Дина Эмера – Женщина. Эволюционный взгляд на то, как и почему появилась женская форма (страница 21)

Когда-то, начиная писать диссертацию с Вагнером, у меня тоже был человекоцентристский взгляд на биологию. Я настаивала на изучение аспектов человеческой эволюции, потому что люди были для меня более интересны, чем куры, опоссумы и другие существа, которых мы изучали в лаборатории. Но профессор постоянно напоминал мне (порой разражаясь на мою наивность), что большинство человеческих черт – это всего лишь модифицированные версии черт древних животных. Итак, чтобы понять, как и почему женский оргазм (или любая другая черта) существует у людей, надо взглянуть на более широкий эволюционный контекст.

Павличев и Вагнер заметили, что гормональные изменения в женском теле во время оргазма – выработка пролактина, окситоцина и, согласно одному исследованию, ЛГ – очень похожи на гормональный всплеск, который происходит у некоторых млекопитающих во время совокупления – введения полового члена во влагалище для передачи спермы. У части млекопитающих – кроликов, кошек, хорьков и белок – овуляция начинается во время совокупления. Она запускается физическим воздействием пениса на влагалище (Павличев и Вагнер предполагают, что тут задействован клитор, орган, который есть у всех самок млекопитающих). Во время совокупления сенсорная информация от влагалища/клитора идет в мозг, запуская там выработку гормонов, которые вызывают выделение яйцеклетки(ток) из яичника. Такой процесс кажется стратегически верным – яйцеклетка выходит только в тот момент, когда вокруг есть сперма для оплодотворения. Конечно, у людей все не так, мы овулируем «спонтанно», примерно в одно и то же время каждого цикла, независимо от того, как давно у нас был половой акт и был ли вообще. Спонтанная овуляция не требует дополнительных внешних сигналов, только гормональные изменения в теле женщины.

Чтобы понять, как связаны оргазм и овуляция, Павличев и Вагнер приглашают нас в путешествие по королевству животных с целью изучения этого явления у разных видов. Система взаимодействия органов и гормонов, контролирующих овуляцию, очень схожа у отдаленно родственных видов, от рыб до человека. Мы говорили об этой системе в предыдущих главах. Мозг производит и выводит гормоны ГнРГ, ФСГ и ЛГ, которые стимулируют яичники производить эстроген и запускают созревание и вывод яйцеклеток. Что варьируется от животного к животному, так это триггер в самом начале цепочки, сигналы, которые сообщают мозгу, что пора стимулировать яичники гормонами. У большинства видов рыб и у многих наземных млекопитающих цепочка запускается или зависит от окружающей среды – температуры или количества солнечного или лунного света. Лошади, например, овулируют только поздней весной и в летние месяцы, когда световой день длинный. Потребности в конкретных условиях окружающей среды различаются в зависимости от того, что наиболее важно для успешного размножения каждого вида. Для многих решающее значение имеет время года. Есть виды, у которых овуляция происходит только в определенный сезон или сезоны, когда у матери будет достаточно пищи для воспроизведения потомства.

Еще один важный момент: многие животные, которые используют сигналы окружающей среды для запуска овуляции, подвергаются внешнему оплодотворению, то есть оплодотворению яйцеклеток вне тела самки. У большинства видов рыб и амфибий самки выпускают икру в воду сразу после овуляции, самцы выпускают сперму, икра оплодотворяется и начинает свое развитие. У амниотов (куда входят млекопитающие, рептилии и птицы), напротив, оплодотворение внутреннее, при котором самец доставляет сперму непосредственно в половые пути самки. Внешнее оплодотворение делает яйца уязвимыми – и для хищников, и к высыханию – поэтому условия окружающей среды становятся особенно важны. Это еще одна причина, по которой животные овулируют (и выпускают яйцеклетки для внешнего оплодотворения) именно тогда, когда условия наиболее благоприятны для успешного размножения.

Павличев и Вагнер в своем исследовании сосредоточились на триггерах, запускающих овуляцию у млекопитающих. Мы знаем, что овуляция, вызванная окружающей средой, чрезвычайно древняя, поскольку мы наблюдаем ее у всех видов животных, от рыб до млекопитающих. Используя эволюционные аналитические инструменты, Павличев и Вагнер показали, что у ранних млекопитающих, скорее всего, в дополнение к сезонным сигналам триггером стала стимуляция влагалища/клитора во время совокупления. Многие млекопитающие до сих пор используют совокупление как триггер. У кроликов, кошек и других видов, ведущих одиночный образ жизни и/или имеющих большие ареалы обитания, овуляция начинается во время полового акта. Эта стратегия хорошо работает с видами, у которых вероятность найти партнера не очень велика. У этих млекопитающих сенсорная информация, получаемая влагалищем и клитором во время совокупления, является сигналом, приказывающим мозгу высвободить гормоны, вызывающие овуляцию.

Но у некоторых групп млекопитающих, таких как приматы, летучие мыши, слоны и некоторые грызуны, триггер овуляции снова изменился, и возникла спонтанная овуляция. Это стратегия, принятая у представителей нашего вида: не существует внешнего сигнала (например, длинной продолжительности дня или присутствия самца), который заставлял бы наши яичники выпускать яйцеклетки. Система мозг-яичники самостоятельно и циклично контролирует овуляцию за счет сложной петли обратной связи.

Павличев и Вагнер установили интересную зависимость между расположением клитора относительно влагалища и типом овуляции – спонтанной или посредством совокупления. Они доказали, что у животных со вторым типом самая чувствительная часть клитора – головка – находится внутри влагалища или на его границе. Такое расположение дает гарантию, что мозг получит сенсорный сигнал во время полового акта. Напротив, при спонтанной овуляции головка клитора отделена от вагинального канала и часто располагается на относительно большом расстоянии (у человека она расположена по другую сторону от отверстия уретры). Поскольку при спонтанной овуляции сенсорные сигналы для начала выхода яйцеклеток не нужны, овуляторная функция клитора исчезла. Получается, что у людей (и других особей со спонтанной овуляцией) клитор мог свободно изменяться без каких-либо ограничений по расположению или функции. Установлено, что именно из-за большого расстояния между головкой клитора и отверстием влагалища многим женщинам трудно достичь оргазма во время вагинального полового акта. Но способность испытывать оргазм, в частности при мастурбации, осталась с нами как отголосок ее овуляторной роли у наших предков-млекопитающих. Есть мнение, что свобода от эволюционных ограничений позволила женщинам сделать оргазм более приятным, чем у других видов.

Для подтверждения своей гипотезы Вагнер и Павличев провели опыты на кроликах, одном из видов, у которых овуляция происходит во время совокупления. Они вводили кроликам антидепрессант флуоксетин, который, как известно, подавляет оргазм у женщин. Как они и предполагали, флуоксетин подавлял овуляцию у кроликов, что подтвердило их гипотезу о связи между овуляцией и оргазмом. В заключение Павличев и Вагнер разработали новое объяснение происхождения женского оргазма. Они утверждают, что у самок ранних млекопитающих (и у многих млекопитающих до сих пор) он выполнял важнейшую репродуктивную функцию, вызывая овуляцию. В прошлом оргазм был адаптивным, но у людей и некоторых других видов он утратил свою овуляторную функцию, что объясняет некоторые загадочные свойства оргазма у современной женщины.

Мы много говорим об оргазме млекопитающих, но как другие животные его испытывают? Многие из нас знают, что чувствуешь во время оргазма и как он выглядит (даже ненастоящий!), но какие доказательства того, что другие животные тоже что-то чувствуют? Похож их оргазм на наш или нет?

Хотя мы не можем получить точного описания оргазма от кролика или обезьяны (они просто не могут нам рассказать), многие исследования показали, что животные действительно проявляют сенсомоторный оргазмический рефлекс и есть вероятность, что он доставляет им удовольствие. Был проведен ряд исследований (наблюдательных и экспериментальных) на нечеловекообразных приматах. И самцы, и самки короткохвостых макак демонстрируют одинаковое поведение в конце сексуальных контактов: у них спазмируются мышцы тела, округляется рот, и они отчетливо кричат. Причем у самцов такое поведение наблюдается во время эякуляции, а у самок только тогда, когда они трутся гениталиями о других самок. Самки бонобо[66] тоже часто трутся гениталиями друг о друга, и у некоторых наблюдается спазм мышц тазового дна в конце таких взаимодействий. У самок японских макак наблюдались сокращения мышц тазового дна во время мастурбации, которой, кстати, занимаются многие животные (как самцы, так и самки), включая черепах, птиц, моржей и белок. Раньше, когда было проще получить финансирование на исследования, оргазм у многих приматов изучался посредством стимулирования клитора у самок. Все обезьяны, которых изучали таким способом, показали способность испытывать оргазм. Хотя продолжительность мастурбации и совокупления у нечеловекоподобных приматов очень короткая и исчисляется секундами (что может говорить о том, что для них эти процессы менее приятные, чем для людей), есть большая доказательная база, что самцы и самки многих видов могут испытывать оргазм.