Диана Волкова – Дар (Посвящение. Ритуал) (страница 39)
Она, конечно, знала, что у беременных женщин многократно увеличивается количество определённых гормонов и что, постепенно превращаясь в «гормональную бомбу», женщины в таком состоянии могут испытывать необъяснимые ощущения. Но то, что она, внезапно отключившись на двенадцать часов, буквально увидела в обморочном сне всю свою дальнейшую жизнь во всех подробностях, она не могла ни понять, ни объяснить никакими физиологическими причинами.
Глубокой ночью, когда Софи очнулась, она уже точно знала, что ей нужно делать. Страх остаться матерью-одиночкой и испортить карьеру исчез, как и не бывало.
Через неделю, переехав в небольшой дом в пригороде, в который она вложила почти все свои сбережения, Софи, исполненная решимости под микроскопом изучить этот новый для себя опыт и ответить на все вопросы, которых у неё было теперь предостаточно, обложившись книгами по эзотерике от великих гуру прошлых лет до современных учителей, начала свой путь в магии.
Она вырастила сына, много работала, бралась буквально за все возможности заработка, которые ей предоставляли её знакомые. Всё, за что бралась, получалось у Софи с такой лёгкостью, что многие завидовали. Единственное, что она так и не смогла сделать, – это логично и разумно ответить себе на главный вопрос: что побудило успешную женщину отказаться от головокружительной карьеры? И решение родить ребёнка было здесь ни при чём. Многие её знакомые растили детей, делая одновременно карьеру.
В очередной раз прокручивая в голове этот вопрос, она приходила к выводу, что всё, что она увидела, находясь в забытьи, в тот знаковый день, непременно нужно было воплотить в жизнь, и именно так и должно было всё в конце концов устроиться. И всякий раз было ни с чем не сравнимое ощущение, что именно это называют «правильно».
Всерьёз увлёкшись своим новым «хобби», она теперь верила в знаки и понимала, что такие откровения случаются с очень немногими, даже глубоко духовными людьми. Софи и не пыталась перечить судьбе, она была благодарна ей за такие подсказки. По кирпичику выстраивая новую жизнь, по-своему была счастлива и не жалела ни об одном из принятых решений.
Через шесть лет совершенно случайно, как ей казалось тогда, она встретила Федерика. Он -то и открыл ей тайный смысл её предназначения. Она была рождена, чтобы стать ведьмой. И ни за что, ни при каких обстоятельствах, даже если бы ей этого захотелось и как бы она ни сопротивлялась, изменить судьбу было невозможно.
Федерик познакомил её с другими своими учениками, среди них были и те, кто эти способности получил не от рождения, но решил их в себе развивать. Софи видела, насколько сложнее им даются знания: то, что у таких, как она, получалось будто само собой, им приходилось оттачивать месяцами упорных тренировок.
Но всё-таки они были командой, и сплотил их вместе не только их общий наставник, но и серьёзная миссия помогать друг другу справляться с трудностями. Поэтому, когда перед ковеном предстала очередная реальная угроза в виде демона, паразитирующего на Ивонн, они были к тому времени уже готовы дать отпор и отправить его восвояси.
Если бы не одно «но». То, что увидели Софи и Федерик во время их последнего погружения, пошатнуло их уверенность. Демон, который присосался к Ивонн, был гораздо сильнее всех подобных тварей, которых они обезвредили к тому времени уже немало.
А силы ему придавала, не зная того, сама Ивонн; оставшись двадцать пять лет назад сиротой без так необходимой ей поддержки близких, она не сумела принять свою суть и отказалась от дара, решив, что в нём сосредоточена причина всех её несчастий и ей проще остаться в реальном мире обычным человеком. Она утратила уверенность в себе и в свои силы, и теперь её собственный дар стал проклятьем. Природа не прощает, когда к ней относятся безответственно.
Этот урок Софи выучила уже давно. Нужно любить себя, доверять себе, уважать и ценить в себе всё, что имеешь, иначе жди беды.
Именно это знание и последствия принятых Ивонн решений, которые маги сумели увидеть во время ритуала в неприглядном и пугающем обличье сущности, настораживали настолько, что это было похоже на страх потерпеть поражение.
И лишь беззаботный характер Софи, которая при любых обстоятельствах оставалась клинической оптимисткой, держал на плаву всю компанию, не давая им упасть духом.
В тот вечер, когда, сидя в уютном кафе, они обсуждали дальнейшие действия, было принято решение немедленно забрать Ивонн из больницы и начать тщательно готовиться к реализации самого безумного плана, который когда-либо со времён образования ковена стоял на повестке дня.
И не то чтобы они не верили в успех, но, оставаясь реалистами, понимали всю сложность этого обряда. По всем законам жизни и природы, чтобы избавиться от проблемы, нужно не менее половины от того времени, сколько эта проблема существовала и развивалась. Эта мысль не давала им покоя: изменить положение вещей было немыслимо сложно, а времени оставалось ничтожно мало.
Ивонн была слишком слаба, угнетена морально, эмоционально и физически. И если физическое состояние можно было достаточно быстро поправить отдыхом и медицинскими препаратами, то повысить уровень духовной энергии, заставить человека вновь поверить в себя и укрепиться в этом в течение нескольких недель было почти нереально.
Кроме того, им требовалось в срочном порядке дать Ивонн полный вводный курс в искусство, которое они изучали десятки лет, и отработать за очень ограниченный период времени те практики, которые они тренировали долгие годы.
Ивонн, казалось, на интуитивном уровне понимала всю сложность возложенной на группу задачи. Но чем дольше они занимались, тем больше Софи начинала догадываться об истинном положении вещей.
Ивонн схватывала на лету, она будто уже знала многое из того, что они изучали все эти недели, могла на несколько шагов вперёд видеть дальнейшие действия. Софи поняла, что, видимо, Ивонн это всё уже проходила в детстве вместе с бабушкой, но, слишком рано лишившись родных людей и глубоко разочаровавшись в своей жизни, предпочла «забыть».
– Ничего, девочка, ты справишься. Это как езда на велосипеде: однажды научившись, ты в один миг снова начинаешь уверенно крутить педали и держать равновесие, даже если не ездил много лет, – успокаивала она Ивонн.
Глава V
Федерик
В отличие от всех его знакомых, которые узнали о своих способностях случайно – либо после тяжёлой болезни, либо в период серьёзных жизненных потрясений, Федерик всегда знал, что родился магом.
Его жизнь протекала без каких-либо особенных волнений и тревог. Он был не только единственным ребёнком у своих родителей, но и единственным внуком у бабушек и дедушек с обеих сторон, рос в благополучной по всем общепринятым нормам семье.
Способности в обучении Федерик проявлял вполне заурядные, окончил школу, потом отучился на адвоката. Он всегда точно знал, чего хочет от жизни.
Годам к двадцати, впервые всерьёз и со всей ответственностью задумавшись о будущем, он приступил к поискам любой возможности развить свой природный талант.
Ещё с детства Федерик понимал, что видеть наяву умерших людей, а во сне события из прошлого так же ярко, как и картинки предстоящих событий, которые он видел, впадая в транс, – это не то, что люди привыкли считать нормой, поэтому довольно быстро, годам примерно к пяти, вполне успешно научился маскировать свои состояния, выдавая их за приступы эпилепсии.
Родители искренне верили в то, что их сын имеет этот неприятный недуг, довольно долго возили его по всевозможным врачам и народным целителям, пока одна пожилая женщина, жившая в Арле, не открыла им секрет, что приступы у мальчика носят скорее возрастной характер, связаны с тем, что организм ребёнка слишком быстро растёт, а нервная система не успевает за ним подстраиваться, и всё это закончится, как только мальчик дорастёт до своего максимального роста.
Видимо, не слишком разбираясь в медицине, родители Федерика в конце концов сдались и даже сделали вид, что такой ответ женщины их вполне устроил, тем более что никакие традиционные лекарства и снадобья всё равно не делали эти приступы хоть сколько-нибудь менее интенсивными или редкими.
Договорившись со знахаркой, что непременно привезут сына, когда ему исполнится пятнадцать, на повторный приём, они благополучно забыли о ней на ближайшие десять лет.
Но Федерик не забыл. Он точно знал, что, даже если родители не захотят его везти в Арль, чтобы увидеться с этой милой женщиной, он поедет туда сам, как только появится такая возможность. И так и сделал: сразу после окончания университета, получив диплом бакалавра, Федерик сел на ближайший поезд и отправился в Арль. Так официально началось его обучение у бабушки Иванны.
Федерик всегда был скрытным, когда дело касалось его прошлого, и эти сведения о его жизни, – практически всё, что о нём было известно из официального источника. Но слухов вокруг таинственного персонажа ходило предостаточно, даже среди приближенных к нему людей.
Кто-то говорил, что он был из древнего дворянского рода, из ветви, берущей своё начало от тайного сообщества Розы и Креста или от ордена тамплиеров, и что он черпал свои знания из того наследия, которое ему досталось по праву рождения.