через несколько минут во дворах мы оставили машину и поспешили к нему домой. Начался противный, моросящий дождь. Холодно и неприятно, как у меня сейчас на душе.
На лифте поднялись на 6 этаж, зашли в квартиру. Чувствую себя ужасно неуютно. Зачем я навязалась, вот правда, зачем? Сейчас вместо отдыха Гордей вынужден меня пристраивать на ночь. Надо было на такси быстренько сбежать.
— Пап? Это ты? Ты же обещал не задерживаться, — капризный голос из спальни.
— Да, дочь, спи у нас гостья, в зале переночует на диване, утром не пугайся.
Не успел он договорить, а я окончательно предаться панике, как в дверях своей комнаты показалась худенькая, хорошенькая девочка-подросток в пижаме. Она не спала, явно сидела в телефоне, а ведь уже второй час ночи. Но это не мой монастырь, и как коренная тулячка, свой самовар стараюсь держать при себе, советы не давать и не комментировать.
— Добрый вечер, извините, ситуация вышла из-под контроля, утром я уйду, — извиняюсь перед ребёнком, как перед взрослой барышней. И девочка смотрит на меня с неподдельным удивлением, замерла открыв рот, потом вдруг спохватилась, чуть не подпрыгнув на месте, выпалила:
— Вы, может, голодные, чай согрею, пока ты постель готовишь для гостьи, — и пробежала на кухню.
По удивлённому виду Гордея Сергеевича я поняла, что сейчас происходит что-то нестандартное для этой семьи. Но мне лучше лишних вопросов не задавать.
Получила подушку, одеяло, и набор постельного, сама быстро всё заправила и постелила.
— Чай согрелся, бутерброды с сыром хотите? — снова голос девочки.
— Да, спасибо, я с обеда ничего не ела, только кофе.
— А вас, как зовут, — девочка зашла ко мне в гостиную.
— Даша, а тебя?
— Алина, очень приятно.
— И мне очень приятно, прости, это из-за меня Гордей Сергеевич задержался, я совершенно не умею давать показания, — решила оправдаться.
— А вы потерпевшая или преступница?
Глава 3. Очередное приключение
— Преступница, я багетом избила троих непослушных людей, будь багет крепче, то я бы ночевала в камере.
Девочка рассмеялась.
— Шутите?
— Нет, она не шутит, самое странное нападение за всю мою службу. Так что дочь осторожнее, у нас в доме опасная преступница.
Вот теперь никто не может сдержаться, мы снова начали смеяться над моим преступлением. Скажу честно, вдруг почувствовала себя уютно и естественно. Как будто давно знаю и Гордея, и Алину. Мы быстро выпили чай и разбрелись по комнатам. Я уснула так крепко, что утром не услышала, как хозяин уехал на службу, а Алина встала и хозяйничала на кухне.
Что-то выпало из её рук, или она специально решила устроить мне побудку, но я очнулась от грохота. Первые секунды не поняла, где я, потом вспомнила весь ужас прошлого вечера.
— Проснулись? — слышу детский голос над головой.
— Да, тебе в школу пора, а я задерживаю? — поспешно встаю с постели и одеваюсь. Сама вспоминаю, что лето на дворе.
— Каникулы, папа на службе, а я совершенно свободна, скучно, грустно, — девочка, похоже, обрадовалась собеседнику.
— Но каникулы лучше, чем рутина учебного года?
— Нет, мне нравится ходить в школу, есть там некоторое неприятные моменты, но в целом… Пойдём завтракать! — девочка вдруг сменила тему.
— Пойдём.
Убираю свою постель, снимаю постельное, мне в эту квартиру не возвращаться, лучше сразу за собой прибрать. Одеяло сложила, поднимаю подушку и вижу под ней листок, сложенный пополам.
«Даша, это мой телефон, если что-то нужно, звони. Не спеши уезжать!»
Гордей написал мне свой номер и просьбу притормозить с отъездом. Но я так не могу. Телефон сохраню, но уеду и даже быстрее, чем собиралась.
Алина снова позвала меня завтракать!
— Иду, сейчас постельное в машинку закину, и я вся твоя!
Она как хозяйка сделала мне кофе, снова бутерброды, довольно умело, надо сказать. Я тоже с детства самостоятельная, лет с десяти всё сама. А когда папа умер и вовсе повзрослела. Алина очень напоминает меня в детстве.
И я это только сейчас осознала, мы с ней и внешне похожи. Невероятно. Как сёстры или мама с дочерью.
Наверное, очень долго в упор смотрела на Алину, что она смущённо улыбнулась. А я вдруг задала глупый вопрос:
— Любишь копаться в чужих вещах?
— Не поняла? — девочка замерла, вопрос показался слишком провокационным.
— Мне надо срочно собрать вещи в квартире мужа, пока туда не прибежали его родственники. И от помощи я не откажусь. Просто скидаем всё в сумки, вызовем машину и вещи отвезём в ячейку хранения, знаешь такие? А потом домой, что скажешь?
— Забавно, никогда не помогала преступникам, — она засмеялась.
— Всё когда-то случается в первый раз! Значит, я могу на тебя рассчитывать?
— Да, я в деле! Папе надо говорить?
— Смотря, как он отреагирует, мне твоя помощь реально нужна, а если он запретит, то я без тебя не справлюсь.
— Он снова до поздней ночи на службе, так что если не скажем, то он и не узнает.
— Тогда пошли на место преступления, скрывать улики!
— Правда или шутишь? — девочка замерла.
— Да, вчера там твой папа основательно всё осмотрел, так что особо уже ничего не скроешь. Муж сегодня ещё никому ничего не успеет сказать и у нас есть пара часов, чтобы управиться.
Мы съели по бутерброду, собрались, я вызвала такси, доехали быстро. И с ужасным чувством отчаяния я перешагнула порог своей, теперь уже бывшей квартиры. Лёшик мне не простит увечья, я не прощу ему предательства.
Очень тяжело, правда, ощущение, что я тут кого-то убила и теперь вернулась на место преступления, да ещё и чужого ребёнка с собой притащила. Функция «думать, прежде чем сделать» у меня отключилась.
Вчерашний пакет с продуктами, так и лежит у входа, но у меня мало времени.