Дин Кунц – Чужие (страница 146)

Тепло из туннеля уходило в темноту. Дыхание снова вырывалось из их ртов облачками тумана. При виде этих клубов еще сильнее казалось, что Доминик и Джек сошлись в схватке, но не физической — в поединке участвовала воля каждого.

Джинджер, стоявшая между ними, не сомневалась в том, кто одержит победу. Ей нравился Доминик Корвейсис, она восхищалась им сильнее, чем кем-либо за долгое время: он отличался напористостью и решительностью, как Анна Вайс, и одновременно — скромностью и застенчивостью, как Джейкоб. Он был добросердечен и на свой манер — мудр. Джинджер готова была доверить ему свою жизнь. Впрочем, это уже произошло. Но она знала: верх возьмет Джек Твист, так как он привык побеждать, а Доминик, по его собственному признанию, только с позапрошлого лета начал становиться победителем.

— Если они не увидят нас, — сказал Джек, — то наверняка подадут газ. Может, усыпляющий, а может, цианид или нервно-паралитический, который проникнет в нас через одежду, — ведь у них нет уверенности, что мы не в противогазах.

— Ты блефуешь, — сказал Доминик.

— Думаешь?

— Ты нас не убьешь.

— Ты имеешь дело с профессиональным преступником, не забыл?

— В прошлом. Но не в настоящем.

— И все равно сердце у меня черное, — сказал Джек, ухмыляясь.

На сей раз в его юморе проскользнула тревожная маниакальная нотка, а смотрящие в разные стороны глаза загорелись холодным блеском. Джинджер задумалась: не убьет ли он их всех, если не сможет добиться своего?

— Наша смерть не входит в наши планы, — возразил Доминик. — Она все погубит.

— А твой отказ помочь тоже не входит в планы, — парировал Джек. — Ради бога, Доминик, сделай это.

Доминик помедлил и посмотрел на Джинджер:

— Отойди как можно дальше.

Та отошла и встала рядом с Джеком.

— Доминик, если она откроется, — сказал Джек, по-прежнему держа руку у теплочувствительного выключателя, закрывавшего наружную дверь, — мигом лети внутрь. Где-то там находится часовой. Он очень удивится, когда дверь откроется, потому что программа пропуска не была запущена. Если ты его уложишь, я тут же окажусь рядом и попрошу его помолчать. Это увеличит наши шансы проникнуть еще глубже и увидеть то, что можно увидеть, прежде чем нас схватят.

Доминик кивнул, снова посмотрел на внутреннюю дверь, оглядел раму, приложил руку к стали, пробежал по ней пальцами, как делали в старину медвежатники, прощупывая характерные вибрации отходящих сувальд. Потом принялся изучать стеклянную панель, которая считывала отпечатки ладони и пальцев.

Джек убрал руку от выключателя, посмотрел на пургу за наружной дверью и прошептал, обращаясь к Джинджер, — тихо, чтобы Доминик в противоположном конце туннеля не услышал его:

— У меня такое неприятное чувство, что в любую минуту может появиться великан из бобового стебля и растоптать нас всех.

В этот момент она поняла, что Джек не стал бы рисковать их жизнями, — вероятно, он вывел бы их к караулке у главных ворот и попросил бы арестовать всех. Но при виде блеска в его глазах приходили противоположные мысли.

Вдруг внутренняя дверь открылась, издав пневматическое шипение. И хотя Доминик сам ее и открыл, от неожиданности он отпрыгнул назад, вместо того чтобы немедленно броситься вперед, как велел Джек. Он тут же осознал свою ошибку и метнулся вперед, в подземный мир.

Джек нажал кнопку, чтобы закрыть наружную дверь, еще до того, как Доминик пересек порог, потом бросился следом за писателем.

За ним пустилась и Джинджер. Она ожидала, что вот-вот раздадутся звуки борьбы или стрельбы, но ничего такого не услышала. Выйдя из-под бетонных сводов, они оказались в другом туннеле, громадном, со скальными стенами, где с балок свисали осветительные приборы. Проход имел около шестидесяти футов в поперечнике и не менее ста ярдов в длину; начинался он за массивными взрывостойкими стальными дверями, а заканчивался далеко впереди, — вероятно, там были лифты. В трех ярдах от двери стоял столик, вделанный в бетонный пол. К столу был прикреплен цепочкой журнал часового, рядом с ним лежало несколько свежих газет. Тут же стоял и компьютер. Но охраны они не увидели.

Туннель был абсолютно пуст. Здесь стояла кладбищенская тишина. Не слышно было ни капанья воды со сталактитов, ни шороха крыльев летучих мышей. Но Джинджер подумала, что сооружение, в котором хранится оборудование стоимостью в несколько миллиардов долларов, способное пережить третью мировую, должно быть избавлено от протечек и летающих грызунов.

— Странно, охраны нет, — пробормотал Джек.

Его голос шуршащим эхом отразился от каменных стен.

— Что теперь? — спросил потрясенный Доминик.

Его явно удивила собственная способность так быстро концентрировать силы — вчера в кафе он чуть не устроил катастрофу.

— Что-то не так, — сказал Джек. — Не знаю что. Но если нет часового — значит что-то чрезвычайное. — Он скинул с головы капюшон лыжного костюма, расстегнул молнию на несколько дюймов. Остальные последовали его примеру. — Здесь зона приемки. Сюда заезжают фуры, чтобы разгрузиться. Главная часть хранилища должна находиться внизу. В общем, мне не нравится это пустое пространство, но мы, пожалуй, спустимся.

— Если идти, так идти, и нечего языком чесать, — сказала Джинджер и зашагала к дальнему концу туннеля.

Она услышала пневматическое шипение внутренней двери, которую закрыл Джек.

Все трое двинулись в глубины Тэндер-хилла.

2

Страх

Шуму они производили не больше, чем три мышки, обходящие спящего кота, но их шаги эхом отдавались от каменных сводов.

Негромко. Эхо не походило на звук шагов — скорее, на шепоток и неразборчивые голоса заговорщиков, прятавшихся в темных нишах с каждой стороны.

Беспокойство Доминика нарастало.

Они прокрались мимо двух огромных лифтовых шахт шириной в семьдесят футов и почти такой же глубины. Открытые платформы внутри поднимались и опускались гидроцилиндрами, по одному в каждом углу — более чем достаточно, чтобы впускать истребители в чрево горы и извлекать их оттуда. Пройдя мимо грузового лифта меньших размеров, все трое наконец оказались перед двумя стандартными лифтами.

Прежде чем Джек успел нажать кнопку вызова, в голове Доминика вспыхнуло новое воспоминание. Как и прежнее, оно было достаточно ярким и вытеснило из его сознания существующую реальность. На сей раз он вспомнил главное событие 6 июля: превращение луны (которая оказалась вовсе не луной, а округлым носом спускающегося корабля) из белой в алую. Корабль представлял собой простой цилиндр, почти лишенный чего-нибудь приметного, но Доминик тут же понял, что его путешествие, завершающееся здесь, началось в другой части Вселенной.

Когда яркость воспоминания ослабла и реальность снова навалилась на Доминика, он обнаружил, что обеими руками опирается на закрытую дверь лифта, а его голова повисла между руками. Он почувствовал ладонь на своем плече, повернулся и увидел Джинджер. За ее спиной стоял Джек.

— Что случилось? — спросила она.

— Я вспомнил… еще.

— Что? — спросил Джек.

Доминик рассказал.

Ему не потребовалось убеждать их в том, что июльским вечером состоялся контакт с инопланетным кораблем. Когда он напомнил им об увиденном, их блоки памяти разрушились так же быстро, как и его собственный. На их лицах отразилась необыкновенная смесь чувств — благоговение, ужас, радость и надежда, — порожденных этим событием.

— Мы вошли внутрь, — недоуменно произнесла Джинджер.

— Да, — подтвердил Джек. — Вы, Доминик и Брендан.

— Но я, — сказала Джинджер, — не могу… не могу вспомнить, что случилось с нами на корабле.

— И я тоже, — ответил ей Доминик. — Эта часть воспоминаний еще не вернулась ко мне. Я помню все вплоть до той минуты, когда мы вошли в люк, в золотой свет… потом ничего.

Они на мгновение забыли о своем опасном положении.

Красивое, изящное лицо Джинджер стало мертвенно-бледным. Кровь отхлынула от ее лица, отчасти из-за страха. Но не только.

Доминик, как и Джинджер, понял теперь, почему их так потянуло друг к другу в то мгновение, когда она сошла с самолета в аэропорту округа Элко. В ту летнюю ночь они вместе вошли в корабль и вместе испытали то, что связало их навсегда.

— Корабль здесь, внутри Тэндер-хилла, — сказала она. — Должен быть здесь.

Доминик согласился:

— Вот почему правительство отобрало землю у тех скотоводов. Они расширили территорию хранилища, чтобы труднее было заметить грузовик, который вез туда корабль.

— Вероятно, груз был дьявольски громадным, — отметил Джек.

— Потребовался грузовик вроде тех, на которых перевозят шаттлы, — подтвердил Доминик.

— Хорошо, но зачем им скрывать то, что случилось? — спросил Джек.

— Не знаю, — сказал Доминик. Он нажал кнопку вызова лифта. — Но может, нам удастся выяснить.

Вызванная кабина лифта остановилась с тихим гулом, и они отправились на второй уровень. Судя по времени спуска, два верхних этажа сооружения были разделены внушительной толщей сплошной породы.

Наконец дверь открылась, и они вышли в гигантскую шарообразную пещеру диаметром в три сотни футов. Светильники, укрепленные на балках, бросали ледяные лучи на странный ряд строений из листового металла, которые стояли почти по всему периметру пещеры. Из маленьких окон двух сооружений исходил свет более теплый, чем тот, что лился сверху, остальные же были темными и казались необитаемыми. Доминик подумал, что все это немного похоже на съемочную группу в экспедиции — куча трейлеров, используемых как грим-уборные. К центральной пещере примыкали четыре других, одна была отгорожена от центральной большими деревянными воротами, которые выглядели до смешного примитивными внутри весьма современного сооружения. В трех открытых пещерах горели огни, и Доминик увидел хранившееся там оборудование: джипы, бронетранспортеры, грузовики, вертолеты и даже реактивный самолет. А еще — трейлероподобные сооружения, как и в центральной пещере, правда освещенных окон было гораздо больше. Тэндер-хилл представлял собой огромный арсенал и автономный подземный город. Доминик знал об этом, но о его размерах даже не догадывался.