Дина Павлова – Пустышка (страница 4)

Мы живем в роскошном отеле с видом на Марсово поле и Эйфелеву башню, ужинаем в лучших ресторанах, ходим в оперу. Тигран – эстет, а я… Я изо всех сил стараюсь ему соответствовать. К каждому посещению Гарнье я готовлюсь как к экзамену, изучая заранее о чем будет постановка, кто актеры и режиссер. И, поднимаясь по ступенькам старинного здания, рассеянно скользя взглядом по лепнине, я веду непринужденную беседу с Тиграном об искусстве.

Я до сих пор не понимаю, нравится ли опера ему по-настоящему, или это имидж? Ведь если верить фотографиям, найденным на его компьютере, пока он жил с Анжелой, искусством он не интересовался. Конечно на лыжах они катались, но еще и любили посетить пляжи в стиле «баунти», повеселиться в ресторане или ночном клубе. То есть с ней он был расслаблен, а со мной… Музеи, концерты классической музыки, приборы по восемь штук на накрахмаленной скатерти и устрицы по вечерам. Я не скажу что мне это не нравится – в Гарнье мне комфортнее чем в ночном клубе, но иногда хотелось бы и чего-то другого. Попрыгать, посмеяться, а не ходить с видом снежной королевы.

Последний день нашего пребывания в Париже меня радует едва ли не больше всего: мы ходим по дорогим магазинам, где покупаем практически все подряд: одежду, обувь, косметику, духи. Все, на что я указываю пальчиком, не глядя на цену и не задумываясь о необходимости этой вещи.

– Все что мы тебе сегодня купим – это подарок на Новый год, – произносит Тигран, прикладывая очередной раз карточку к терминалу. Мое сердце готово прыгать от радости. Боже, да у меня никогда не было столько красивых вещей! А венцом нашего шоппинга становится колье с рубинами. Этот подарок мне кажется даже чем-то чрезмерным, лишним, недостойным меня. Однако, примерив драгоценность на моей шее, Тигран произносит:

– Моя жена должна выглядеть как королева. Я могу себе это позволить.

– Потому что ты – король, – охотно киваю.

– Да, моя умница, – он аккуратно целует меня в губы, и проведя ладонью по щеке, добавляет, – на Новый год соберется вся семья, поэтому ты должна выглядеть сногсшибательно.

Семья – это клан. Я киваю, стараясь не показать что от одной мысли, что меня будут оценивать десятки человек, мне становится не по себе. Мне хватило полугода чтобы осознать что вся эта «семья» – серпентарий, где люди ненавидят друг друга и завидуют. Тигран старается меня ограничить от общения с ними, правда, не особенно объясняя, почему. Но мне и так понятно. Он и сам их не особенно любит.

Есть его родная сестра – Арминэ, старше на четыре года. Ухоженная полная женщина с короткими волосами, всегда на каблуках, с поджатыми ярко-красными губами и подведенными жирными стрелками. Увидев меня первый раз, она наградила меня таким снисходительным и презрительным взглядом, что захотелось забиться в угол. У нее есть муж, четверо детей и внушительный счет в банке.

Двое младших братьев Тиграна – Карен и Арам – мне понравились больше. Выглядели они не особо брутально, однако в их лице было что-то более располагающее. Но дальше разговора о погоде дело так и не зашло. Они не стремились со мной сблизиться, зато удалось немного поболтать с их женами – вполне себе милыми девушками.

Тигран всеми силами ограждает меня от общения с его семьей. Он говорит мне так: «Есть Аня – вот и дружи с ней». А я и дружу. Правда, приходится денег давать все больше. Но у меня их так много, а тратить некуда.

В Париже я покупаю для Ани шарфик «гермес» и браслет за кругленькую сумму. Это подарки на Новый год, которые, надеюсь, ей понравится. Хотя она капризная, и, я думаю, это правильно. Нельзя быть довольным всем. А я… Я довольна.

Мне грустно покидать уютный номер шикарного отеля, тем более что впереди – торжественное мероприятие. Я боюсь всю эту родню. Хуже Арминэ только родители Тиграна, мать – тетя Изабелла и отец – дядя Ашот. Вот кто недоволен мною, самим фактом моего существования. И если до свадьбы они хотя бы делали вид что я им симпатична, то теперь во взгляде свекрови я вижу только презрение. Меня спасает что мы живем на разных этажах особняка, и я могу неделями не пересекаться с родителями Тиграна. А еще они часто куда-нибудь уезжают, за что им большое спасибо.

Тигран любит своих родителей, терпит и опекает многочисленную родню, и не мне с ним спорить. Я не жалуюсь ни на кого, не признаюсь что меня что-то пугает. В конце концов, у меня есть Аня, она помогает мне психологически, и рядом с ней я себя чувствую в своей тарелке.

И она будет присутствовать на мероприятии также, Тигран разрешил мне это. А значит, я не одинока. И мне почти не страшно.

Глава 6. Лиля. Подготовка к торжеству

В последний день декабря вся огромная семья Тиграна соберется в роскошном зале особняка. Они будут ужинать за одним столом, разговаривать, слушать концерт… А когда пробьет двенадцать, небо над усадьбой окрасится разноцветными огнями салюта.

Этой традиции много лет, в этом есть уже что-то сакральное. Будто это не просто праздник, на котором собирается клан, а как минимум – встреча масонской ложи. Хотя может она не сильно от данного события и отличается.

Я буду присутствовать на подобном мероприятии впервые, и, если честно, перспектива меня не радует. Нужно будет выглядеть настоящей аристократической женой, не дай бог где-то упасть лицом в грязь, и, чтобы ни произошло, улыбаться и быть доброжелательной.

Морально поддерживать меня будет Аня. Кстати ей тоже придется изображать девушку из высшего сословия, чтобы ни в коем случае не опозорить ни себя, ни меня. Такого Тигран не простит.

С утра тридцать первого в особняк приезжают мастер по маникюру, визажист и стилист – все для того чтобы я выглядела идеально. Тут же наводит красоту и Аня. Я оплатила их услуги для нас обеих, чтобы исключить любые возможные осечки. Стоимость космическая, но Тигран не жадный, когда речь идет о любимой жене.

– Знаешь, я что-то волнуюсь, – Ане делают маникюр, а мне – прическу. Празднество должно начаться уже через два часа, время еще есть, и я в одной рукой держу стакан с апельсиновым соком, а во второй – сотовый. Социальные сети и красивые картинки помогают убить время.

– Я тоже, – поднимаю глаза на Аню, – там еще Арминэ будет, она и вовсе та еще…

Я хочу сказать «ведьма», но даже у стен есть уши, поэтому, вздохнув, тут же перевожу разговор на другую тему:

– Как Миша?

– Мы расстались, – вздыхает Аня, не сводя глаз с ногтей, на которых мастер маникюра вырисовывает какую-то то ли звездочку, то ли елочку.

– Окончательно?

– Ругались-ругались… А смысл продолжать отношения когда он мною постоянно недоволен? Будто я виновата что не умею готовить и убирать. Может я и вовсе не хочу этим когда-либо в жизни заниматься? Вот ты же домашними делами не занимаешься?

– Нет, я даже не контролирую работников по дому. Это делает свекровь.

– И тебя это не обижает?

– Нет. Я никогда подобным не занималась, – пожимаю плечами. На самом деле меня это не то чтобы напрягает, скорее расстраивает. Анжела была полноценной хозяйкой дома, а мне не доверяют, – а если брать хозяйство в свои руки, то это надо контролировать абсолютно все, понимаешь? Если Тигран скажет, я научусь. Но пока…

Понимающе кивает, но в ее сжатых губах я улавливаю то ли недовольство, то ли злость…

– Кстати как Тигран? Вы же позавчера из Парижа вернулись?

Аня переводит разговор на другую тему, а я и рада. Кому еще, кроме нее, рассказать про путешествие? Тем более что так хочется поделиться впечатлениями и показать редкие фото.

– Да, это было чистое волшебство!

– Не сомневаюсь…

– Да, прости, я и забыла, – вскакиваю с места и, придерживая одной рукой прядь волос, которую еще не успели уложить в прическу, достаю из выдвижного ящика тумбы коробочки, повязанные бантиками. По загоревшимся глазам Ани вижу, что ей не терпится посмотреть что внутри. – Я хочу тебя поздравить с наступающим Новым годом!

Кладу подарки на стол, глядя, как Аня ерзает на стуле, изнывая от любопытства – а коробочку и не откроешь, пока лак не высохнет!

– Что там?

– Увидишь. – смеюсь. Она кусает губы, но усилием воли успокаивается.

– Ладно, расскажи, где были в Париже?

– Во всех культурных местах: в опере, музее, даже на кладбище сходили, на могилу Эдит Пиаф… – задумчиво улыбаюсь, – хорошо провели время.

– А где жили? – Аня спрашивает это с искренним любопытством и, видя что она действительно хочет услышать все подробности, я начинаю рассказывать от и до. Все впечатления, мысли, небольшие события… Даже что подавали на завтрак в отеле. Наконец, когда ногти Ани высыхают, она открывает подарки и, конечно же, приходит в полный восторг. Вскочив с места, она целует меня в щеку, не скрывая счастья:

– Боже мой! Это ты в Париже купила?

– Да, – киваю.

– И дорого?

– Давай не будем об этом, – подмигиваю, а Аня лезет к себе в сумку и вытаскивает оттуда небольшую коробочку с красным бантом:

– Не знала что подарить, надеюсь понравится.

Я понимаю что Аню смущает что она не может мне делать равноценные по стоимости подарки, но сам факт… Это безумно приятно.

– Я уверена что понравится, – с этими словами я тяну за концы ленточек. Внутри оказывается футляр для айфона, очень красивый, с узорами. Я невольно улыбаюсь. Красивый, Аня старалась угодить. – Какой классный! Я такой и хотела!