Диана Ярина – Неверный муж. Дай мне шанс (страница 13)
Жаль, что она восприняла так в штыки мою попытку объясниться и совсем не услышала в моих словах попыток разобраться и понять, что происходит…
А теперь и вовсе Полина видит во мне врага.
Не хочет со мной встречаться, отказывает во встречах, не отвечает на мои звонки.
Я скучаю.
Невыносимо скучаю.
Оказывается, чтобы понять, как много она значила для меня, понадобилось лишиться ежедневного присутствия, тепла, общения.
Есть Лана — запретный плод, мой грех и тайное увлечение.
Но как только это увлечение перестало быть тайным, пропало то сильное влечение.
Растаяло как дымка.
Неужели отец был прав?
И я повелся на минутное увлечение, из-за дешевой интрижки испортил то, что было по-настоящему дорого сердцу?
В голове ворочаются мысли. Невыносимые.
Вспоминаются слова отца.
Снова и снова.
По кругу.
Неужели все, что сказал отец, правда?
Если так, то эта правда — отвратительная и невыносимая.
Если отец прав, то я впустую похерил свой брак, свои отношения с женщиной, которая ценила меня и поддерживала всегда.
Если отец не ошибается, то Лана — не влюбленная в меня девушка, а прожженная и меркантильная сучка, охотница за кошельком.
Я познакомился с ней банально: она тормознула неожиданно, я въехал в зад ее Тойоте, и, когда вылез, почти сразу же отметил зад хозяйки машины. Лана как раз склонилась над стукнутым бампером, и ее длинные ножки пересекала вертикальная черная полоса на капроне чулок.
Короткая юбочка, фигура подчеркнута платьем…
Взгляд из-под густых ресниц, огонек в глазах, флирт.
Я так давно не флиртовал, давно не ощущал легкости в общении с женой, что сразу потянулся за этой легкостью, кокетством, откликнулся на ее флюиды…
Теперь я не могу думать как раньше и начинаю сомневаться, перебирать в голове все моменты наших встреч, начиная с самой первой: такое ли случайное было это маленькое ДТП?
Я ничего не знаю! Ничего.
Еще не разобрался в себе.
Но одно я знаю точно.
Сейчас мне с ней видеться не хочется. Совсем.
— Я бы все сейчас оборвал! — проносится мысль. Отчаяние? Да, пожалуй.
— Привет, Лан. Работы много, — отвечаю коротко и жестко.
Отвожу взгляд.
Работы много. Это факт.
Я сам себя загрузил до предела, чтобы не думать о проблемах на личном фронте.
— Ох уж эта работа! Тебе надо отдыхать, любимый, у тебя такие круги под глазами. Наверное, еще и развод добавляет хлопот? — грустно произносит она. — Полина в тебя вцепилась мертвой хваткой?
Развод.
Раньше думал о нем с тайной дрожью.
Видел в разводе — Освобождение от брака, который давно стал пресным.
Теперь в нем лишь горечь. Как настойка полыни.
— Лан, тебе в это лезть не стоит, — пытаюсь быть вежливым.
— Но теперь, когда твоя жена знает о нас, мы можем больше не прятаться!
Голос Ланы звучит чрезмерно радостно. Она подается вперед, обхватывает пальцами мою ладонь и тянет прижимает к животу.
— Я жду не дождусь, когда мы будем жить вместе! А еще... — кокетливо смотрит. — Малыш передает привет! Чувствуешь?
Ее живот под расстегнутым пальто — абсолютно плоский, твердый.
— Не чувствую, Полин, — отвечаю честно.
Лана вскидывает на меня взгляд.
С возмущением смотрит, голос дрожит, повизгивая:
— Ты назвал меня Полиной?!
— Что? Нет.
— Да! Ты назвал меня... Полиной! Именем своей жены.
В ответ я ничего не чувствую, даже неловкость.
Лана, видимо поняв, что много от меня не добьется, сразу же меняет тональность.
— Ох уж эти надоевшие женушки! Те еще кровопийцы. Понимаю, тебе нелегко, все мысли тебе забила, да? И насчет малыша не переживай. Ты его тоже скоро почувствуешь!
Легкомыслие, которое раньше казалось милым, теперь раздражает.
В нем чувствуется фальшь, наигранность скользит в ее улыбке, а глаза остаются холодными.
Как я раньше этого не замечал?
— Как у тебя продвигается с разводом? Может быть, до Нового Года успеешь избавиться от этих оков?
Лезет. Куда не следует.
Ее глаза — внимательные, ждут ответа.
Что, если отец прав, и я все тупо и топорно похерил?
— Могу сказать только одно: вопрос в процессе, — отвечаю уклончиво.
К счастью, меня окликает кто-то из сотрудников, и я под благовидным предлогом прощаюсь с Ланой.
Не хочу верить в то, что отец окажется правым.