Дива Фейган – Магия соперниц (страница 10)

Но на них было моё имя. Разве я не заслуживаю знать, о чём там написано? Я и сама не заметила, как мои руки выдернули нужный лист из стопки других документов. Похоже, это был черновик письма, без адреса, только несколько строк резкого, угловатого почерка.

Это тяжёлое решение. Антония блистательно проявила себя в теории, и её стремление к знаниям и память достойны высочайшей похвалы, но даже при самом лучшем обучении ей никогда не подняться выше заурядного уровня. Тогда как Моппи – необученный гений с явно безграничным потенциалом. Никогда в жизни я не встречала никого столь одарённого от природы в нашем искусстве. Меня вводит в ступор уже одна мысль о том, чего она может достичь при усердной учёбе и усидчивости. Но тебе известно, что моё время ограничено, и я должна принять решение

Предложение обрывалось на середине. Но мне и не нужно было читать дальше. Я бы всё равно не смогла: от навернувшихся слёз всё расплылось, глаза защипало. Я вытерла лицо рукавом. Что ж, полагаю, это справедливое наказание за проникновение в кабинет без разрешения и чтение личных бумаг мастера Бетрис. Я сглотнула. Она писала, что ей необходимо принять решение. Но пока она его не приняла, надежда ещё оставалась.

– Нашла что-то интересное? – спросил голос у меня за плечом.

Я взвизгнула и отпрыгнула в сторону.

Я успела заметить улыбающуюся от уха до уха Моппи, прежде чем по самое горло погрузилась в мягкую пучину, разверзшуюся у меня под ногами, едва я шагнула на левую половину ковра. Сколько бы я ни барахталась и ни дёргалась, я даже руки не смогла высвободить. Липкий ковёр держал меня так же крепко, как бочка со смолой.

Пропади всё пропадом! Я же знала, что он заколдован! Мастер Бетрис сама мне это сказала. А я в панике сиганула прямиком в ловушку!

Моппи осторожно приблизилась и с удивлением спросила:

– Это так было задумано?

– Ну кто может задумать застрять в ковре, как в зыбучих песках?! – огрызнулась я и заставила себя дышать ровно и глубоко. Ничего, я смогу выбраться. В конце концов, я же волшебница. – Антония. Поднять.

Я приподнялась самое большее на ладонь.

Мне немедленно вспомнилась треклятая строчка из письма мастера Бетрис: «Ей никогда не подняться выше заурядного уровня». Я попробовала ещё раз, но моих сил хватило лишь на жалкий дюйм. В груди вспыхнула обида: что бы подумала мастер Бетрис, увидев меня сейчас? Я быстро заморгала, чувствуя на себе взгляд Моппи, стоящей рядом.

– А мастер Бетрис знает, что ты роешься в её кабинете посреди ночи?

Я скрипнула зубами и с вызовом подняла на неё глаза:

– Нет! Конечно нет. – На ней всё ещё было дневное платье свободного кроя и сандалии, а на щеке белел след от муки. – А ты сама? Почему не спишь?

Она усмехнулась:

– Повару нужно было поставить тесто на завтра.

– Но ты ведь больше не помощница на кухне, – удивилась я. – Ты теперь ученица.

– Но я же не могу бросить свои обязанности. Или ты думаешь, что хлеб каждое утро появляется на столе магическим образом? Что повар на самом деле тайная волшебница, которая создаёт для тебя еду из воздуха?

– Я не это имела в виду. Неважно, просто… иди смой муку с лица и оставь меня одну.

Моппи нахмурилась, но не ушла:

– Зачем ты сюда пробралась? Ищешь корону?

– Нет!

Из клетки, покрытой бархатной тканью, послышался стрекочущий смех. Моппи развернулась на звук:

– Что это было?

– Скрытчик, – ответила я. – Опасное магическое существо, пойманное мастером Бетрис.

– Опасное?! – визгливо отозвался заколдованный хорёк. – О-о, мне это нравится.

– А что он делает? – спросила Моппи и, подойдя к клетке, стянула с неё штору, явив длинный лоснящийся силуэт внутри. – Он не кажется опасным.

Скрытчик раздражённо распушился:

– Я хранитель нерассказанных тайн! Слуга секретов! Трепещи предо мною!

– О да, жуть как страшно, – скорее со смехом, чем с беспокойством, отозвалась Моппи и наклонилась ближе.

Хорёк встал на задние лапы, опёршись передними на прутья, и задёргал усами.

– А твой секрет такой большой, такой сочный. Я почти чувствую его.

– Осторожно, – сказала я. – Одно прикосновение – и он украдёт все твои секреты.

Я посчитала, что стоит предупредить её – хотя разве могут у неё быть интересные секреты?

Моппи отдёрнула палец, которым уже потянулась к клетке. Несколько секунд она округлившимися глазами смотрела на свою руку, будто ожидая увидеть на ней ожоги. Затем убрала её за спину и снова обратилась к скрытчику:

– Секреты, хм? Например, что Антония здесь вынюхивает?

– Это не секрет, – ответил хорёк. – Ты и так знаешь ответ. Она хочет узнать местонахождение короны, созданной Лирикой Дракобич для её любимой королевы Меды.

Моппи повернулась ко мне:

– Нашла что-нибудь? – Она окинула взглядом стол, затем пол. Лежащее на ковре письмо мастера Бетрис бледным маяком притягивало к себе внимание – я выронила его, когда Моппи меня напугала.

– Нет! – воскликнула я, когда она наклонилась, чтобы его подобрать. – Там нет ни слова о короне!

Она презрительно хмыкнула:

– Ну ещё бы ты сказала по-другому.

– Я говорю правду! – возразила я и предприняла ещё одну бесплодную попытку выбраться из липкого колодца ковра. – Это личное письмо. Не читай его!

Но Моппи, сосредоточенно щурясь, уже склонилась над бумагой.

Я похолодела от отчаяния. Мало мне было знания, что мастер Бетрис думает о моих способностях – ещё не хватает, чтобы об этом стало известно Моппи. Я не хотела слышать её смех и уж точно не желала её жалости. Я мысленно собралась, готовая ко всему. Но так ничего и не дождалась.

Моппи оторвалась от письма и снова посмотрела на меня. Требовательно. И самую чуточку… взволнованно?

– Здесь моё имя, – хрипло сказала она. – Она узнала правду?

Правду о чём? Что Моппи гений? Ей хотелось услышать это от меня? Вот уж не думала, что она настолько жестока.

– Сама можешь прочесть, – прорычала я и погрузилась в свою тюрьму из липкого ковра.

– Нет, – кокетливо пискнул скрытчик. – Она не может.

– Что? – Нахмурившись, я посмотрела на Моппи. – Ты не умеешь читать?

Она вздрогнула, как от удара:

– Умею!

Её пальцы стиснули бумагу, и на краткий миг я прочла в её глазах хорошо знакомую мне эмоцию. Стыд.

– Я умею, – повторила она. – Только… если слова не очень длинные. И не те, которые произносятся не так, как пишутся.

То есть практически все слова магического языка? Я невольно ей посочувствовала. У Флориана тоже были проблемы с чтением. Однажды он признался мне, что для него буквы словно скачут по всей странице как блохи, и их невозможно выстроить в нужном порядке. Маме пришлось нанимать специального учителя с материка, чтобы брат смог завершить основное обучение.

– Мастер Бетрис знает? – спросила я.

Новая вспышка стыда – на этот раз с примесью страха, если мне не показалось.

– Не говори ей ничего!

– Как ты собираешься стать мастером-волшебницей, если не сможешь выучить магический язык? – изумилась я. – Мастер Бетрис придумает, как тебе помочь.

На лице Моппи промелькнула надежда, но уже в следующий миг она исчезла без следа. В её голосе зазвучали горькие нотки.

– Я не могу так рисковать. Это слишком важно. Пожалуйста.

– Что важно? Найти корону? Зачем она тебе?

Моппи ответила: