Дина Галкина – Левиафан (страница 21)

— Ну, пока что ли, дружище?

— Пока. Ты давай, старик, держись там! Андронию спуску не давай!

— Да уж конечно! — и. махнув напоследок рукой, Тарлиан забрался в повозку.

И, к собственной досаде, оказался прямо напротив Андрония. Впрочем, тот тоже был не особо рад такой компании.

Тем временем Картен забрался на место возницы, дал знак привратнику открыть ворота. Лошади медленно тронулись с места… через несколько минут крепость скрылась за поворотом горной дороги.

***

За все время своей учебы (то есть уже семь лет) Тарлиан ни разу не покидал стены крепости. Ежегодные поездки в Дарминор на королевский фестиваль не в счет. До того, как его отдали на обучение в крепость, он вместе с родителями жил в небольшом княжестве в долине Флирос. В крепости Тарлиан частенько вспоминал те времена. Ему казалось, что «свободу» он помнил хорошо и детально, а дорогу в крепость так вообще запомнил на всю жизнь. Но теперь, глядя на горы, медленно проплывавшие мимо повозки, он ясно ощутил, что, вспоминая, представлял себе эти горы совсем по-другому. Так, может, и воспоминания о доме во Флиросе тоже были неверными? Если б он знал…

Как же ему надоели эти горы! Мрачные, безжизненные скалы, нависающие со всех сторон. Ему прочему-то казалось, что над Драконовым хребтом никогда не расходятся тучи. Даже в ясные, солнечные дни. Поездка в Эймар все-таки была глотком свободы. Пусть даже свобода была неполной, да и с мрачных Клеренских земель не уйти, но… но все же крепость Феникса больше не давила на него. И Тарлиан бы этому по-настоящему рад. За семь лет крепость так и не стала для него настоящим домом. Но и по родительскому дому во Флиросской долине он не сказать, чтобы сильно скучал. Тот дом был словно бы в прошлой жизни, почти во сне. Иногда ему казалось, что он уже не может вспомнить лиц родителей. Он ни разу не видел их с тех пор, как мама провожала его в крепость, а папа… он доехал с ним до самых ворот, сказал пару слов дяде и уехал. И все. Больше Тарлиан родителей не видел.

Помнится, первое время он даже обижался на них, потому что ко всем остальным родители приезжали — пусть изредка, пусть ненадолго, но все-таки! — а к нему нет. Он даже думал, что про него просто забыли! Но дядя всегда говорил, что родители очень заняты, приехать не могут… и постепенно Тарлиан привык. Привык и смирился. Что же делать с тем, что ему так в жизни не везет? Да ничего. Вот он ничего и не делал. Но судьба, видимо, решила иначе.

Как же прав был главнокомандующий, барон Ротмар Юсманский! Дорога судьбы всегда туманна, лишь изредка избранным дано увидеть на ней знаки. Но одно дело увидеть, а совсем другое — понять. Но в это странное, тревожное время перед новолунием, в которое все начнется, знаки верно читались мудрецами…

Странная все-таки штука — судьба. Вроде она есть, а вроде ее и нет. Вроде все предрешено, но все зависит лишь от тебя. Конечно, некоторые решения ты принимаешь сам, но Судьба — эта хитрая дамочка, режиссер спектакля под названием «Жизнь» — о, она уже все решила и обдумала на десять шагов вперед. А то и на все пятнадцать. А иначе как можно объяснить то, что юный Феникс с без того непростой судьбой оказался в одно время в одном месте с… а вот это автор уже забегает вперед.

Невеселыми были мысли Тарлиана по дороге в таинственный замок Эймар. А дорога была длинной — без малого сотня миль.

Ну что ж, оставим на время юного рыцаря в ожидании, когда распахнутся перед ним двери легендарного Эймара, а сами вернемся к нашим четверым путешественникам. Да позволит читатель нам перенестись в предыдущий день. Как они там, бедные? Выживают в опаснейшем Черном лесу, да еще после такой битвы! Не будем же медлить, друзья, и обратим свой взор в направлении Нитрион-Флирос от крепости.

Глава 6

Глава 6

VI. Лист. Эфарленд. Черный лес. Ли-фанна. Эван. Альнора. Рэй.

(12 дней до новолуния)

Проснувшись утром — а было это примерно в то же время, когда Тарлиана вызвали к главнокомандующему — Ли-фанна не сразу сообразила, где она и что вообще происходит. Но потом она вспомнила ночное сражение, смерть и последующее оживление Рэя… ужас произошедшего холодной, липкой волной захлестнул ее. Она с новой силой осознала, что может не вернуться из этого путешествия. Но думать об этом было страшно. «О, боги! За что мне это все?!» — мысленно вскричала она, но тут же задумалась и успокоилась. Сама так захотела, в конце концов. Нечего было из дома убегать.

Между тем, выяснилось, что Черный лес не такой уж и черный при свете утра. Во всяком случае, эта его часть. Если вчера вечером полянка, выбранная Рэем для ночлега, показалась Ли-фанне местом, о котором можно было только мечтать — так сильно она отличалась от остального леса, проклятого Легионом — то что же чувствовала девушка, глядя на эту же полянку при свете утра?

А полянка и впрямь была замечательная. Живописнейшая. Солнце освещало верхушки деревьев самого разного вида — были тут и самые обычные ели и сосны, и странные высокие деревья с широкими листьями, напоминающими кленовые. Листья эти были почти прозрачными, и солнце просвечивало их насквозь, создавая интересное зеленоватое освещение. Из-за этого трава, которая и без того была сочного зеленого цвета, казалась еще зеленее, еще ярче. И, что странно, на этой траве не осталось ни следа от вчерашнего сражения. Это Ли-фанну обрадовало. Не хотелось ей вспоминать ночное происшествие.

Похоже, она проснулась первой. Алька еще сладко спала, отдыхала от ночных переживаний; Эван дремал, рядом с ним лежал меч, который он даже не убрал в ножны — на всякий случай. Ли-фанна его прекрасно понимала — свою рапиру, которую Рэй ей после всех волнений и ужасов подарил, она тоже не убирала — еще и потому, что некуда было.

Нет, все-таки она проснулась не самая первая — вон, Рэй тоже не спит: лежит и смотрит в небо.

— О, ты уже не спишь? — спросил он, заметив, что Ли-фанна пошевелилась.

— Видимо. Ты как, в порядке? — спросила девушка, с тревогой вспоминая состояние Рэя после битвы.

— В порядке, конечно, что со мной сделается-то? — Рэй улыбнулся. — Хорошо вы меня вчера вылечили. То есть оживили.

— Не напоминай, — Ли-фанну передернуло от воспоминаний. — Жуть какая-то! Я столько крови за раз в жизни не видела! Как рана-то твоя?

— Не поверишь! — жизнерадостно ответил Рэй. — Почти прошла.

— Ты прав — не поверю. Может, не пойдем сегодня никуда, а? — вдруг спросила Ли-фанна. — По-хорошему, нам всем надо отдохнуть, отлежаться немного.

— По-хорошему-то, конечно, да, но ты сама подумай: если они нашли нас сейчас, что мешает им сделать это еще раз? Если мы останемся на месте, только упростим им задачу.

— Сам же сказал, что нас в любом случае найдут, — пожала плечами Ли-фанна. — Каким образом, кстати?

— Таким, что это они, а они не остановятся ни перед чем. Ты даже не представляешь, какой силой они обладают. Выследить нас для них — пустяк. Мы для них полные ничтожества. Да и те, что от нас сбежали — то есть все семеро — точно не станут молчать о том, где мы.

— А зачем же на нас внимание обращать, на ничтожеств-то? — хмыкнула Ли-фанна. — И про этих легионеров… мне почему-то показалось, что мы их всех поубивали.

— Ну, это легко проверить. Иди сюда и дай руку. Левую.

Ну, предположим, уточнять и не надо было: правая рука у Ли-фанны и так не работала. Когда она подошла, Рэй не сильно придавил большим пальцем какую-то точку у нее на руке на середине локтя. И… совершенно ничего не произошло.

— Как я и думал, — удовлетворенно кивнул Рэй. — Видишь, у тебя рука чистая. Никаких следов не проявилось.

— А какие должны быть следы? — удивленно спросила Ли-фанна.

— Понимаешь… если сверхмаг убивает легионера, у него на руке, если вот так нажать, проявляется отметина — что-то вроде царапины. На самом деле ее нет, это только видимость, но зато наглядно показывает…

— Ужас! — сказала Ли-фанна. — Но почему тогда они все исчезли, да еще и в дыму каком-то?

— В дыму, говоришь? — удивленно посмотрел на нее Рэй. — Странно… может, научились как-то перемещаться в пространстве? Хотя странно это — я ничего подобного раньше не видел и не слышал. Зато я точно могу сказать, что все эти семеро живы — иначе они бы точно никуда не исчезли.

Ли-фанну передернуло он этих слов — жуть какая…

— Скажи, а обязательно все это? Убивать кого-то, пусть даже легионеров?

— Конечно, нет. Просто, понимаешь, это война. Вечная война между сверхами и Легионом. А на войне всегда так… кстати, именно поэтому им и нужны мы. Вернее, вы с Альнорой. Вы ведь сверхи.

— А ты? — в лоб спросила Ли-фанна. — Сам-то ты сверх? Или как?

Она уже давно хотела задать Рэю этот вопрос. С первого дня их совместного путешествия.

Рэндиан Меннерс задумался. Задумался надолго — видимо, решал, как ответить. Потом медленно произнес:

— Это сложно, на самом деле… можно сказать, что почти сверх.

Такой ответ Ли-фанну несколько озадачил. Если не сказать — завел в тупик. Но больше на эту тему Рэй явно ничего говорить не собирался. Ну и ладно. Если не хочет, пусть не говорит.

Тут проснулся Эван. Резко сев, он оглядел полянку и, похоже, остался чем-то доволен. Наверное, ждал еще одного нападения.

— Доброе утро. Наверное, — поздоровался он. — О чем разговариваете?

— Обо всем понемножку, — ответил Рэй. — Ого, как солнце высоко поднялось! Скоро надо будет снова выдвигаться.