Диас Валеев – Диалоги (страница 68)

А з г а р. Мне нужно знать, что там было… Знать истину.

Л и н а. Ты испортил всем вечер… Ты испортишь все! Да и можно ли сделать счастье из тех истин, которые ты выяснишь для себя? Что получится из твоих истин? Они у тебя иногда бывают такими, что в приличном обществе о них не упоминают…

А з г а р. Зачем ты так говоришь? Я не могу жить дальше, пока не узнаю! Пойми же это! Мне надо быть готовым ко всему, если кто-то задумал скомпрометировать имя отца. Ведь не случайно же мне это дело подсунули! Они думают, что спасут себе шкуру, если «расширят мой кругозор»! Я должен!..

Л и н а. Не делай ничего. Не ходи никуда. Я боюсь! Поверь мне. Поверь моему страху!..

Входит  Р а ш и д а  Г а л е е в н а.

Р а ш и д а  Г а л е е в н а. Что с вами? Поссорились?

А з г а р. Нет, нет, ничего. Да, перемячи… (Берет портфель.) Спасибо. (Целует ее.) Вы веселитесь. Веселитесь! (Уходит.)

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Служебный кабинет. А з г а р  А р с л а н о в  и  К а л г а н о в. Звонит телефон.

А з г а р (берет трубку). Да. Ты, Лина? Ну!.. Слушай, сейчас не место и не время!.. Перестань!.. Ладно!.. (Бросает трубку на рычаг, какое-то время сидит молча.) Продолжим… Давайте продолжим. (Сухо, ровно.) Из материалов следствия видно, что осмотр производился не во всех комнатах квартиры Ватагина. Почему?

К а л г а н о в. Не знаю. Это дело следователя районной прокуратуры.

А з г а р. Вы были тогда заместителем начальника райотдела милиции по оперативной части. Разве не ваша задача — установление истины?

К а л г а н о в. Установлением истины по этому делу занимался следователь Разумовский. Я не занимался.

А з г а р (записав показания). Чем же вы тогда занимались?

К а л г а н о в. Я попрошу… попрошу не издеваться! Я не позволю оскорблять себя! (Вынимает поспешно из кармана таблетку, глотает.) Нечего давить на мою психику!

А з г а р (налив воды из графина). Пожалуйста. (После паузы.) Вы в состоянии продолжать наш разговор?

К а л г а н о в. Да.

Телефонный звонок. Азгар берет трубку, слушает — бросает на рычаг.

А з г а р (после паузы). Если вы не занимались установлением истины, то в таком случае на основании каких фактов, едва следствие началось, у вас сложилось мнение, что в квартире Ватагиных произошло самоубийство? Именно самоубийство?

К а л г а н о в. Тогда все склонны были видеть в трагедии, разыгравшейся в квартире Ватагиных, самоубийство. Кто мог предположить убийство в квартире начальника ГАИ? Никаких данных для этого не было.

А з г а р (записав показания). Однажды вы вызвали Слесаренко и сделали ему внушение за то, что в разговорах с другими он высказывал мысль, что жена Ватагина-младшего убита. Почему вас встревожили эти разговоры?

К а л г а н о в. Этого не было. Никого из своих работников я не вызывал и ни с кем на эту тему не говорил.

А з г а р. А о чем шел разговор с Разумовским и Ватагиным у вас в кабинете? Что вы говорили тогда Ватагину?

К а л г а н о в. Я не помню такого случая.

А з г а р (записывая показания). Еще вопрос… Чем был вызван инструктаж работников милиции, на котором вы, ставя точку над «и», утверждали, что сноха Ватагиных застрелилась на почве ревности?

К а л г а н о в (после паузы). Я, очевидно, проинструктировал работников уголовного розыска и работников паспортного стола для того, чтобы они разъяснили жителям, что произошло. Несчастный случай сразу же вызвал во всем районе нездоровый интерес. Конечно, в то время я еще не знал со всей степенью достоверности, что именно произошло в квартире Ватагина, но нужно было успокоить людей. Конечно, мы проявили халатность — с недостаточной тщательностью подошли к раскрытию истины. Согласен, в этом деле допущено много ошибок. Но поймите, для нас это было несчастье, случившееся в семье нашего товарища по работе! В конце концов, мы тоже люди!.. А вы… Я знаю, что такое ошибка и что такое должностное преступление. Между ними громадная дистанция!

А з г а р. Логично.

К а л г а н о в. Что логично?! Вы хотите опорочить честных работников? Что логично? Где конкретные факты? Прошло семь лет. Что у вас есть, кроме сплетен и собственных измышлений?!

А з г а р. Вот вода… Пожалуйста.

К а л г а н о в. Я… Я!..

А з г а р. Вы говорите, где факты? Следователь Разумовский не допрашивает своего коллегу по работе. Он не снимает отпечатки пальцев с малокалиберной винтовки. Не принимаются во внимание показания врача «скорой помощи» о том, что смерть снохи Ватагиных наступила как минимум за шестьдесят — восемьдесят минут до его приезда. Я не говорю о массе других «ошибок», допущенных Разумовским во время расследования этого дела. Но благодаря главной из них — заведомо неправильному, как установлено следствием, определению траекторий полета пуль, обнаруженных в стене, — версия самоубийства получила тогда, семь лет назад, научное обоснование. Так действовал следователь Разумовский, который, как вы говорите, занимался установлением истины по этому делу.

К а л г а н о в. При чем тут Разумовский? Я отвечаю за себя, не за Разумовского!

А з г а р. Не только Разумовский. Не только… Районный судебный медик…

К а л г а н о в. При чем здесь медик?!

А з г а р. И вы. В частности, и вы!

К а л г а н о в. Что я? Что?

А з г а р. Что? Вы фотографировали место происшествия в квартире Ватагиных. В частности, почему-то именно вы сделали снимки погибшей женщины. На ее спине, по данным судебного медика, была выходная рана от пули. Потом, когда появились сомнения в результате его экспертизы, эти важные снимки найти было трудно. Пропали и негативы.

К а л г а н о в. Повторяю, не я вел следствие. Откуда я знаю, где теперь могут быть негативы?

А з г а р. Но вы контролировали следствие.

К а л г а н о в. Это все слова! Дайте мне факты! Факты!

А з г а р (записав показания). Была ли эта выходная рана? Кто извлек пулю из тела?

К а л г а н о в (после паузы). Слушай, Азгар Мансурович, давай в открытую играть. Я тебе в отцы гожусь. Давай — в открытую! Любая палка о двух концах. И один конец…

А з г а р. Я регулярно получаю анонимки с угрозами. (С иронией.) Только что мне звонили и чей-то незнакомый мужской голос… Благодарю за напоминание! Так, кто извлек пули?!

К а л г а н о в. Понимаю… Угрозами, запугиванием, шантажом и подтасовкой фактов взятки вымогать хочешь?

А з г а р. Что?!

К а л г а н о в. Не выйдет! Я сегодня же, сейчас же напишу жалобу прокурору о неправильных методах следствия!

А з г а р. Ваше право жаловаться. Заявление тщательно проверят. Меня же интересует…

К а л г а н о в (перебивая). Я не буду отвечать. Я не буду подписываться под этими грязными инсинуациями! Я сейчас же напишу жалобу прокурору! Подтасовкой фактов, фальшивками и угрозами вымогать то, чего в действительности не было? Это не метод! Это все так просто вам не пройдет! (Направляется к двери.) Порочить заслуженных опытных работников!..

А з г а р. Не торопитесь! Там конвой!

К а л г а н о в. Конвой? Какой конвой?

А з г а р. Вот постановление на ваш арест.

К а л г а н о в. Меня? Меня… арестовать?

А з г а р. Ознакомьтесь и распишитесь.

К а л г а н о в (прочитав и отпихнув от себя бумагу). Санкционировали арест? У меня же семья! У меня дети!.. Дочь!..

А з г а р. Вы в состоянии продолжать наш разговор?

К а л г а н о в. Пусть меня уведут!.. Но ты заплатишь! Своей шкурой заплатишь. Жизнью своей заплатишь, щенок!

А з г а р (в дверь). Уведите арестованного. (Возвращается к столу, сидит не двигаясь.)

Звонит телефон. Долго, настойчиво.

Арсланов идет к сейфу, вынимает дело матери.

Снова звонит и замолкает телефон.

«Увлекла тебя охота к умножению, пока не навестил ты могилы. Так нет же, ты узнаешь…» Может, здесь, в этих словах, дед оставил свое свидетельство? Не мог в минуту смерти молчать — и оставил?.. (Берет газету, где напечатано интервью с отцом.) Интервью… (Отодвигает ее в сторону. Сидит, сжимая голову руками.)

Г о л о с  о т ц а. Я проснулся от боли в плече. И тут увидел жену с малокалиберной винтовкой. Я закричал: «Что ты делаешь?» — и бросился в соседнюю комнату. И тогда щелкнул еще выстрел. Меня сковал ужас. Когда я заглянул в спальню, она лежала на полу. Детей тогда не было дома, они были в деревне. Был только мой отец. Он тоже выбежал. Мы подумали, что она умерла. Стали звонить в «Скорую помощь», потом, когда обнаружилось, что жена жива, я позвонил профессору Лапшину и попросил его нас прооперировать… Обоих… Какие причины побудили ее покончить жизнь самоубийством?.. Не знаю… Она очень переживала смерть своего отца. Это был не только мой тесть, но и мой научный руководитель, профессор Луковский. Он умер незадолго перед тем от инфаркта… Нет, никаких видимых причин не было…

Г о л о с  Р а ш и д ы  Г а л е е в н ы. Она была моей самой близкой подругой. Уже в больнице, в приемном покое, я спросила ее: «Зачем ты сделала это? Ведь ты такая молодая, красивая… и так любишь Мансура». Она вздохнула: «Не спрашивай ни о чем. Я не хочу жить после этого. Он изменил…» — «Тебе изменил?» — спросила я. Она сжала мою руку. «Я никого не хочу сейчас винить. Безумно жалко всех. Особенно детей. Позаботься о них». В эту минуту подошел хирург. Она сказала: «Вы опоздали. Не трогайте меня. Займитесь мужем, у него что-то с рукой». Больше она уже ничего не могла сказать…

А з г а р (встав из-за стола и расхаживая по кабинету). Что произошло там тогда?.. «Пока не навестил ты могилы». Но что мы должны узнать?