Дилара Кескин – Наследник Сентерии (страница 62)

Изворачиваясь, я пыталась вылезти из-под лошади. Армин спешился и направился ко мне с мечом в руках. В его глазах стояли слезы боли, но он выглядел так же решительно. Что бы я ни говорила, как бы ни старалась его переубедить, он не передумает.

Армин приближался ко мне, уверенный в своей победе. Я снова попыталась высвободить ногу, не собираясь сдаваться. Китана Сентерия так просто не примет смерть.

– Все еще сопротивляешься? – спросил Армин. Он больше не пытался меня задеть, лишь проявлял любопытство.

По моим щекам заструились слезы. Я изо всех сил пнула лошадь правой ногой. Повернувшись на бок, я попыталась отползти, но внезапно кончики пальцев нащупали кинжал на поясе, о существовании которого я успела забыть. Мое сердце забилось быстрее, но не от страха, а от надежды. Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться, и пристально посмотрела на Армина. Я понимала, что у меня лишь одна попытка. Если я ошибусь, то умру.

Армин заметил, что я притихла, но промолчал. Он вскинул брови и сделал еще один шаг.

В этот момент один из солдат выкрикнул мое имя. Это встревожило Армина, и он стремительно бросился ко мне. Я вытащила из-за пояса кинжал, прицелилась и метнула его в шею Армина. Кинжал не пронзил шею брата насквозь, как я того ожидала. Мои руки тряслись, и я промахнулась. Но оружие задело Армина, и он упал на землю, зажимая рану, из которой хлестала кровь.

Брат растерянно посмотрел на меня. Последующие события развивались стремительно. Не сводя с меня глаз, Армин встал на колени, все еще держась за шею рукой. Я поняла, что не смогу забыть эту боль на лице брата, она станет моим худшим кошмаром.

Его взгляд кричал о пощаде. Узнав о предательстве Армина, я убеждала себя, что ни за что его не прощу. Я видела в нем врага. Сейчас же, когда брат стоял на пороге смерти, я не испытывала к нему ненависти.

Внезапно в памяти всплыло давнее воспоминание.

Мне десять лет. Я вернулась с уроков географии, математики и иностранного языка, на которые мама заставляла меня ходить. Я плачу, потому что на следующий день меня ждет курс рукопашного боя.

Меня провожал верный слуга моей матери, и я подавляла слезы, иначе он обо всем доложит Ирине, и она рассердится. Она ненавидела, когда я проявляла эмоции при посторонних.

Я умело скрыла от слуги свои чувства, но они продолжали терзать мою душу.

Армин, Арло и Лера могут играть сколько хотят, проводить время с друзьями. Мне же все время приходилось работать. Я нехотя признаюсь себе, что завидую братьям и сестре. Я хотела хоть один день побыть на их месте, поиграть с друзьями.

Мама разрешает мне дружить лишь с детьми вельмож, ведь остальные могут дурно на меня повлиять. На моих братьев и сестру это правило не распространяется.

Меня возмущает эта несправедливость, но я стараюсь успокоиться. У меня нет выбора, кроме как подчиняться.

Я иду по коридору к своей комнате, замечаю Армина на коленях перед дверью и с беспокойством бегу к нему.

Ему всего восемь, кто-то умудрился его обидеть и довести до слез.

– Армин, – обратилась я, – что стряслось?

Множество вопросов вертится на языке, но я не хочу его утомлять. Армин поднимает глаза и бросает взгляд на служанку рядом. Я понимаю его без слов, и поворачиваюсь к женщине:

– Уходи.

– Ни в коем случае, принцесса, – очаровательно улыбается та. Она считает, что может пренебрегать моими приказами, потому что я всего лишь ребенок. Мой внутренний голос напомнил мне поговорку: «Если ты не заставишь людей делать то, чего хочешь ты, они сделают с тобой то, чего хотят сами».

Нахмурившись, я топнула ногой.

– Ты не подчиняешься моим приказам?

Женщина явно удивлена. Она не ожидала услышать такие слова из уст маленькой девочки. Я уверена, что ни от Арло, ни от Лены она ничего подобного никогда не слышала.

– Нет, – ответила женщина совершенно другим тоном. Она поняла, что перед ней не просто ребенок, а принцесса Зиракова. – Твоя мать просила сопровождать принца Армина.

– Как твоя принцесса, я приказываю тебе уйти. Убирайся прочь, или я скажу маме, чтобы она тебя выгнала!

Женщина изумленно поклонилась и ушла. Я удивлена, потому что раньше она никогда не склоняла предо мной головы.

После ее ухода мое сердце снова бьется спокойно. Мне хочется сжать кулаки и запрыгать от радости, но я вспоминаю, что мой брат плачет под дверью. Я опускаюсь на колени и обеспокоенно спрашиваю:

– Что случилось?

– Арло и Лена не играют со мной, – пожаловался брат. Его губы дрожали. – Они сказали мне, что я еще маленький, и не взяли с собой, когда пошли играть с друзьями. Я им совсем-совсем не нравлюсь.

Я не знаю, как утешить Армина. Эти двое порой ведут себя как полные дурни, но я не стала говорить об этом Армину и еще больше его расстраивать.

– Разве такое возможно? – спрашиваю я. – Они тебя очень любят.

– Но они со мной совсем не играют.

Армин протягивает мне две деревянные куклы. Он такой беззащитный, что я чувствую сильное желание придушить Арло и Лену. Я не понимаю, как они могли обидеть такого чудесного ребенка.

– Не волнуйся, – говорю я, – я поиграю с тобой после уроков.

Армин удивленно смотрит на меня. В его голубых глазах появляется интерес. Он вытирает слезы и улыбается.

– Обещаешь? – спрашивает он. – Поиграешь со мной, несмотря ни на что?

– Обещаю. Я поиграю с тобой, несмотря ни на что.

Выражение лица Армина и его взгляд были настолько глубокими, что мне почудилось, что он думает о том же.

Брат ослабел и повалился на спину. В этот момент солдаты кинулись ко мне и подняли лошадь. Я оперлась на одного из них и поспешила к Армину, не обращая внимания на боль в ноге. Я быстро добралась до брата и упала на землю, потеряв равновесие. Подползла к нему, положила руку на его голову и заглянула в глаза.

Он увидел меня, и его взгляд смягчился, но моя боль ничуть не уменьшилась. Я тщетно боролась со слезами. Мое сердце болело. Я нежно провела рукой по щеке брата.

– Армин, – обратилась я к нему, собираясь рассказать совершенно неуместные новости. – У меня будет ребенок.

Он скривился в ответ на мои слова. В его глазах читалось удивление. Он приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но не издал ни звука.

– Знаю, – произнесла я. Я не пыталась утешить умирающего, а действительно поняла, что он хотел сказать. Он говорил мне, что я была права.

Брат устремил взгляд в небо. Я вспомнила те светлые дни, когда мы вместе долго наблюдали за небом и изучали звезды. Армин улыбнулся, глядя на облака. Я поняла, что он принял смерть. Его глаза потускнели и потеряли блеск, жизнь покинула брата. Часть меня умерла вместе с ним.

– Армин, – бормотала я, – я встретилась со своим отцом. Знаешь, он обнял меня.

Я держала безжизненное тело Армина и говорила с ним:

– Лерой ненавидел меня, но мне кажется, что Нико полюбил. Еще я узнала, что у него есть дочь по имени Верта. Все это время у меня была еще одна сестра, ты можешь в это поверить?

В ответ была тишина. Мои губы задрожали, слезы бурным потоком хлынули из глаз. Я ласково гладила брата по щеке. Душа болела. Я издала горестный крик и прижалась лбом к груди Армина. Я надеялась, слезы принесут облегчение, но мне, наоборот, стало намного больнее.

Я подняла голову и увидела Винсента. Он стоял надо мной, тяжело дыша. Его глаза увлажнились, он трясся словно от лихорадки.

Солдаты пронесли мимо нас тело Эстеса. Винсент повернул голову и проводил их взглядом. Его губы дрожали, но из глаз не пролилось ни слезинки. Он не пытался казаться сильным, нет. От боли он даже плакать не мог.

Мужчина снова перевел взгляд на меня. Я почувствовала, что мы оба думаем об одном. Мы победили в этой кровавой войне. Но… какой ценой?

Глава 26

Невыполненные обещания

Krzysztof Wierzynkiewicz, Adam Skorupa – A Tavern On The Riverbank

После смерти Армина мы официально одержали победу в войне. Армии обеих сторон, оставаясь в полной боевой готовности, отступили.

Когда все стихло, я отправила письмо Лене и Арло. Я писала, что хочу их видеть, и пригласила в нашу палатку.

Они пришли, как я и ожидала, но лишь с наступлением ночи, чтобы не привлекать излишнего внимания.

Арло, Лена, Винсент и я сидели в палатке и слушали звуки потрескивающего огня. В иное время солдаты праздновали бы победу, но из-за смерти короля Эстеса объявили траур.

Мы сидели по обе стороны прямоугольного стола. Винсент расположился слева от меня, а мой брат Арло – прямо передо мной. Его карие глаза покраснели от слез. Мое сердце сжалось. Брат всегда был улыбчивым и жизнерадостным человеком, но теперь замкнулся в себе.

Я перевела взгляд на Лену. Сестра пила чай. Ее красное платье помялось и изрядно испачкалось. Она позволила темно-каштановым волосам свободно рассыпаться по плечам. Сестра заметила мой взгляд и улыбнулась, но ее глаза оставались печальными.

– Вам необязательно вести себя со мной вежливо, – внезапно выдохнула я. Брат с сестрой удивленно уставились на меня. – Я убила Армина. Вы можете меня ненавидеть.

Арло, казалось, не знал, что сказать. Брат растерянно перевел взгляд на Лену, словно взывая о помощи. Сестра не обратила на него внимания. Она аккуратно поставила чашку на стол и с вызовом посмотрела мне прямо в глаза.

– Смерть Армина разбила мне сердце, – заявила она. Я сжала кулаки под столом, борясь со слезами. – Да, мы часто ссорились, порой я обращалась с ним как с пустым местом. Но он был моим братом. В нас течет одна кровь.