Дина Уайт – Закрой мне глаза (страница 2)

Он уже взялся за ручку, чтобы захлопнуть дверь, но Элис выставила руку вперёд.

— Подождите. Вы Рэй Макалистер?

Мужчина замер. Что-то дрогнуло в его лице — не интерес, скорее лёгкое раздражение. Как у человека, который услышал своё имя в чужом рту и не уверен, что ему это нравится.

— Я Элис Харт, — она старалась, чтобы голос звучал уверенно, но дождь заливал лицо, и плащ промок на плечах. — Мне нужно с вами поговорить. Я психолог, пишу исследование...

— Ясно, — перебил он. — Вы ошиблись дверью. Фитнес-клуб через два квартала.

— Мне нужен не фитнес-клуб. Мне нужна «Цитадель». И вы.

На мгновение в тёмных глазах мелькнуло

что-то похожее на удивление. Или любопытство. Или и то, и другое. Но тут же исчезло.

— Я тренер, — отрезал он. — Не подопытный кролик.

— Я не собираюсь никого вскрывать, — Элис достала из промокшей сумки визитку — слегка помятую, но ещё читаемую. — Дайте мне пять минут. Если после этого скажете «нет», я уйду.

Рэй посмотрел на визитку так, будто ему протягивали дохлую мышь. Потом перевёл взгляд на неё: мокрые волосы прилипли ко лбу, капли на ресницах, подбородок чуть вздёрнут. Она не отводила глаз.

И снова это странное чувство — не

узнавание, а его тень. Как будто где-то в глубине памяти шевельнулось что-то давно забытое.

— Пять минут, — бросил он и отступил в темноту дверного проёма. — Заходите.

───

Элис переступила порог. Дверь захлопнулась за спиной с металлическим лязгом. Внутри пахло кожей, мелом для рук и чем-то ещё, едва уловимым — как после грозы. Озон. Или адреналин.

Зал был огромный — гораздо больше, чем казалось снаружи. Высокие потолки, бетонные стены без украшений, ряды тяжёлых мешков на цепях. В дальнем углу — октагон. Настоящий. Не для показухи. На

канатах кое-где виднелись бурые пятна — застиранная, но не сошедшая до конца кровь. Вдоль стен — штанги, гантели, покрытые царапинами скамьи. Никаких зеркал. Никаких телевизоров с музыкой. Только стальной крест на стене, стилизованный под эмблему клуба.

Рэй не предлагал сесть. Он просто встал напротив, скрестив руки на груди.

— Время пошло.

Элис выдохнула и начала.

— Я клинический психолог, специализируюсь на посттравматических и тревожных расстройствах. Сейчас я веду исследование о том, как люди с высоким уровнем агрессии и тревожности используют спорт — не для

фигуры, а чтобы не сломаться. Мне нужна не стерильная лаборатория, а реальная среда. Ваш клуб — именно такая среда.

Рэй молчал. Его лицо оставалось неподвижным, но что-то в нём изменилось — едва заметно, как тень облака на воде. Может быть, она произнесла слово «тревожность» чуть иначе, чем другие. Может быть, он просто услышал, что она не врёт.

— И что вы хотите? — спросил он наконец. — Сидеть в углу с блокнотом и пялиться на моих бойцов? Они не звери в зоопарке.

— Я хочу записаться на тренировки. Заниматься в общей группе. На равных.

Вот тут он удивился. Не показал — но Элис

почувствовала. Что-то дрогнуло в воздухе между ними.

— Вы? — Он обвёл её взглядом с ног до головы. Не оценивающе — скорее скептически. — Вы хоть раз стояли в спарринге?

— Нет.

— С мешком работали?

— Нет.

— Отжиматься-то умеете?

— Десять раз, — честно сказала Элис. — Может, двенадцать.

Рэй фыркнул — звук получился странный,

будто он сам забыл, как это делается. Потом шагнул ближе. Ближе, чем требовалось для разговора. Элис пришлось задрать голову ещё выше. От него пахло железом и мылом — простым, дешёвым, без всяких ароматизаторов.

— Значит, так, доктор Харт, — произнёс он, и в его голосе впервые прорезалось что-то кроме равнодушия. Что-то похожее на вызов. — Вы будете делать всё то же, что и мои парни. Разминка, мешок, спарринги, ОФП. Никаких скидок на то, что вы девушка. Никаких «я устала». Если я говорю «ещё круг» — вы бежите ещё круг, пока не упадёте или пока я не скажу «стоп». И только после этого вы сможете задавать свои вопросы. Мои люди не ваши подопытные. Вы спрашиваете — они отвечают. Или не отвечают. Это их дело. Но если я узнаю, что

вы мухлюете или используете кого-то из них без их согласия, вы вылетите отсюда быстрее, чем успеете сказать «деонтология». Понятно?

Элис выдержала паузу. Сердце колотилось где-то в горле — она сама не понимала, от страха или от азарта. Может, от того и другого сразу.

— Понятно, — сказала она. — Тогда встречный вопрос.

Рэй приподнял бровь.

— Почему вы согласились? Вы же не обязаны. Могли просто захлопнуть дверь.

Он помолчал. Отвернулся, прошёл к мешкам, поправил цепь на одном из них —

совершенно бессмысленное движение, просто чтобы чем-то занять руки.

— Сам не знаю, — сказал он наконец. И это прозвучало честнее, чем всё, что Элис слышала за последний месяц.

Она не стала допрашивать. Просто кивнула и направилась к выходу.

— Харт, — окликнул он, когда она уже взялась за ручку. — Первая тренировка завтра. В шесть утра. Опоздаете хоть на минуту — не зайдёте.

— Я не опаздываю, — бросила она через плечо и вышла под дождь.

───

Дома она долго стояла под горячим душем, смывая с себя холод мартовского Нью-Йорка. Потом села к ноутбуку. Открыла файл с заметками. Пробежалась по заголовкам: «Постановка проблемы», «Методология», «Выборка».

Вставила новый подзаголовок: «Объект № 1. Р. Макалистер. 32 года. Бывший боец ММА. Владелец клуба „Цитадель“».

Курсор мигал на пустой строке, ожидая текста. Элис занесла пальцы над клавиатурой и замерла.

Что она могла написать? «Сухой, резкий, не улыбается. Носит чёрное. Пахнет мылом и железом. Когда смотрит, кажется, что видит насквозь. Согласился на исследование, хотя явно ненавидит саму идею. Почему?»

Это не годилось для методологии. Это вообще никуда не годилось.

Она захлопнула ноутбук. Завтра в шесть утра. Надо выспаться.

Но вместо этого она ещё час лежала в темноте, слушая дождь за окном, и прокручивала в голове их разговор. Его голос. Его глаза. И эту странную, неуловимую тень — будто где-то на задворках памяти зашевелилось что-то давно забытое, что-то, связанное с запахом свежего хлеба и звуком, похожим на хлопок двери.

Чушь. Просто нервы перед новым проектом.

Элис повернулась на бок и заснула. И ей ничего не снилось.

───

Глава 2. Рэй

Рэй закрыл дверь за психологом и ещё минуту стоял, глядя в стальную обшивку. За дверью шуршал дождь и где-то далеко гудело метро — звуки Нью-Йорка, которые он давно перестал замечать.

Что он только что сделал?

Пять минут назад он собирался захлопнуть дверь перед носом очередной любопытной дуры, а теперь у него в клубе будет тренироваться психолог. Который будет его изучать. Который будет задавать вопросы. Который, чёрт возьми, смотрел на него так, будто действительно видел.

Рэй потёр переносицу. Где-то в затылке зарождалась тупая боль — предвестница мигрени, с которой он жил уже много лет.

Он прошёл в зал, включил свет на полную. Мешки висели неподвижно, штанги тускло блестели. В шесть утра здесь будет людно, шумно, потно — его мир, который он построил с нуля. А сейчас — тишина.