Дита Терми – Уникальная помощница для следователя-орка (страница 3)

Наконец-то он поднимает на меня свои медовые глаза и внимательно осматривает. Взгляд скользит по всей фигуре, описывая каждый изгиб. И я с ужасом понимаю, что ему снова… нравится на меня смотреть.

– Вчерашнее платье было… запоминающимся, – вдруг выдает он и медленно поднимается из-за стола. – Не тушуйся, Элли. У нас тут, знаешь ли, ценят смелость и умение находить общий язык. И может быть… что-то большее. По обоюдному согласию, естественно.

Он нагло подмигивает мне и протягивает руку, приглашая взять его за локоть. А мне точно следует соглашаться? Или повернуть назад… пока не поздно?

Вот только что-то мне подсказывает, что уже поздно. Я здесь, в «Тёмных Стражах». И я уже стала личной помощницей нахального следователя-орка.

Попала, так попала, Элли.

Глава 4. Команда

Команда оказывается… скромной. Или, скорее, странной.

За дальним столом, заваленным книгами и свитками, сидит Каспер – худощавый человек в очках с линзами из кварца. Он с видом заговорщика что-то яростно записывает в тетрадь, исчерканную сложными диаграммами и какими-то рунами, похожими на шестеренки. Кажется отстраненным, погруженным в свой мир цифр и формул. Лишь вскидывает руку в коротком жесте, словно он сам – часть сложного механизма, не замечая ничего вокруг.

У окна, возясь с латунным прибором, похожим на сложный телескоп, стоит Рорк – бывший солдат с глубоким шрамом через всё лицо и механической рукой, лязгающей полированной сталью и медными заклепками, выбивающейся из-под рукава поношенной солдатской куртки. Он бросает на меня оценивающий взгляд, приподнимая пышные брови, фыркает и бросает, словно плюется:

– Помощница? Серьёзно, Бронк? Она же сломается, если ей дать пистолет тяжелее чайной ложки, разве что для того, чтобы помешивать ею эссенцию, ха-ха.

Его голос пропитан сарказмом и презрением. Обычное дело. Женщин в этом обществе ни во что не ставят. Предел желаний – работа стенографистки. Но её я потеряла вчера, а теперь я помощница следователя. Естественно, никто меня не воспринимает всерьёз.

Только и могу, что сглотнуть ком обиды, прикрыв её стальным щитом равнодушия. По крайней мере, пока. Но как же хочется доказать, что я достойна быть здесь.

– Она не будет стрелять, – спокойно отвечает Грум, не обращая внимания на колкость Рорка. – Она будет видеть. А это опаснее любого пистолета.

Его слова звучат загадочно и вселяют в меня робкую надежду. Будто Бронк… верит в меня и мой дар. Это приятно. Уровень уважения к этому нахальному орку вырастает в два раза. Пускай отпускает свои пошлые шуточки, зато он знает, что я не так проста, какой кажусь на первый взгляд.

Рорк хмыкает, но больше ничего не говорит, продолжая копаться в своем приборе.

– А это, – Грум указывает на шар с глазом, который начинает пульсировать, как живой, багровыми прожилками, словно он пытается заглянуть прямо в мою душу, – Око Этервилля. Оно показывает, где в городе скрывается ложь. Но оно… капризное. Не любит женщин. Так что держись подальше. Пока.

Я киваю, чувствуя, как по спине бежит холодок. Это место пугает, завораживает и... притягивает. Внутри меня разливается какое-то ощущение. Торжественность момента. Я в центре города. Нахожусь в бюро расследований самого Грума Бронка. Среди его странной команды. Это… невероятно!

– Теперь к делу, – говорит Грум и подталкивает меня к креслу. Автоматически сажусь и вскидываю на него глаза. Он возвышается надо мной, словно каменная глыба, источая не только силу и власть, но и какую-то звериную, первобытную опасность. Аж мурашки по телу бегут от его мужественности. – У нас пропал артефакт. Ключ Времени. Маленький, как напёрсток, но может остановить эфирный поток в радиусе трёх шагов на семь секунд. Достаточно, чтобы убить, украсть или сбежать. Так что найти его нужно как можно скорее.

Его взгляд буравит меня, словно пытаясь прочитать мои мысли. И я понимаю: моя новая жизнь начинается прямо сейчас. Дело! Прямо с порога я попала в расследование! Будоражащая новая жизнь и… страшная.

– Кто его украл? – спрашиваю я тихо.

Внутри меня с каждой секундой нарастает тревога. Похоже, спокойной работы здесь не будет. А я, наивная дурочка, полагала, что буду перекладывать бумажки и подшивать дела для архивов, или максимум делать для Бронка кофе по утрам. Но… что-то мне подсказывает, что это далеко не то, что мне предстоит делать в этом бюро.

– Не знаю. Но знаю, где искать. В Квартале Теней. Там сегодня вечером пройдёт аукцион чёрного антиквариата. И я уверен почти на сто процентов, что Ключ будет на продаже.

– И… вы хотите, чтобы я пошла туда?

Я чувствую, как кровь отливает от лица. Квартал Теней… даже его название звучит как проклятие. Там, где свет газовых фонарей не проникает сквозь плотную пелену дыма и преступности. Где в каждом переулке рыщут тени с ножами и жаждой наживы. Туда даже полиция не суётся без брони и магов поддержки. Это самое опасное место в городе. Это самое ужасное место во всём Этервилле!

На миг охватывает паника, желание бежать без оглядки. Но где-то внутри, в самой глубине души, вспыхивает огонек азарта. А вдруг это мой шанс? Доказать, что я не просто очередная кукла в этом жестоком мире.

– Не ты, – Грум подходит ближе. Его запах – терпкий табак, машинное масло с легкой горчинкой и что-то теплое, как хвоя, прогретая солнцем в летнем лесу, – окутывает меня, заполняя всё вокруг, вытесняя страх и неуверенность. Странно, но именно этот диссонанс – машинное масло и хвоя – действует успокаивающе. – Мы. Ты – мои глаза. Я – твоя тень.

Он протягивает мне латунный браслет с маленьким, мерцающим кристаллом.

– Надень. Это Амулет Молчания. Скроет твой дар от других артефактов. И… от людей, которые умеют читать эмоции, как ты.

Я надеваю его. Латунь холодит кожу, но через мгновение металл словно согревается, а кожа под браслетом слегка покалывает, словно он оживает на моей руке, сливаясь с моей энергией. Чувствую, как что-то меняется внутри, как будто приглушается фоновый шум в голове.

– А что, если я ошибусь? – шепчу я, чувствуя себя маленькой и беспомощной перед лицом надвигающейся опасности.

– Ты не ошибёшься, – говорит он, его голос звучит уверенно и твердо, как будто высекает слова из камня. – Потому что ты – единственная, кто видит правду без прикрас. Ты видишь то, что скрыто от других.

Пауза. Его пронзительные, золотистые глаза задерживаются на моих.

– И, Элеонора…

– Да? – мой голос едва слышен.

– Сейчас мы отправимся в ателье.

– Зачем? – изумлённо тяну я.

– У тебя прекрасный наряд, но он слишком… целомудренный. В Квартале Теней тебе нужно будет играть роль моей жены… или любовницы, – его взгляд оценивающе скользит по моей груди и задерживается там чуть дольше положенного. Снова! А она, между прочим, сегодня прикрыта высоким воротником и плотной тканью. Только… видимо, ненадолго. – В любом случае, нужно что-то более… провокационное. Ты должна блистать рядом со мной. И… не выделяться среди других дам, а это значит, быть достаточно распущенной, чтобы не привлекать лишнего внимания.

Я чувствую, как краска заливает лицо, от корней волос до кончиков пальцев. Играть его жену или любовницу?! Да я… да я даже никогда не целовалась!

Боги… вот скажите мне, во что я вляпалась, а? Вчера я была тихой стенографисткой, а сегодня должна изображать распутницу в самом опасном районе города!

Глава 5. Аукцион лжи

Туман в Квартале Теней скользит по мостовой, как живой, обвивает ноги, цепляется за подол платья, будто уговаривая вернуться в безопасное место, не ввязываться ни в какие авантюры. Но ведь рядом со мной Грум Бронк. Лучший из лучших следователей.

Он идёт чуть впереди. Он не держит меня за руку или за локоть, но при этом всем своим присутствием будто бы оберегает меня. Я чувствую его уверенность, чувствую его защиту. И это… расслабляет.

Исподтишка поглядываю на его широкие плечи, на его твёрдую походку, будто он вообще ничего в этой жизни не боится. На нём чёрный плащ, рубашка, сапоги. Выглядит внушительно.

А я… я в этом проклятом платье.

Ателье оказалось не просто местом, где шьют одежду, а пристанищем безумной модистки, чьи иглы, казалось, пронзали не ткань, а мою душу. Теперь на мне тёмно-бордовое платье, с глубокой зоной декольте и почти полностью открытой спиной. Лёгкая ткань, как дым, обтягивает каждый изгиб моего тела.

– Ты выглядишь… невероятно соблазнительно, – сказал он, когда я вышла из примерочной. – Идеальное сочетание разврата и элегантности.

Теперь я иду рядом с ним, чувствуя, как его взгляд скользит по моей спине, по талии, по тому месту, где платье едва прикрывает бедро из-за ненормального выреза на боку. Он не скрывает восхищения. И это… смущает и будоражит одновременно.

– Мы играем, – шепчет он, внезапно прижимая меня к себе, когда мимо проходит группа мужчин в плащах с капюшонами. Их лица скрыты, но я чувствую, как они смотрят. Оценивают. Желают. Меня… Сердце ухает вниз. – Не забывай, милая, что ты моя жена… или любовница. Какая роль тебе ближе?

Его дыхание касается моей шеи. Мурашки бегут по коже, как искры от старого механизма.

– Лучше жена, – выдаю я, заливаясь краской.

– Увы, не получится, моя хорошая. Кольца. У нас их нет. Ты же почти детектив, мисс Тинкер. Думай наперёд.