Дилара Кескин – Наследник Сентерии (страница 64)

Я вытерла мокрое от слез лицо и посмотрела на мужа опухшими глазами. Он выглядел таким же несчастным, как и я.

Возможно, не совсем вовремя, но я все же решилась спросить:

– Ты знал о детях, которых похищал твой отец?

В последнем разговоре с Эстесом я утверждала, что мы с Винсентом никогда не пойдем на подобное, но не успела обсудить это с мужем.

Наши взгляды встретились.

– Нет, – покачал головой мужчина. – Я узнал обо всем пару недель назад.

– Почему ты не выступил против отца? – спросила я, уже заранее зная ответ. Принц не может привлечь короля к ответственности, лишь уменьшит свой шанс на престол.

– Мой отец годами вынашивал этот план, Китана. Что бы я ни сказал, все уже сделано, он лишь разозлился бы на меня. Но я не сидел сложа руки. Все это время я пытался узнать, где держат детей. Я смог привлечь к расследованию лишь нескольких приближенных, поэтому дело продвигается медленно.

– Я знаю, где дети, – призналась я.

Винсент широко открыл глаза.

– Что? Где же они?

– Во дворце.

На мгновение Винсент забыл как дышать.

– Должно быть, ты шутишь.

Винсент устремил взгляд в потолок, напряженно обдумывая мои слова.

– Ну, конечно, – пробормотал он, рассуждая скорее сам с собой. – Никто бы не догадался. Гениальный план.

Винсент повернулся ко мне, словно внезапно вспомнил о моем существовании.

– Откуда ты знаешь?

– Нико рассказал.

Винсент в изумлении вскинул брови. Я решила, что пришла моя очередь задавать вопросы.

– Почему ты мне ничего не рассказал?

Винсент грустно улыбнулся.

– Не так-то просто признаться жене, что твой отец – детоубийца, – ответил он. – Ну а ты почему все это время молчала?

Я улыбнулась в ответ:

– Не так-то просто признаться мужу, что его отец – детоубийца.

Мой брат и его отец умерли, на наши плечи легла тяжелая ноша. Наша жизнь изменится. Ситуация была невеселая, но мы оба громко рассмеялись.

Я думала, что все плохое закончилось, но оказалось, что я ошиблась. Перед сном Винсент вызвал своего помощника Эйдена и приказал освободить всех похищенных Эстесом детей. Я легла спать с чувством облегчения.

Рано утром мы получили страшные вести. Гонец Эйдена сообщил, что, узнав о смерти короля, воспитанники Эстеса сошли с ума, убили солдат, сообщивших им эту новость, похищенных детей, а затем покончили с собой.

Что же это за жестокость?

Я расположилась в дворцовой карете справа, Винсент устроился слева от меня. Мы не разговаривали, и каждый смотрел в свое окно.

Я наблюдала за проносившимися пейзажами и пыталась осмыслить произошедшее. Я понятия не имела, как дальше жить, и не сомневалась, что Винсент задается тем же вопросом.

Мы прибыли во дворец. Я не сомневалась, что нас ждет теплый прием, но церемония превзошла мои ожидания. Нас окружили слуги, садовники, жаждущие опередить друг друга и принести нам свои поздравления, подарки и выразить соболезнования.

В поисках поддержки я взяла Винсента за руку, но он так крепко сжал мою руку в ответ, словно сам в ней нуждался. За несколько минут нам пришлось поговорить с огромным количеством людей. Я понимала, что народ радуется окончанию войны, но их король только что лишился отца. Я искренне надеялась, что они поймут это и умолкнут.

Посреди этой суматохи к нам прибежала одна из служанок и преклонила колени.

– Господин, – обратилась она, не отрывая голову от земли. – Мне следует сообщить вам кое-что важное.

Девушка выглядела столь взволнованной, что Винсент быстро отправился во дворец, не обращая внимания на страждущую толпу.

– Что случилось? – спросил муж, когда мы оказались внутри.

– Мой король, госпожа Офелия заболела. Сейчас она отдыхает в своей комнате.

Винсент устремился к лестнице, но девушка его остановила.

– Вам нужно знать кое-что еще. Принц Эзра сбежал.

Винсент застыл как изваяние.

– Сбежал?

– Да, господин. Сразу же, когда узнал, что король Эстес мертв, а вы живы. Его жена Кассандра заперлась в своей комнате и не выходит уже несколько дней.

– Позаботься о матери, – бросила я Винсенту. – Я займусь Кассандрой.

Винсент кивнул и помчался наверх. Я тоже не стала терять времени.

Я добралась до комнаты Кассандры, чувствуя себя подавленно. Перед дверью столпилось множество слуг. Все они ласково уговаривали женщину открыть.

Я быстро подошла к двери и постучала.

– Кассандра, открывай, довольно ребячеств!

– Оставь меня в покое!

По ее голосу я поняла, что она меня не послушает. Я отошла на несколько шагов назад и обратилась к слугам-мужчинам:

– Ломайте дверь.

Слуги сначала недоуменно переглянулись, но вскоре ринулись выполнять мой приказ. Несколько секунд спустя позолоченная дверь разлетелась на куски. Не теряя времени, я бросилась внутрь, но открывшаяся предо мной картина заставила остановиться.

Огромное окно от пола до потолка оказалось открытым. Тюль развевался на ветру. Кассандра в одной ночной рубашке стояла на краю и смотрела вниз.

Когда дверь выломали, женщина обернулась. В ее глазах я впервые увидела такое отчаяние… Ветер развевал ее светлые волосы. Она была очень бледна. Очевидно, женщина несколько дней не ела. Пламя в ее голубых глазах угасло. Наши взгляды встретились, и она улыбнулась.

– Итак, Китана, сегодня наша последняя встреча.

Я почувствовала, как мое горло сжимает спазм.

– Кассандра, не надо.

Она истерично рассмеялась. Мне показалось, что женщина психически нездорова.

– Почему? Хочешь сама меня убить?

– Я не убью тебя.

Кассандра снова разразилась леденящим душу смехом.

– Даже самая смешная шутка в мире не сравнится с этой, моя королева. Поздравляю.

– Я не лгу, – пыталась я убедить женщину. Если бы раньше кто-то сказал мне, что я пойду на все, чтобы спасти Кассандру, я бы рассмеялась. Но сейчас я действительно пыталась сохранить ей жизнь. – Отец моего мужа погиб вчера, а мне пришлось убить собственного брата. Сегодня утром я узнала, что убили группу детей, а молодые люди покончили с собой. Я устала от смертей, Кассандра. Больше никто не пострадает.

Кассандра глубоко вздохнула. Ее глаза наполнились слезами. На мгновение я решила, что убедила ее, но молодая женщина отвернулась и посмотрела на небо.

– Одной жизнью больше, одной меньше, – произнесла она. – Какая разница?