Дионисий Шервуд – Новое королевство (страница 5)

– Удачно? – вырвался у меня вопрос.

– Насчет счастья не знаю, – пожал плечами король, – но у какого-то местного племени, по слухам, землицу отбил. Вот как только вернется, тогда все и узнаем… в подробностях.

В моей голове потихоньку начала складываться мозаика из фактов. Из того, что удалось узнал от короля, я стал четче понимать свое примерное местонахождение – район границ трех королевств: Поис, Саратог и Гвендел. А потому выходило, что меня должны были транспортировать с орбитальной станции гораздо восточнее от этого места.

В первую очередь надо было выяснить, где находиться дарованная мне земля Кэр-Гвинтук – если по пути к кубу, то и славно. А если нет, то придется забыть о государевом подарке и незаметно покинуть это общество. Все же задание Шандора Алексеевича, а значит моего непосредственного начальства, было важнее королевского указа.

Я только начал обдумывать с какой стороны подойти к вопросу о географии земли Кэр-Гвинтук, как его величество совершенно по-королевски, а значит не спрашивая на то разрешения, вмешались в мои размышления.

– Судя по мечу, ты, или кто-то из твоих предков, выходец из Раамской империи. Это так?

Щеки мои чуть не полыхнули. Перед отправкой я просил на станции дать мне простой топор, коль не давали моих "волшебных"! Сошел бы за вольного крестьянина или лесоруба – к ним и вопросов, и внимания куда как меньше. А меч в этих краях – словно документ, говорящий о его владельце больше, чем чернила на бумаге.

К тому же врать толково я так и не научился. Воротило меня от подобного действа, а потому я попытался отвечать хоть немного искренне и правдоподобно.

– Из империи, ваше величество, – выдохнул я, – но я очень давно там не был, а потому не могу вам передать новостей из тех мест.

– И давно ты без отца? – понизив голос спросил Арторий.

Этот неожиданный вопрос заставил меня вскинуть голову и посмотреть прямо в глаза королю.

– Нет-нет, Дион, – сказал Арторий и его лицо на мгновение покрылось морщинками печали, – я не гадатель, не маг и не ведун. Я сам потерял и отца, и мать… в семь лет отроду всех потерял.

– Мне было шесть… – прошептал я и почувствовал, как король легонько похлопал меня по плечу с неподдельным сочувствием и пониманием.

Но грустили мы от воспоминаний совсем недолго. Двум мужчинам благородных кровей всегда есть о чем поговорить. Не осталось ни одной более-менее значимой темы, которую мы бы не обсудили: политика, способы заточки боевого топора и охота. С особенным азартом мы обсуждали различные методы загона кабана!

– Знаете, ваше величество, несмотря на всю вашу несомненную мудрость, мой скудный умишко подсказывает, что с Кэр-Гвинтук вы погорячились! – набрался я смелости и попытался кардинально решить тяготивший меня вопрос о королевском даре.

Арторий повернул голову в мою сторону и с прищуром вперился мне прямо в глаза.

– Простите, если снова проявил дерзость! – положил я ладонь на сердце и склонил голову.

– Это не дерзость, а смелость – высказать свое мнение о насущной проблеме и попасть в самую точку! – ответил король, – Я вот сам еду, и все рассуждаю о правильности своего решения, принятого в горячке боя и подкрепленного сомнениями в верности своих подданных.

– Сомнений? Неужели вы сейчас говорите о лорде Гафаэльфе и лорде Эбрине?

Король молча кивнул головой и после недолгого молчаливого раздумья спросил:

– А ты сам никаких странностей не заметил?

– Вообще-то одну точно заметил, но не решаюсь заговорить о ней при вашем величестве… – ответил я, всеми силами стараясь придать своему лицу хоть толику скромности и чуток смущения.

Вместо слов, король громко хмыкнул и демонстративно медленно потянулся к рукояти меча.

– Волосы! – воскликнул я поднимая руку, свободную от поводьев, в знак беспрекословной сдачи в плен.

– Что с волосами? Да, не тяни ты!

Глядя, как легла таки королевская ладонь на навершие меча, я не решился более нагнетать обстановку и отчитался о замеченном.

– Волосы ваши, мой король, был растрепанными и совершенно мокрыми от пота, – зашептал я доверительно наклонившись к Арторию, – в общем, выглядели они так себе.

– И что? – недоуменно взглянул на меня король. – После такой скачки и схватки как еще они могли выглядеть?

– По своей мудрости, ваше величество, вы просто мысли мои читаете! – воскликнул я и перевел глаза на скачущего впереди лорда Эбрина.

Король проследил за направлением моего взгляда, нахмурил лоб в глубоком размышлении и вдруг брови его приняли форму крутой дуги.

– А ведь и правда! – прошептал он достаточно громко, что бы я расслышал. – У них волосы… Спасибо, Тери-Дион!

– Да, за что, ваше величество? – недоуменно спросил я.

– Если раньше у меня были просто сомнения и догадки, то теперь ты мне дал доказательства, пусть и косвенные, – сказал король и недобро сощурил глаза. – А про Кэр-Гвинтук я и впрямь еще подумаю.

*****

Уже смеркалось, когда наша небольшая кавалькада добралась наконец до Керакой – по размерам чуть-чуть не дотягивающего до города поселка с укрепленной господской усадьбой.

Заблаговременно переведя наших коней с рыси на мерный шаг, мы пересекли практически весь Керакой, пока не уткнулись в широкие деревянные ворота небольшой крепостицы. Справа и слева от въезда были возведены постройки, напоминавшие нечто среднее между крепостными башнями и прочными двухэтажными домами под пологой двускатной крышей. И если первые этажи этих сооружений, сложенные из крупных каменных глыб, соединенных раствором, были без окон и дверей, то вторые, сложенные из толстенных дубовых бревен, оказались грозно испещренными узкими бойницами для лучников.

Юный лорд Эбрин, практически мой ровесник, добрым, но очень крепким словом позаботился о том, что бы ворота перед нами моментально открылись.

Я был удивлен тем, что высоким частоколом из заостренных бревен была огорожена только фронтальная часть укрепления. Правая и левая, а так же тыльная оборонительные стены крепости изнутри превышали мой рост всего лишь раза в полтора и были сложены из рядов горизонтальных бревен, между которых был насыпан грунт – примитивная, но довольно таки быстро возводимая фортификационная конструкция.

Как и утверждал Арторий, лорд Бренин в этом местечке отсутствовал. Он находился если и не за тридевять земель, то уж точно за морем – в своих новых владениях под названием Кэмпа. Все это нам кратко, но с достоинством поведал управляющий поместьем.

Так как сам лорд Бренин не появлялся здесь уже не первый год, то этот местный сенешаль уже начал чувствовать себя полноценным хозяином земель и всего, что на них было построено. Именно такое мнение сложилось у меня, когда я разглядывал из-за королевского плеча красное, одутловатое лицо грузного человека, который, не являясь благородным ни по рождению, ни по заслугам, пытался копировать жесты и повадки истинных владельцев местных земель и имений.

Прошло уже с пару минут, как мы безмолвно застыли верхом в воротах крепости, выслушивая речь управляющего. На словах он вроде просто докладывал о том, как обстоят дела в вверенном ему хозяйстве, но своей интонацией он недвусмысленно показывал нам, кто в этой крепости настоящая власть.

– А давай я тебе просто голову отрублю, – вдруг как-то обыденно, совершенно ровным и спокойным голосом промолвил король.

– Это как… как это? – заблеял управляющий глядя на короля неверящими глазами.

На какое-то краткое время он еще больше раскраснелся, запыхтел и его рука дернулась призвать стражников, но уже через пару мгновений все его самодовольство как ветром сдуло.

– Не велите казнить, ваше величество! – вдруг грохнулся он на колени. – Все силы отдаю на благо Керакоя и его окрестностей, дабы не постыдился за свои земли величайший лорд Бренин перед лицом своего дяди, великого и могучего короля Артория, защитника нашего и благодетеля!!!

– Да, что я такое говорю, косноязычный! – еще громче завопил коленопреклоненный мужичек. – Величайший конечно же вы, ваше величество! А лорд Бренин, так, просто великий, да и только! Даром, что ваш племянник, ваше величество!

Видимо поняв, что снова начал говорить что-то не то, управляющий собрал все свое мужество, хотя по мне так это был чистой воды артистизм. Он встал, гордо вскинул голову и со слезным блеском в глазах заговорил голосом человека, стоящего на эшафоте:

– Хотите казните меня, ваше величество, хотите, милуйте, но дозвольте сначала накормить вас и уложить спать. Ведь без меня эти дармоеды подадут к вашему столу черте знает что, да еще и постель разложат в хлеву! Лишь со мной вы отведаете то, что подобает подавать исключительно на императорский стол! И почивать будете в лучшей во всем королевстве кровати, с мягким матрасом и свежим бельем!

– Ты вот только его послушай, Дион! Прям на ходу подметки рвет! Еще и империи нет в помине, а меня императором назначил! – король обернулся в мою сторону и кивком головы приказал подъехать поближе.

– Что, Дион, скажешь про него?

– Это, ваше величество, почти пропавший в моем мире особый вид существ – "подхалим редкостный" называется. Его бы беречь надо, что бы потом детям показывать. Но и следить за ними следует во все глаза, дабы сильно не размножились!

– Эх, а я все же надеялся отрубить ему голову, что бы помнил – где король, а где грязь.