Дия Семина – Я мама вашего внука, или Как спасти репутацию (страница 3)
Поднимаю голову от работы и пристально смотрю в угол комнаты, где стопкой стоят коробки с вещами. Таня успела переехать из квартиры в коммуналку до того, как получила известие о гибели Тимофея. Я просматривала вещи, но быстро, только лишь с целью понять, кто я такая в новом теле, и какая у меня предыстория, кроме очевидных фактов.
А теперь поняла, что нужно искать.
Быстрее закончила шитьё, собрала всё и отнесла на этаж ниже, отдала экономке и попросила оплату вычесть из платежа за комнату.
— Тебе же наличные нужны или разжилась? — Антонина быстро проверила мою работу и решила уточнить, чтобы больше не возвращаться к теме.
— Родственники помогли.
— А, вот это правильно, с родственниками надо дружно жить, особенно одинокой-то девице…
Вспыхиваю, и эта туда же.
— Я не девица, а вдова. И помогли мне родственники покойного мужа. Надеюсь, что обо мне сплетен не распускаете? Иначе…
Она так противно хмыкнула, скрестила руки на груди и горделиво, мол, сама-то честная, а у меня одна дорожка по наклонной:
— А что иначе? Без мужика тебя заклюют, помяни моё слово. Так и скатишься, в нашей-то дыре много таких «вдов». Но пока видок-то смазливый и платьице не изодралась, нашла бы себе содержателя, да и не выпендривалась.
— Совет, возможно, дельный, но не для меня! Перееду в дом к родственникам мужа. Месяц, другой и мои дела выправятся, а вот ваши с такой моралью такими и останутся. И опекун у меня и сына законный дядя тоже есть, он и ведёт мои дела по наследству, понятно?
— Как не понять, теперь-то всё ясно как божий день. ДЯДЯ!
Сарказм в её голосе читается явно, но уже хвост и гонор прижала, посмотрела на меня иначе, словно очки надела. Я для неё букашка, посмевшая прожужжать о своих правах.
Но я нажужжала гораздо больше, чем следовало. Кто меня за язык тянул приплести Марка Юрьевича, а обида.
Обида и досада, что я постоянно уже который месяц ловлю на себе вот такие пошлые взгляды и слышу гадости в спину. Но делаю вид, что глухая и слепая, и что эта грязь ко мне не липнет. А на самом деле все эти «добрые люди» ждут, когда я начну водить в дом ухажёров, как это делают многие обнищавшие девицы…
Вернулась домой и скорее начала разбирать коробки. Особенно те, в которых книги, учебники и рисунки Тани. Типичного дневника у неё не было, значит, что-то может быть спрятано в страницах книг. Письмо, извещение, что угодно, только бы подтвердить, что брак реальный. И «свекровь» не сможет отнять у меня сына, как у неблагонадёжной. Ох, к такой правде жизни я вообще не готова.
Глава 3. Шанс
Я не смогла найти ни одной официальной бумаги о разводе. Справка из управы, что я являюсь супругой Тимофея Матвеевича Доронина и свидетельство о рождении Дани сейчас у Марка Юрьевича. И что он с этими бумагами делает, одному богу известно.
Единственное, что нашлось, — обычная романтическая книга «Жизнь Джулии», она есть у всех барышень этого мира. Настя несколько раз про неё говорила. Это типа библии молоденьких девиц. Они все копируют жесты, эмоции, фразочки из «романтического опуса». Пролистала страницы, пару раз поморщилась, вчитавшись в подчёркнутые строки. Фальшивые чувства и эмоции напоказ, а глубоко в душе тёмный лес, и никто не узнает, какие у девицы проблемы и не пора ли оказывать первую психологическую помощь.
Таня тоже слишком много значения придавала романтике, чрезмерно много. Мы с ней совершенно разные, это и Настя заметила, однако списала на взросление после рождения сына.
И вот оно подтверждение, что не всё так сахарно складывалось в отношениях с мужем, как мне казалось. Жёлтая открытка с нарисованными цветами с напечатанной подписью: «Люблю тебя до последнего вздоха!»
Поверх размашисто написано: «НЕНАВИЖУ!»
Вот он, не звоночек, а колокольный звон, набат, которого я не заметила. Пока носом не ткнули.
Сынок проснулся, и я поспешила заняться с ним приятной рутиной, поиски улик пришлось отложить.
— А кто у нас сладкий мальчик! Тёпленький, лапочка мой, сейчас «памперс» поменяю, потом полдник и, наверное, сходим на прогулку, что скажешь?
— Апф. Ма-ма! — улыбается, показывает свои зубки. Эх, какая жалость, что в этом мире нет смартфонов и нельзя делать фоточки на память. Такой красивый мальчик, просто невозможно перестать его целовать.
Люблю маленьких, люблю наблюдать, как каждый день Даня осваивает что-то новое. И у меня появляется ощущение, что жизнь не стоит на месте, всё обязательно наладится. Нужно пережить только самый сложный этап, а потом найти работу, и…
И ничего не изменится.
С этого дня я внезапно осознала свою уязвимость. Люди, вдруг начали говорить правду в лицо и судя по этой самой правде, я не самая социально ответственная гражданка.
Ужас какой, Боже!
Я со своим демократическим мировоззрением даже не замечала, что здесь всё иначе. Женщина не смеет оставаться свободной от опеки. Женщина не смеет жить по своему усмотрению. И самое ужасное, в глазах родственников моего сына – я действительно содержанка или выскочка, совратившая их ненаглядного сыночка и племянника, потому что он из богатой семьи, а я сирота и мещанка.
Я за эти месяцы не смогла ничего узнать о себе, мещанка ли, дворянка, или вообще безродная сирота? Кем были родители Тани, откуда она вообще взялась?
Держу на руках сына, к которому уже успела привязаться, он для меня родной, но по мнению общества я недостойна этого ребёнка. Вот на что мне почти конкретно указала Зинаида Юрьевна, да и Марк Юрьевич подтвердил.
Статус несчастной вдовы, который меня как-то обнадёживал и защищал, внезапно разбился, как и розовые очки.
Таня с Тимофеем невенчанная пара. Если он нашёл себе богатую и обвенчался с ней. То мой брак аннулируется в тот же момент. Гражданские браки дозволены вдовцам, и молодым мужчинам, чтобы засвидетельствовать бастарда…
Похожую историю мне, — назидательным тоном поведала Настя, и это был не намёк, а конкретная информация. Просто она не хотела меня обижать. Но раз я теперь вдова, а Тимофей до гибели не успел обвенчаться, то какие-то скудные права за мной ещё остаются?
Теперь нужно дождаться, когда Марк Юрьевич вынесет вердикт по моему делу. Именно для этого он и забрал документы.
Что-то мне поплохело.
Надо бы погулять с Даней, но сил нет совершенно. От избытка чувств могу этих самых чувств и лишиться. Захотелось себе же дать подзатыльник и ругнуться: «Соберись, тряпка! Хватит строить из себя кисейную барышню, враги этого не оценят!».
Собраться я могу единственным способом, пойти на почту или в книжную лавку и купить газету, найти вакансии, пусть надомницей. Настя говорила, что была вакансия разбирать по коробкам колоды карт для типографии, клеить конверты, что-то переписывать, просто нужно ещё раз…
Я уже всё это проверяла, там такая мизерная плата, какую могут себе позволить замужние домохозяйки, делать добавочный доход к семейному бюджету. Мне этих денег не хватит даже на аренду приличной комнаты. Самое неприятное, что моя настоящая работа в этом мире: «Не пришей кобыле хвост», – операционист в банке. Самая простая работа, типовая, шаблонная, но неженская. Всё остальное, я умею, но как любитель. Ни шить толком, ни стричь, ни управлять, хотя, наверное, как наша экономка – так бы я могла вести хозяйство, да кто меня возьмёт без рекомендательных писем.
Тону в неприятных размышлениях, и чтобы совсем не скиснуть, решила прогуляться. Так или иначе, работу всё равно надо найти, а домой она не сама не придёт.
Скорее накормила сына полдником, собрались и пошли гулять. Пока одевала малыша, заметила, что и на новую одежду надо бы потратиться. Дети растут мгновенно. Вот же только недавно распашонки и чепчики. А теперь уже костюмчик…
— М, да! Сынок, ты как маленький с Богом на прямой линии, попроси для мамы работу, чтобы мы с тобой не расставались.
— Аг-г-у! — сказал и так серьёзно посмотрел, словно понял, о чём прошу.
— Вырастишь, повзрослеешь и станешь моей опорой. Нам бы продержаться…
— Агу, ма!
— Полностью тебя поддерживаю. Сдаётся мне, ты станешь очень умным, и я буду гордиться тобой.
Целую сына и все дурные мысли как рукой сняло.
Деньги, что мне «подарил» Марк Юрьевич так и лежат в кармане, в этом доме двери не преграда, соседи могут проверить всё, и ограбить. Народец в некоторых комнатах на четвёртом этаже обосновался опасный, хотя и поговаривают, что где живут, там не пакостят, но лучше эту аксиому не проверять.
Вышли с сыном на улицу, и, к счастью, навстречу попалась соседка, очень приятная женщин, на третьем этаже занимают с семьёй три комнаты.
— Татьяна! Добрый день, гулять?
— Да, нужно ребёнку на свежий воздух.
— Коляску возьми, она мне сегодня не понадобится, и вот ещё, экономка сказала, что у тебя с деньгами проблемы, я тут собрала детское, уж надеюсь, что мы с мужем больше не будем рожать-то. Так что я тебе приготовила, что приличное, твоему Даниилу в самый раз. Ну бывай, побегу, а то там Маруся одна с младшими братьями не справится.
Она на ходу подтолкнула ко мне неказистую коляску и побежала к детям.
Это чудесно! Просто восхитительно! У меня коляски нет, а так я смогу прогуляться дальше, коляска, конечно, своеобразная, как и всё в этом мире, фактически плетёная корзина на колёсах и с ручкой. Но зато не тащить ребёнка на руках.