Дива Флеппер – Девушки Хлопушки (страница 6)
Набравшись терпения Фран подошел к ним с фотоаппаратом и попросил сфотографировать на камеру:
- Молодые люди, я вижу, что вы иностранцы. И вы очень необычно выглядите в антруже Нью-Йорка. Я сам путешественник и снимаю этот город и его жителей на камеру. Но вы... Слишком инородны для этого места. Могу я запечатлеть вас? Обещаю, что отдам вам одну из фотокопий этой фотографии. Вторую же, увезу в Веймарскую республику и использую для своей фотовыставки. Вы готовы стать героями снимка? - Франк часто врал о том, что он путешественник, чтобы люди адекватно реагировали на него. Ведь представляться кинорежиссером опасно. На таких падки инфантильные девицы. А они, в свою очередь, могут докучать своим вниманием.
Марсель сразу обратил внимание на красивого немца, который говорил на французском с большим акцентом. Мужчина заправил кудрявый локон за ухо, отпил из чашки и подмигнул Михе, ожидая его ответа. Его друг моментально ответил таким же жестом и стал поправлять волосы перед съемкой. Хотя те и были зализаны воском. Огромным количеством воска, чтобы скрыть природные темные кудри.
- Мы согласны, - Марсель громко поставил чашку на стол и улыбнулся, надевая шляпу.
- Восхитительно.
Франк сразу стал настраивать аппарат и примерять глазом кадр. Он сразу понял, что перед ним либо такие же люди искусства, либо актеры. Ведь за пару секунд оба приняли очень интересные позы. Тот что в шляпе, манерно взял чашку в руку и поднес ко рту, намереваясь выпить. А второй сделал хищное лицо и собирался отправить кусок пасты в рот.
- Птичка!
Франк сделал кадр с огромной вспышкой и рядом сидящие люди поморщились и попытались спрятаться от нее. Но Французские туристы не шелохнулись и не изменили своих поз. Они были профи. Слишком профи, чтобы бояться камеры.
- Где я могу вас встретить, чтобы отдать кадр?
- На выставке Дадаистов в галерее "Линкольна" Кстати, мы Марсель Маршал и Миха Мос. Известные дадаисты. Можете указать это на снимке, - все переговоры с другими людьми, по обычаю, вел именно Марсель.
- Значит мне позировали художники. Признателен вам за соглашение в схемке. Я обязательно приму приглашение и посещу ваше мероприятие. Люблю знакомится с новым искусством. Мое имя Франк Охман, кстати.
Франк убрал камеру и пошел по своим делам. Он был рад, что запечатлел этих людей на пленку. Ведь он обожал снимать людей, хоть это и выходило у него плохо, по мнению многих людей. У Франка был врожденный астигматизм и поэтому он видел мир размыто с искажениями. Но это не мешало ему быть абстракционистом и все равно творить на благо искусства. И не только на благо искусства.
После сытного завтрака Марсель и Миха пошли гулять по городу. Они активно обсуждали выставку, объекты, которые привезли из Франции, о том, кто еще будет в галерее "Линкольн". После Марсель хотел забрать с мусорки красивое красное металлическое ведро, но друг отговорил его от этой идеи. Настырный француз все же решил вернуться и забрать этот арт-объект и наполнить его землей. Либо резаной бумагой. Либо вообще пастой с томатным соусом и сказать, что это вершина мирового искусства. А потом присмотреть на помойке еще что-то любопытное.
По пути мужчины так же активно обсуждали американок и то, как они странно сочетают цвета в своих костюмах. По их мнению, француженки одевались куда лучше и изысканнее. А еще они знали толк в аксессуарах и хорошем парфюме. А некоторые американки и вовсе были настолько измотаны работой на фабрике, что выглядели как потасканные фарфоровые куклы в несуразных шерстяных костюмах грязных цветов. Их лица были лишены макияжа, либо ограничивались красной помадой и белой пудрой. А вот духи для них были роскошью, поэтому от них пахло заводами и фабриками, но не женской красотой. По иронии судьбы, именно эти дамы ковали экономическое благополучие Америки. Но сами не могли позволить себе даже флакон одеколона с гвоздикой.
Возле своего отеля они решили выкурить по сигаре, прямо на лавочке и начали активно обсуждать одну даму, ждавшую своего кавалера. Марсель и Миха не стеснялись в своих фантазиях и обсуждали ее обнаженное тело на фоне небоскребов, совсем не зная, что эта девушка знала французский и была известной фотомоделью и художницей - Лисой Драхман. Но она решила не подходить к ним и не ругаться. А просто промолчать и дождаться своего кавалера. Она считала, что связываться с этими странными людьми - бессмысленно.
В этот же момент, к входу в отель приехала итальянская Lancia Lambda с двумя девушками, которые устало вылезли из машины и сразу привлекли внимание Михи. Он всегда обращал внимание на дам. А особенно на тех, кто не боялся выделяться.
- Марсель, посмотри, какие мадмуазели... Такие грациозные... - Миха увидел, как блондинка резко подняла чемодан над головой и подала рыженькой. - И сильные...
- Они в нашем отеле живут... Познакомимся? - Марсель зажал в зубах сигару и выпустил дым на манер Чикагского мафиозника.
- Да, но позже. Хочу посмотреть на них.
- Мы можем помочь им.
- Мы можем полюбоваться ими.
Марсель смекнул, что задумал Миха и тоже начал наблюдать, скуривая сигару и смакуя терпкий дым. За женщинами они оба любили следить. А потом знакомится с ними и приглашать поработать их натурщицами, если те были хороши собой. Хотя Миха и приглашал всех, считая, что каждая женщина хороша и уникальна. Он вообще был большим почитателем прекрасного пола. Только он не считал их слабыми, предпочитая придерживаться мнения, что каждая женщина сильная личность.
Глава 5
В отеле как всегда кипела жизнь. В фойе было очень много людей, многие из которых были не просто туристами. Это были художники, деятели искусств, джазовые исполнители, банкиры и их любовницы ну и постоянные жители столь дорого и модного места.
Кики и Джесси взяли себе большой номер с двумя спальнями и огромной ванной посреди гостинной. Зачем - пока сами не понимали, но на предложение консьержа они ответили утвердительно. Да и номер сам был идеальным: солнечным, с огромными окнами и красивейшем зеленым диваном, на котором лежали золотые подушки с бахромой в восточном стиле.
- Какое отличное место, Джесси! - Кики первым делом пошла к огромному окну, чтобы открыть его и вдохнуть теплый Нью-Йоркский воздух, который пах свежестью и немного соленым камнем. - Какой отличный город, чтобы пересидеть. Где, кстати, будет выставка Дадаистов?
- В галерее "Линкольн". Современное пространство для деятелей искусств. Там, кстати, завтра будет еще концерт электромеханической музыки. Может быть сходим послушаем?
- А что за музыка такая?
- Не знаю, какая-то новая. Говорят родом либо из Франции, либо из СССР. Хотя, мне Густав говорил, что были в Российской Империи экспериментаторы, которые хотели заставить звучать электричество.
- Звучит интересно. Сходим обязательно.
Кики повернулась к подруге, поправила свою растрепанную после путешествия прическу и пошла разбирать чемоданы да готовится к выходу в свет и люди.
- Может сегодня прогуляемся по ночному Нью-Йорку? Я слышала тут очень много джаз баров, где черные играют восхитительную музыку.
- Я не против, - Кики открыла свой чемодан с платьями и достала роскошное золотое платье с черным подъюбником, который выглядывал из-под тонкой ткани, расшитой стеклярусом.
- Это платье из салона мадам Гранской? - удивленно воскликнула Джесси и даже отложила свои любимые карты в сторону.
- Да, оно самое, - Кики приложила платье к себе.
- Оно правда так красиво, как и описывают все работы Мадам Гранской.
- Ты никогда не носила ее платьев?
- Нет... К сожалению. Не доводилось случая.
- Мне тоже... Но для фотосессии один художник подарил платье из этого салона. Не знаю, выставил ли он те фотки в продажу... Говорил открытки хотел сделать коллекционные. Хотя это уже не важно. Тот художник был ирландцем…
Кики резко погрустнела, вспоминая свои вечера в баре"Drain love"
- Ты же бывала в Нью-Йорке... Какие тут самые модные места? - Джесси решила резко сменить тему, видя грусть подруги.
- Я помню только про бар "Рандеву" напротив Сити Холла. Довольно колоритное место. Но душное. Без алкоголя. Там его подпольно не продают.
- Ну что ж, может быть Нью-Йорк так хорош, что тут есть иные виды веселья на вечеринках?
- Здесь есть развлечения на любой вкус... Давай на картах сделаем расклад? Только общий. Что нас ждет в этом городе?
Джесси была рада поддержать такую идею. Она обожала делать расклады, чтобы понять, как ей лучше двигаться по жизни. И верила каждой карте, что ей выпадала. Поэтому взяла колоду и стала ее тасовать. На этот раз в ее руках была ее личная коллода осовремененных карт Уэйта. Там были изображены люди в модной яркой и блестящей одежде, распивающие алкоголь и курящие дорогие сигары. А девушки на этих изображениях были подобны божественным музам, сошедшим с древнегреческих барельефов и желающих дарить людям уверенность в счастливом и прогрессивном будущем, к которому они и вели человечество, задорно вышагивая своими тонкими ножками, украшенными чулками разных цветов и туфельками на целлулоидных каблучках.