Диас Валеев – Диалоги (страница 85)

Ж и г а н о в. Я вообще не вижу уже здесь оптимального варианта.

Г р о м к и х. Мы с тобой в экономике работаем, и наша профессиональная обязанность мыслить крупными экономическими категориями. Совесть тоже деловое качество! Сейчас одно из самых деловых!

Ж и г а н о в. Что, думаешь, страх во мне? Страх перед Кухаренками, что ли? Да, и этот страх есть! Но не он главное. Этот страх еще можно пересилить… Неуправляемость процесса!.. Машина запущена! Я сам запустил эту машину, сам, а теперь бессилен! И все бессильны! Здесь все правы. И ты прав. И Кухаренко тоже… Невозможно уже обуздать!.. Где здесь оптимальный вариант? (Кричит.) Здесь пределы человека! Пределы нам обозначены!

Г р о м к и х (жестко). До пуска полтора года. За полтора года можно в корне изменить всю ситуацию! А пределы… Мы сами еще не знаем, где наши пределы. Копи только силенки! Силенки копи!

Ж и г а н о в (устало). Я знаю, ты попрешь, как танк… Но… не насилуй, а? В глупости все есть. И свой ум, и свои герои, и, наверное, свои гении. И интересы, заботы. Может быть, дренаж и возможен, но попробуй-ка расчистить эти болота?! Старые мозги труднее двигать, чем возводить новые заводы и города… Это вызов, попытка осуществить невыполнимое. Ты игрок. Крупный игрок по натуре, а у меня только мозги инженера… Ты не желаешь заигрывать с глупостью, с машиной, которая пошла и которую уже не остановить?.. Но если бы не приходилось иногда вежливо снимать перед глупостью шляпу…

Г р о м к и х. Да пойми, главное не борьба с кем-то вне!.. Мы победим! И инерцию событий победим! Но себя надо победить сначала! Человек ты или тварь ползучая?! Личность или примкнувшая к силе сволочь, базарный торгаш, спекулирующий принципами?! Человек или функция вместо человека?! Мне нужна твоя помощь. Мне нужен ты… (Резко обрывая разговор.) Ладно! (Взглянув на часы.) Через восемь минут совещание. Ладно, иди! Гуляй пока!

Ж и г а н о в. Ты меня пойми, Александр Данилович!

Г р о м к и х. Ничего, дружочек. Точи ножик поострее. И гуляй!

Ж и г а н о в. Какой нож?

Г р о м к и х. А что, нейтралитетом думаешь отделаться? Не получится. (Усмехаясь.) Ничего, ничего. Соси по ночам… коньяк! Успокаивай совесть… и иди! Оставь меня! Иди!

Жиганов выходит, потом, спустя мгновение, появляется снова.

Ж и г а н о в (глухо). У нас еще ночь… Совещание в Совмине завтра… Целая ночь еще… Дай мне подумать.

Г р о м к и х (после долгой паузы). Подумай. И… свои конкретные предложения… по программе перестройки.

Напряженное молчание. Долго смотрят друг на друга. Потом сначала один, а затем и другой начинают смеяться.

Раздается голос секретарши по селектору: «Александр Данилович! Извините, министр на проводе…»

(Беря трубку.) Да… Приветствую… Немедленно вылететь? Я не могу немедленно… Да, я вас слушаю… Кухаренко? Что Кухаренко… Да-да, слушаю… (Звучат гудки отбоя. Он кладет трубку, какое-то время стоит неподвижно.) Забеспокоилась, засуетилась министерская машина… (Усмехаясь.) Подумай, Жиганов. Хорошо подумай…

Входит  с е к р е т а р ш а.

С е к р е т а р ш а. Звонит ваша… жена.

Жиганов и секретарша уходят.

Г р о м к и х (подняв трубку). Здравствуй, родная… Здравствуй, милая… Да… Извини, я не могу сейчас говорить с тобой… Я сегодня же позвоню тебе. (Положив трубку.) Игра началась…

Скамейка в сквере, дерево. С т а р и к.

С т а р и к. Опять сломали… Ах ты боже мой… (Вгоняя последний гвоздь.) А мы вот так… Вот так еще!..

Появляется  Г р о м к и х.

Никак, Данилович?

Г р о м к и х. Он самый, он самый. Вот ехал мимо, увидел тебя.

С т а р и к. Ай соскучился? Вроде недавно беседовали?

Г р о м к и х. Нет, это было давно, старый. Очень давно.

С т а р и к. А я без времени живу. Думаю все, может, так смерть обвести удастся? Не заметит?

Г р о м к и х. А ты любил когда-нибудь, старик?

С т а р и к. Как тебе сказать? Про это я молчу обычно. Я ведь и по сию пору… Умерла истинная жена моя, а по сию пору…

Г р о м к и х. Истинная, ты сказал?

С т а р и к. А для каждого мужчины есть одно истинное дело и создана одна истинная женщина, которая принадлежит только ему, как в этой жизни, так и в других жизнях, которые, может быть, тоже есть?

Г р о м к и х. Вон как? Может, ты и прав. Без любви к жизни нельзя жить.

С т а р и к. Я так считаю, женщина может даже и не жить на земле одновременно с мужчиной, а тем не менее только она одна дает ему духовную силу!.. И еще родина, земля.

Г р о м к и х. Да, старый.

С т а р и к. И истинный муж во вселенной для всякой женщины тоже один. Я вот иногда думаю, что слияние их и создает единое новое существо, которым они являются. Не только дети, произведенные ими на свет, а сначала они? Они сами? А?

Г р о м к и х. Да-да! Все должно быть истинным. Потому что иначе… Иначе жизнь обессмыслится, а?

С т а р и к. Ты о чем?

Молчание.

Г р о м к и х. Ты знаешь, старик, я тоже хочу быть счастливым. Таким же, как ты, счастливым… Я не понимал раньше… Не понимал чего-то самого важного… Ради чего все? Вот об этом я, наверное, не думал. (Улыбаясь.) Нашлись, что ли, хозяева у твоих железок?

С т а р и к. Не нашел пока, Данилович. Не нашел. Все открещиваются, никто за свое признавать не хочет. И у строителей был. Даже у генерального директора в приемной посидел. Не принял только меня.

Г р о м к и х. Наверное, у него не было времени. Иногда не бывает времени.

С т а р и к. Да это понятно. Найду как-нибудь. Я ведь не отступлюсь, пока не найду. Должны быть хозяева у добра.

Г р о м к и х. Ну, раз должны, то пойдем, посмотрим. Выкопают твои трубы сегодня же.

С т а р и к. А ты что? Какую-нибудь власть имеешь?

Г р о м к и х. Десять плетей труб спасти я смогу. Но с чего-то надо ведь начинать, старый, а? Хоть с этого потерянного добра.

С т а р и к. Чего начинать?

Г р о м к и х. Многое, старик, многое. Но посмотрим, может, и получится? Может быть, и все другое получится? Как сказал мне один доктор, выход есть.

С т а р и к. На одного моего сына ты похож. Не который в Алжире, а вот другой…

Г р о м к и х. Ты прав, старый, прав. Ты счастливый человек и, наверное, прав… Ну, пойдем?

С т а р и к. Пойдем…

1975

ПРОРОК ИЗ КАЗАНСКОГО ЗАРЕЧЬЯ

Трагикомедия

М а г ф у р — счастливец, человек по призванию.

А к л и м а — его жена.

А м и р — их сын.

Д р е в н я я  М и г р и.

Худой мужчина по имени  Х а б у ш.

Толстый мужчина по фамилии  Б а я н о в.

А р и н а.

Э л ь з а.

Ж е н щ и н а, которая или чрезвычайно толста, или чрезвычайно тонка.

Д в о е  п р о х о ж и х.

Т р о е  д л и н н о в о л о с ы х  п а р н е й.

Д е т и, которые появляются только в финале, но голоса которых слышны на протяжении всего спектакля.