Дин Лейпек – Дракон должен умереть. Книга 2 (страница 11)
— Что я боюсь убивать.
— Ты боишься?
Она пристально посмотрела на него, развернулась и пошла прочь. На этот раз он не стал ее окликать.
***
— Держи.
Инкер протягивал ей книгу в потрепанном кожаном переплете.
— Что это? — Джоан взяла книгу в руки, не в силах устоять и одновременно пытаясь скрыть странное возбуждение при виде гладкого обреза страниц и округлого корешка.
— Книга. Я решил, что тебе будет интересно ее посмотреть. Ты ведь умеешь читать?
Джоан не слышала его вопроса. Открыла страницу с фронтисписом.
— А, «Защита и нападение», — улыбнулась она при виде заголовка.
Инкер слегка прищурился.
— Ты ее читала? — подозрительно спросил он. Джоан подняла на него глаза, разом опомнившись. Она поняла, что только что выдала себя.
— Где ты ее читала? — не сдавался Инкер, когда Джоан захлопнула книгу и протянула ему.
Джоан молчала. «Защиту и нападение» она нашла в библиотеке Тенгейла и проглотила за один вечер — философский трактат об искусстве поединка был совсем не похож на те книги, которые она читала обычно. С абсолютной ясностью Джоан вспомнила, как сильно она хотела обсудить прочитанное с Генри и как упорно он уклонялся беседы.
Кажется, теперь она стала понимать, почему.
Воспоминание окатило холодом. Джоан опустила глаза, чтобы не встречаться взглядом с Инкером.
— Спасибо, мне не нужна книга, — пробормотала она тихо.
Тогда Инкер не стал настаивать.
Но на следующий день позвал Джоан к себе в контору. На вялые попытки отговориться он никак не отреагировал, и она поняла, что лучше всего будет покончить с этим раз и навсегда. Раз уж он и впрямь так хочет с ней это обсудить.
Здание конторы, носившее такое гордое название, на деле состояло из мастерской Герхарда и кабинета Инкера, в котором тот принимал важных клиентов. Комната была небольшой, но хорошо обставленной — мебель явно вышла из-под руки умелого столяра, на обшитых деревянными панелями стенах висели коллекционные клинки. В одном углу стоял небольшой шкаф с книгами, в другом — буфет с темными пузатыми бутылями.
— Садись, — Инкер жестом указал Джоан на красивое резное кресло, а сам сел за массивный письменный стол.
Джоан послушно села.
— Ты читала «Защиту и нападение», — Инкер не спрашивал, поэтому Джоан лишь кивнула. — Что еще?
Она невольно улыбнулась. Только человек, чья личная библиотека насчитывала пару десятков томов, мог задать такой вопрос. Но Джоан успела заметить одно название на корешке, и потому с готовностью ответила:
— «Смерть и бессмертие».
Инкер приподнял брови.
— И ты, конечно же, опять не ответишь, где ты читала подобные книги?
Джоан выругалась про себя. Поспешив назвать знакомый Инкеру труд, она не подумала о том, что это была за книга.
Сложный философско-религиозный трактат о жизни и смерти. Совсем не легкое развлекательное чтение. И, к тому же, труднодоступное — найти экземпляр этой запрещенной когда-то книги было совсем не просто...
Джоан внимательно посмотрела на Инкера.
— А как получилось, что ты читал «Смерть и бессмертие»?
— Хотел прояснить для себя... некоторые вопросы, — невозмутимо ответил Инкер.
— Например? — Джоан не собиралась так легко сдаваться. В конце концов, она хорошо помнила основной тезис книги, которую принес ей Инкер: «Лучшая защита — это нападение».
— Например, зачем нужна смерть... Зачем она нужна, Джоан? — неожиданно спросил Инкер, и та поняла, что не она одна хорошо помнит прочитанное.
— Чтобы подвести итог. Жизнь без смерти не имеет смысла, — невозмутимо ответила Джоан.
— Тогда что плохого в убийстве? — улыбнулся Инкер.
— Мы не в праве решать, когда нужно подвести итог.
— Но ведь смерть — всегда итог. Жизнь все равно обретает смысл...
— Инкер, — прервала его Джоан. — Не заговаривай мне зубы. Ты же сам знаешь, что плохого в убийстве.
— Что? — не переставая улыбаться, спросил Инкер.
— Выбор. Убивая, ты лишаешь человека выбора. А выбор — это то, что ведет его к Свету.
Улыбка Инкера стала ироничной.
— А, так ты веришь в Свет, — протянул он.
Джоан усмехнулась. Она не была уверена, применимо ли к ней слово «верить».
— Я верю в необходимость выбора, — ответила она тем не менее. — Своего и чужого.
Синие глаза Инкера насмешливо изучали ее лицо.
— И ты боишься выбрать неправильно?
— Нет, — тихо сказала Джоан. — Я боюсь, что не смогу выбрать.
— У человека всегда есть выбор.
— У человека — да, — она посмотрела ему прямо в глаза, зная, что подошла опасно близко к тому, чтобы рассказать ему правду. Достаточно было задать всего лишь еще один вопрос.
Но Инкер его не задал. Он молчал, больше не улыбаясь.
— Тебе не следовало учить меня, — еще тише заметила Джоан. — Не стоит учить меня большему.
Она встала, и он не пытался остановить ее.
В дверях Джоан обернулась.
— Возможно... Возможно, я и так это умею.
***
В конце осени все собрались на ярмарку в Дельту. Это было важным событием — половина прибыли мастерской зависела от того, как хорошо они смогут выставить свою продукцию в городе. Джоан отказалась ехать. Ей хватало коротких визитов деревенских мужиков, чтобы понять: чем меньше она встречается с незнакомыми людьми — тем лучше. Для всех.
На ярмарку собрались все работники — даже жена Ларри с детьми. Джил, убравшая волосы под косынку, чтобы не бросаться в глаза, тоже поехала — она хотела посмотреть лошадей. Джоан проводила их и закрыла ворота. Запирать не стала — вернутся же. Чего лишнее ходить.
Солнце только начало клониться к закату, когда Джоан услышала скрип ворот, топот копыт и ржание во дворе. «Вернулись раньше времени, что ли?» — подумала недоуменно и выглянула во двор.
Замерла. Пальцы непроизвольно сжались, ногти больно впились в ладонь.
Даже если бы она не помнила их лиц, то узнала бы по движениям — коротким, скупым, отточенным до автоматизма. Их было семеро — шестеро уже спешились и извлекли из ножен короткие мечи, а седьмой, тот самый аккуратный, остался в седле и внимательно осматривал двор.
«Бежать!» — промелькнула первая мысль. Но Джоан не могла сдвинуться с места — холодный ужас скрутил живот, мешал дышать, сковывал руки и ноги судорогой.
Аккуратный заметил Джоан в дверях кузницы и приветливо улыбнулся.
— А, принцесса. Хорошо, что мы тебя наконец нашли.
Джоан судорожно вздохнула. «Превратиться. Улететь как можно дальше».