Дионисий Шервуд – Миры темных эпох (страница 14)

Я остановился и, переводя дыхание, оглянулся.

Опираясь на торец бревна сруба избы на меня глядел широко улыбавшийся Кионд.

– Пошли боец за стол! Как только подкрепимся, так и в путь двинемся!

Он мотнул головой в сторону крыльца и, ожидая меня, замер, не переставая ухмыляться, – настолько, видимо, повеселил я его своими утренними упражнениями.

Несколько смутившись, я подобрал рубаху, быстро натянул ее через голову и неспешно пошел к крыльцу.

Мы вошли в натопленный очагом дом и прошли к столу. Место на скамье, где я сидел вчера, оставили свободным.

Слегка подтолкнув меня к столу, Кионд прошел чуть вперед и сел рядом. Он пододвинул ко мне большое глиняное прямоугольное блюдо с нарезанным широкими пластами холодным мясом проложенного какими-то сушеными травами. Рядом поставили миску с хлебом и до краев наполненную молоком кружку. Сдерживаясь, нарочито замедляя свои движения, я приступил к трапезе. Чуть суховатое мясо имело приятный пряный вкус и я с удовольствием жевал его стараясь сдерживать чрезмерную активность своих челюстей. Я закусывал мясо теплым хлебом из грубо помолотой ржаной муки и запивал молоком, быстро подернувшимся тонкой пленкой сливок.

Дождавшись, когда гости сыто облокотятся о стол, староста спросил, обращаясь взглядом поочередно то к Шандалу, то к Кионду:

– Какое окончательное решение принято, друзья? Куда направите свои стопы?

Мои товарищи по походу переглянулись. Кионд, передавая право говорить, тихонько кивнул нашему купцу и Шандал коротко промолвил:

– Я остаюсь здесь и иду в Алакар с вашими подводами.

– Мы с Колмаком и Бадеро решили идти коротким путем к Ардериду, надо помочь местным, нельзя же вот так взять и бросить их! – быстро проговорил Кионд и обернулся в мою сторону.

– Дион, – обратился он ко мне, – как ты решил распорядиться собой?

– Я иду с тобой! – совершенно не раздумывая ответил я, – Шандал не остается в одиночестве и я уверен, что он спокойно доберется до Алакара. А в той деревне я не буду лишним, я буду нужнее именно там.

Мои спутники одобрительно прогудели и Кионд положив ладонь на мое плечо подвел итог быстрому совещанию:

– Тогда немедля собираемся, ибо время работает сейчас против нас.

Меньше чем через час мы стояли перед спуском с холма на вершине которого располагалось село, так гостеприимно нас принявшее. Провожать нашу команду вышло множество людей. Мужчины жали нам руки желая удачи, женщины благословляли, а старики размашисто крестили.

Перед этим наши новые заплечные сумки туго наполнили съестными припасами, топоры наточили, а Колмак даже обзавелся простеньким охотничьим луком и парой дюжин стрел.

При мне оставался все тот же прочный посох, что дал Шандал и моя самодельная праща с тщательно подобранными к ней округлыми камнями в стянутом шнуром кожаном мешочке, подвешенному к новому, шириной в три пальца, кожаному поясу, которым я подвязал подаренную сельчанами темно-коричневую длинную тунику. Туника хоть и носила следы мелкого ремонта, но была чистая и теплая. По крайней мере гораздо более лучше чем та, что перешла мне от Кионда. Ко всему прочему, мне еще достался замечательный, с треугольной фибулой, шерстяной плащ, тоже коричневый, но чуть светлее туники.

Сам же наш предводитель Кионд оказался одетым уже гораздо более приличнее, чем я наблюдал вчера. Его шкуры сменила крепкая крестьянская одежда и простые, но прочные обмотки на ногах.

Шандал крепко обнял нас всех по очереди, потом отвел в сторону Кионда и о чем-то стал с ним шептаться. Великан оглянулся в мою сторону и коротко кивнул Шандалу. Они еще раз обнялись и Кионд направился к нам. Последним попрощаться с нами подошел староста:

– Удачного вам пути, – ласково промолвил он, – Кионду я рассказал все, что знаю о местах, по которым вы пойдете – слушайте его и не пропадете. Дорога трудная, но, возможно, вполне проходимая, особенно для таких бывалых воинов. Цель у вас благородная и потому – да поможет вам Бог.

Староста низко поклонился нам, мои спутники ответили тем же, а я почему-то в тот момент растерялся и тоже поклонился, но с опозданием и, с непривычки гнуть спину, не так низко. Все эти ритуалы были новы для меня, а тут еще и прилюдно возвели в ранг бывалого воина, что ввело меня в легкий ступор.

Староста подошел ко мне почти вплотную.

– А ты точно не княжеских кровей? – спросил он глядя мне в глаза.

Я оторопело помотал головой. Кровь вдруг схлынула от лица.

– А может царских или императорских? – продолжал всерьез спрашивать старик.

– Да с чего вы такое взяли? – попытался возразить я решительно и твердо, но голос почему дрогнул.

– Ведешь себя не совсем просто, а за столом так и вообще… – задумчиво промолвил староста не отводя от меня глаз, – и голова у тебя такая, словно хороший цирюльник стриг, борода чисто побрита была… вон волос какой короткий и ровный.

На выручку пришел Кионд:

– Нормальный парень он, Хартмар! С нами недавно, но уже показал себя. Поверь – Дион хороший парень.

– Так я и не говорил, что плохой, – с искренней улыбкой ответил староста, – просто он какой-то… – староста замялся подбирая слова, – не отсюда какой-то.

– Ну дак, так и есть – он к нам с неба свалился, – расхохотался Кионд.

– Ага, – подтвердил Шандал, – с неба прямо в воду и почти к нам под ноги… мы как раз пони поили в тот момент.

Староста нахмурил брови и обратился к Кионду:

– А ведь похоже он не шутит?

– Не шутит, – серьезно подтвердил Кионд, – Шандал тебе все поведает когда мы уйдем.

Хартмар широко перекрестил всех нас:

– Тогда идите уже быстрее, мне не терпится послушать историю об этом, наверняка знатном, юноше, – кивнув мне, он развернулся и подхватил Шандала под локоть, направляя его сторону своего дома.

А мы, между тем, тронулись в путь.

Быстро спустившись с холма, повернули у первой попавшейся развилке вправо на дорожку, петляющую между пологими холмами, покрытыми прошлогодней травой, пожухлой и превратившейся в прелую солому.

Солнце поднялось выше и уже ощутимо прогревало наши левые бока.

Шли как обычно молча, не тратя силы и воздух на разговоры. Наш шаг стал сам собой быстрым и размеренным. Чистота прозрачного воздуха и легкий ветерок бодрили нас и помогали, охлаждая и подсушивая лбы, на которых выступали маленькие капельки пота, особенно когда дорога шла на подъем. Впереди двигался Кионд, вступая мягко не поднимая пятками пыли с плотно утрамбованной грунтовой дороги. Следом шел я, стараясь точно перенять манеру передвижения своего друга – с пятки на носок, с пятки на носок, левой, правой и так бесчисленное количество раз. Постепенно я отучал себя от привычки вколачивать всю ступню в землю, словно солдат на параде.

Вскоре холмы почти сгладились, стали попадаться густые островки березняков в окружении непроходимых, как казалось из далека, высоких кустов. Кионд на ходу оглядывал каждую поросль, высматривая возможные засады или наоборот расслабившегося на отдыхе врага.

Я оглянулся назад. Замыкавший нашу маленькую группу Колмак нес в левой руке лук с приготовленной стрелой и так же, как и ведущий нас Кионд, внимательно смотрел по сторонам. Мои же глаза наоборот – все чаще опускались вниз и я старался изо всех сил не потерять темп заданный всему отряду нашим авангардом.

Солнце уже миновало свою наивысшую точку в небесах, а я все шагал и шагал уже без всякой надежды на отдых. Лямки заплечной сумки глубже врезались в плечи и по-моему уже натирали не кожу, а сами кости. Грудь все тяжелее раздвигалась при вдохе, требуя от меня мысленных волевых усилий.

– Терпение, – прогудел Кионд, – дойдем вон до того леска и сделаем короткий привал, нам кровь из носа надо до темноты подойти к болоту и найти заброшенную пастушью хижину, и вот там и отдохнем как следует.

"Либо он мысли читает, либо у меня все на лице написано" – промелькнуло в голове.

Но новость о скором привале, когда можно будет просто плюхнуться на землю и вытянуть ноги очень приободрила. Сил не прибавилось, но появилась цель и конкретное, видимое глазу расстояние, которое надо преодолеть.

Наконец добравшись до невысоких березок, бросавших прохладную тень на покрытую сухой прошлогодней листвой землю, я скинул с ноющих плеч сумку и ничком упал на землю. Грудь тяжело вздымалась с хрипловатым звуком загоняя воздух в легкие. Ноги гудели, спина занемела до состояния камня. Дав небольшой, в несколько минут, отдых, Кионд скомандовал явно в мою сторону:

– Хворост нужен! Быстро сварганим что-нибудь горячее и силы подкрепим.

Я открыл глаза и приподнялся на локте. Исключительно один Кионд выглядел абсолютно не утомленным переходом, а остальные мои спутники смотрелись чуть получше меня, но они все же сдержались и не бросились как я на землю для отдыха, лишь тяжелое дыхании и обильный пот выдавал их усталость.

С тяжким вздохом я поднялся и обреченно направился в чащу. Стараясь подыскать ветки потолще и посуше, я углубился в чащу на полсотни шагов. Здесь деревья стояли очень близко друг к другу, гораздо теснее, чем на окраине леса. Набрав внушительную охапку дров, я повернулся туда, где, предположительно, должны были находиться мои спутники. Иногда мне приходилось двигаться боком между стволами, оцарапывая руки о шершавые стволы, что бы не растерять свою добычу.

"Ради куска горячего мяса можно и потерпеть" – успокаивал я себя.