Дин Лейпек – Дракон должен умереть. Книга 3 (страница 29)

— Кажется, да.

Королева продолжила водить пальцами по губам.

— Ну что ж, — сказала она наконец все так же спокойно. — Лорд Теннесси уже взрослый мальчик, мне кажется, и имеет полное право на свободное перемещение.

— Но он нарушает ваш собственный указ, моя королева.

— Я не приказывала лордам безвылазно сидеть в своих замках.

— Но вы приказывали им заниматься делами своих областей. А лорд Теннесси этого не делает, как видно.

Королева слегка прищурилась. Бертрам вздрогнул. Он понял, что его слова звучат так, как будто он хочет настроить ее против Генри. А это совсем не было его целью.

— Хорошо, — наконец сказала королева довольно сухо. — Как только он объявится, можете сообщить ему о моем высочайшем недовольстве. Чего еще ты хочешь от меня, Бертрам?

— Ничего, моя королева. Просто мы не могли его найти, и я подумал, может быть, вы знаете...

Королева внимательно смотрела на Бертрама, все еще прищурившись и водя рукой по губам.

— А с какой стати, Бертрам, — спросила она наконец, — ты решил, что я могу про него что-нибудь знать?

Бертрам молчал.

— Если это все, то иди, — заметила королева.

Он заставил себя вежливо улыбнуться и поклониться.

— Прошу прощения, моя королева.

Она не ответила и вернулась к своему письму.

Уорсингтон встретил его на нижней галерее.

— Ну что? — хмуро поинтересовался он.

— Пишет нам с тобой письма.

Уорсингтон поморщился.

— Но меня волнует другое, — заметил Бертрам.

— Что?

— Теннесси.

— А что с ним?

— Она говорит, что не знает, где он.

— И что с того?

— Помнишь, какой она была, когда Теннесси только уехал? А когда его пытались убить? Ты можешь себе представить, что он пропадает неизвестно куда, а ее это совершенно не волнует?

— С трудом, — признал Уорсингтон после недолгого раздумья.

— Вот и я — с трудом. Поэтому и думаю, что она отлично знает, где он. И, более того, бывает там сама.

— Это кажется мне все-таки довольно сомнительным...

— Да? Как ты думаешь, сколько времени ей нужно, чтобы долететь до... докуда угодно?

— Хм.

— Вот именно. В любом случае, стоит проверить, чем ее величество занимается по ночам.

***

Джоан прилетала не каждую ночь. Когда она была с ним, Генри не особо задумывался о происходящем. Думал он потом, в те ночи, когда ее не было. Уснуть все равно получалось только под утро, и Генри лежал в темноте, стараясь отпустить свои мысли, как научился это делать в заключении. Образы сменяли один другой, воспоминания смешивались с мечтами, рассуждения путались с игрой воображения...

Мысль пришла настолько неожиданно, что Генри резко сел на постели, застигнутый врасплох.

Он провел в Риверейне три месяца. За это время она пыталась превратиться в дракона несколько раз. Он покинул столицу в конце лета. Месяц назад Бертрам писал ему, что все в порядке. И почему-то Генри был уверен, что и сейчас все в порядке, что она не превращалась с тех пор, как он уехал.

Потому что в этом не было нужды. Джоан прекрасно контролировала себя. Она прилетала к нему — значит, могла свободно превращаться в дракона и обратно. И Генри сейчас был уверен, что Джоан могла бы остановить превращение, даже если оно начиналось помимо ее воли, не прибегая к его помощи.

Могла.

Но не останавливала.

В ту ночь он так и не заснул. А рано утром начал собираться в обратный путь.

Пора было возвращаться в Тенгейл.

***

Джоан смотрела на почти уложенную котомку спокойно, сдержанно, холодно. Генри заметил, как она вошла, но оглянулся лишь на мгновение и продолжил заворачивать еду в дорогу. Он собирался выйти следующим утром — надеясь, что в эту ночь она тоже не прилетит. Ему не хотелось разговаривать с ней.

— Ты собираешься уходить, — тихо произнесла Джоан.

Он кивнул, хотя она и не спрашивала.

— Видимо, есть серьезная причина, по которой ты решил это, ни сказав мне ни слова.

На этот раз Генри обернулся.

— Есть.

Она выжидающе смотрела на него.

— Это ведь ты начинала свои превращения? Якобы непроизвольные, те, которые мне приходилось останавливать?

Ее глаза сверкнули — в подтверждение, она могла бы уже не отвечать. Но, мгновение помолчав, Джоан сказала:

— Да.

— И в ту ночь, когда...

— Нет. Тогда — нет, — ее голос звучал твердо. Он поверил.

И почувствовал некоторое облегчение. Хотя бы тогда она не обманывала. Поэтому следующий вопрос он задал почти мягко:

— Зачем?

Джоан отвела взгляд. Пробормотала глухо:

— Мне нужно было сделать так, чтобы ты точно не мог исчезнуть.

— А просто попросить ты не могла?

Она слабо усмехнулась.

— Могла. Но это бы ничего не изменило, — и добавила едко:

— Ты уже однажды ушел.

На этот раз Генри не удалось сдержаться:

— Потому что ты попросила!