Дина Серпентинская – Хитничья жила (страница 36)

– Желаю, чтобы твоя мечта исполнилась! Природный рубин без следов облагораживания – большая редкость и отличная инвестиция. Такой с каждым годом только растет в цене… Кстати, а как ты вообще относишься к инвестициям в драгоценные камни? – спросила Валя. До того ей интересна была тема самоцветов, что говорить о них она могла часами.

– Ты имеешь в виду, купить камень, спрятать в сейф и ждать, пока он вырастет в цене, чтобы его перепродать и навариться?

– Ну да, к примеру.

– Может быть, и выгодно, но не в России, – нахмурился Тимур. – У нас это не развито. Населению не до того. Купить-то камень купишь, но продавать потом будешь годами. И это при условии, что он у тебя сертифицирован. То есть ты купила не у хитников по дешману, а у официального добытчика по рыночной цене. А иначе, не продашь легально. Так смысл? Изначально переплатить в надежде на будущую выгоду – не глупо ли? – усмехнулся он. – Я считаю, что покупать камни нужно для себя. Чтобы носить и радоваться, но тогда правильнее сказать не «инвестиция», а «удачное вложение денег», как у тебя с твоими шуриками. Ты же не собираешься их перепродавать?

– Не-е-е-ет, что ты? – протянула Валя. – Я сделаю украшение, буду его носить, а в старости передам детям, внукам. Будут вспоминать меня добрым словом, мол, баб Валя знала толк в камнях и оставила наследство, сейчас такие попробуй укупи!..

– Аминь, – закончил за нее Тимур и рассмеялся.

Гордеева хлопнула его по плечу.

Следом они заговорили о планах на завтра. Максим приехал с вахты и позвал всех в баньку и на шашлыки. Остальные четверо друзей, с которыми они встречали Новый год, – Славик, Таня, Равиль и Катя – тоже обещали вырваться в выходные. Валя забеспокоилась, не привезут ли те какую гадость, но Тимур ее заверил: в этот раз без наркоты.

Суббота обещала быть насыщенной, и, разморенные усталостью, они легли пораньше спать.

Так и пролетел февраль. Офис сменялся вухлинской квартирой, будни в мегаполисе – выходными в городке. Валя успела привыкнуть и к специфике работы, к микроскопу, и к проживанию с хозяйкой, к счастью, не доставлявшей никаких хлопот.

Единственное, что по-прежнему ей тяжело давалось, – это понедельники. Она еле вставала в начале пятого утра, к пяти Тимур отвозил ее на ж.-д. вокзал, в восемь она прибывала в Екатеринбург и на всех парах неслась в свой офис. Нормально выспаться не удавалось, а ей надо было целый день смотреть шлихи. И все бы ничего, если бы не приходилось сильно напрягать глаза. Они быстрее утомлялись, но норму в восемь проб никто не отменял.

Зато вечером, выходя из офиса, Гордеева испытывала непередаваемое облегчение. Самый тяжелый день недели пережит! Остальные будут легче. Не успеет оглянуться, как наступит пятница, и тогда домой, к Тимуру…

Городская жизнь ей нравилась. Поначалу даже поездки в метро и кофе навынос доставляли ей радость; казалось бы, обыденные вещи, но для той же Вухлы недоступные.

В Екатеринбурге Валя еще отчетливее поняла, какая же Вухла дыра. Если бы не Тимур, она бы не наведывалась туда так часто. Наоборот, мечтала о том, чтобы со временем он перебрался в город, и они вместе наслаждались всеми благами цивилизации. Но на эту тему с ним еще не говорила, так как сама не знала, куда ее определят весной.

Гуляя по уральской столице, она посмеивалась над тем, как цеплялась за карьер и боялась переезда в офис. Дурочка! Главный страх не оправдался: на отношения с Тимуром это никак не повлияло. Ему какая разница, где она торчит неделю; главное, в пятницу после работы мчит к нему. Он даже поддержал ее: какой, мол, кайф тебе морозить попу? Сиди в тепле.

И если раньше ей не хотелось покидать карьер еще и потому, что там не нужно было тратить деньги, и вся зарплата оставалась почти нетронутой, то сейчас Валя смотрела на это по-другому.

За работу в полевых условиях в тайге, где всё настолько тоскливо, что вечерами хоть выходи во двор и вой на Луну, она получала тридцать тысяч в месяц. А за работу в современном офисе в самом центре Екатеринбурга, где жизнь бьет ключом, она получает… те же тридцать тысяч в месяц.

Закономерно возникал вопрос: какой смысл сидеть в тайге, если за те же деньги можно сидеть в офисе? Если ее труд оценивался одинаково, то становилось очевидно, какой из двух вариантов лучше.

То же самое ей говорил и Михаил Андреевич.

Он писал отчет в соседнем кабинете, но пару раз в неделю выбирался на участок. Когда встречалось что-то с подозрением на жилу, нужно было его авторитетное решение, что делать дальше. Он наставлял Димона, который обращался к нему в спорных ситуациях, и сам присутствовал при разработке жилы.

Проверяющий, Сергей Михайлович, все время оставался там, но не контролировал работу. Мент на пенсии следил за тем, чтобы камни не растаскивали по карманам, но геология была не его профилем.

С директором, Садыриным Антоном, Гордеева почти не пересекалась. Иногда встречала его в лифте, но дальше «здрасте» разговор у них не заходил. Антон держался важно, отстраненно, и, чтобы сгладить возникавшую неловкость, Валя смотрела в телефон. За четырнадцать этажей успевала прочитать какой-то пост или почистить память.

А однажды она проехалась вместе с владелицей компании.

Дело было перед обедом. Валя собралась в соседний магазин за булочкой. Лифт спускался с пятнадцатого этажа и остановился на ее четырнадцатом. Еще осенью она загуглила, кто же такие Виталий и Тамара Железняк, изучила колонки светской хроники и имела представление о том, как выглядят ее работодатели.

Дверцы разъехались, и перед ней показалось уже знакомое лицо: миниатюрная женщина, черненькая и кареглазая, со стильной стрижкой под мальчишку. Острый подбородок был приподнят, она смотрела прямо перед собой, как королева. Чтобы не заставлять ее ждать, Валя сразу же шагнула в лифт, в облако дорогущих духов, и, переминаясь с ноги на ногу, робко поздоровалась.

«Здра-а-авствуйте», – певуче ответила ей та.

Лифт стал спускаться. Валя напряженно всматривалась в указатель этажей. Конечно, ей хотелось рассмотреть Тамару, но пялиться в открытую было бы бестактно.

Внизу она пропустила женщину вперед, гадая, что это на ней за зверушка: норка или соболь. Тамара, в меховом полушубке, юбке-карандаш и сапогах на шпильках, шла небыстрым шагом, и Валя все-таки обогнала ее на выходе из здания. А вернувшись, шагнула в лифт, внутри которого стойким облаком стоял аромат изысканных духов.

Что дала ей эта встреча? Еще большее желание обосноваться в городе. Быть как Тамара, стильной и шикарной, а в пятьдесят выглядеть на тридцать пять.

Конечно, глупо было равняться на жену промышленника. Та могла позволить себе все: любой уход, любые клиники, редчайшие камни внушительной каратности, роскошные наряды и меха. Но и Валя могла выглядеть настолько хорошо, насколько может выглядеть двадцатипятилетняя девушка, живущая в большом городе и не отстающая от моды, трендов. Для этого ей нужно работать в офисе, а не дичать неделями в тайге.

В то время как другие прогуливались по городу в юбочках, на каблуках, она сидела в робе в какой-нибудь канаве и кормила комаров. Еще студенткой Гордеева обожала производственные практики и рвалась в самую глушь, воспринимая дальневосточный трип как приключение, но за годы в геологии насытилась сполна такой романтикой и мечтала о комфорте.

Она стала всерьез подумывать о том, как этого добиться. Можно, например, поговорить с начальником, чтобы оставил ее в офисе на камеральную работу. Заниматься обработкой полевых материалов: те же описания канав из журналов переносить в Excel.

А можно – вдруг осенила ее неожиданная мысль – закончить с минанализом и уж тогда, зарекомендовав себя, попросить Антона Садырина, чтобы позволил ей заняться геммологией. Он же куда-то обращается за экспертизой? А мог бы поручить это дело штатному специалисту. Фирме даже выгоднее: лучше свой геммолог на зарплате, чем каждый раз отстегивать на сторону.

Валя считала, что отлично подходила: геолог-минералог с высшим образованием, дополнительно прослушала геммологические курсы, имеет сертификат. В работе себя тоже показала. А демантоидов за эти месяцы пересмотрела столько, что уже набила глаз, и не хуже любых экспертов может отсортировать камни по цвету, чистоте, размеру, и оценить их без труда.

Эта мысль настолько воодушевила Валю, что она не думала о возможности отказа. Верила: ей удастся не только закрепиться в городе самой, но и перетащить сюда Тимура. Они будут гулять под ручку по центральным улицам, заходить в кафе и рестораны, наслаждаться атмосферой беззаботного веселья и компанией друг друга. Все будет, стоит только подождать!

Двадцать третье февраля выпало на понедельник, и за счет этого страна отдыхала три дня.

Валя приехала в Вухлу с подарком для Тимура. Она не придумала ничего лучше, как купить набор «Виши»: дезодорант, пену и бальзам после бритья.

Конечно же, ее мужчина был достоин большего. Он не скупился на подарки, и ей хотелось отплатить ему той же щедростью, на день рождения в апреле подарить что-то дорогое. На раздумье, что бы это могло быть, оставался месяц…

Валя вручила подарок в пятницу вечером.

– С мужским днем, Тимурка!

– Спасибо, Валька! – он чмокнул ее в щеку. – Потратилась, наверное?