Диана Волкова – Дар (Посвящение. Ритуал) (страница 32)

Выкурив последнюю сигарету, Ивонн грустно вздохнула. Завтра снова тяжёлый день, нужно выбираться из этой неприятной ситуации как можно скорее. Она уже перестала мучить себя тщетными попытками вспомнить, как оказалась в данных обстоятельствах, её заботило только одно – накопить достаточно сил.

С этими мыслями женщина почти сразу погрузилась в глубокий, тревожный сон.

***

– Софи, нам следовало вмешаться раньше. Я боюсь, что Ивонн слишком долго находится «за чертой». Она практически истощена, высосана.

Федерик деловито расхаживал по освещённой солнцем палате, то и дело наклоняясь к лежащей на койке Ивонн, чтобы убедиться, что она дышит. Он выглядел постаревшим и измождённым.

– О-ля-ля! Как я мог, старый дурак, пропустить такое? Это ведь было слишком очевидно! – нарочно растягивая слово «слишком», он по обыкновению поднял вверх указательный палец.

– Я думаю, вы недооцениваете Ивонн. Она уже много лет справляется со всем этим одна. Тем не менее наше вмешательство в настоящий момент необходимо. Всё зашло слишком далеко, – сокрушённо вздохнув, Софи и не думала соглашаться со всем, что говорил в порыве отчаяния старый учитель. – Как бы то ни было, на данном этапе я сделала для неё всё что могла. Она вернулась, и теперь ей нужно какое-то время, чтобы прийти в себя. Думаю, немного терпения и вам не повредит. И кстати, вы выглядите уставшим, вам требуется отдых не меньше, чем ей, Федерик.

Софи, по-хозяйски подперев бока руками, уже собиралась вывести мужчину за дверь, чтобы устроить его где-нибудь в соседней палате, как на пороге внезапно возник Микаэль.

– Я приехал, как только смог… – извиняющимся тоном начал мужчина, но Софи его резко остановила:

– Микаэль, это всё сейчас нам ни к чему. Вы мне очень поможете, если покараулите Ивонн здесь, пока я отведу маэстро отдыхать. Он на ногах уже вторые сутки.

С ходу расставив все точки над «и», Софи категорично указала Микаэлю на стул рядом с кроватью, а сама, взяв Федерика под руку, решительно направилась к выходу.

Микаэль смиренно опустился на стул. Взгляд его смягчился, как только он увидел лицо Ивонн, которая, казалось, мирно спала среди этого шума и суеты. На щеках проглядывал румянец, это говорило о том, что кризис миновал.

Теперь всё решало время. И их дальнейшие действия. Необходимо срочно направить все свои умения на то, чтобы не только вернуть Ивонн к жизни, но и прекратить дальнейшие попытки тёмных сил завладеть её душой.

Микаэль уже успел связаться с остальными. Они все прибудут сюда вовремя, чтобы совместными усилиями решить задачу. Они справятся, в этом Микаэль не сомневался.

Ивонн зашевелилась, облизнув губы, скривила лицо, как будто ей приснилось что-то неприятное, потом вдруг повернулась на бок, подпёрла щёку рукой и снова успокоилась.

Микаэль облегчённо вздохнул: «Хороший знак, её мозг работает, необратимых последствий удалось избежать на этот раз. На этот раз…».

Последняя мысль, как нельзя лучше обрисовывавшая текущее положение дел, заставила мужчину вздрогнуть от ужаса. Как бы то ни было, опасность ещё не миновала. У них, по большому счёту, даже не было чёткого плана, ни единой идеи, как предотвратить катастрофу.

Слишком долгое присутствие сущности такого уровня в этом мире помогло ей утвердиться и накопить слишком много энергии. Это многократно усложняло задачу и ставило под сомнение целесообразность всех принятых мер. Да и никто из присутствующих пока не видел другого выхода, как только держать оборонительные позиции в этой схватке.

От этих невесёлых мыслей Микаэль снова нахмурился, вена на лбу надулась и начала пульсировать. Он резко встал, не в силах бороться с эмоциями, и отправился на пост дежурного врача, чтобы убедиться, что Ивонн получает адекватное лечение.

Хотя сам он в душе понимал, что никакие препараты не помогут справиться с основной угрозой, но сидеть так, без дела, уже не мог. Нужно хоть чем-то занять себя, чтобы снова почувствовать уверенность, что всё в итоге закончится хорошо.

Обойдя отделение и не найдя на месте ни одного специалиста, Микаэль снова поспешил в палату. И поначалу подумал, что ошибся дверью: в палате стоял лечащий врач и беседовал с какой-то молодой девушкой.

Микаэль, ещё раз проверив номер палаты и затем увидев лежащую без чувств Ивонн, робко кашлянул и постучал по двери, чтобы привлечь внимание.

– Прошу прощения, я давний друг Ивонн – Микаэль. Я как раз искал её лечащего врача, но там никого не оказалось… – начал он и по реакции девушки понял, что, видимо, это дочь Ивонн.

Девушка была смущена и подавлена. Волосы растрепались, на лице растёкся макияж: она, очевидно, плакала.

– Да, конечно, позвольте представиться: я её лечащий врач Саймон Дэвис, а это дочь Ивонн – Кристина Кортье.

Пожилой доктор протянул ему руку и продолжил:

– Мы как раз обсуждали план лечения Ивонн. Она уже получила все необходимые нутриенты для восстановления водного и минерального баланса, это стандартная схема при обезвоживании, и, как я уже сказал Кристине, мы запланировали более тщательное обследование состояния внутренних органов. Компьютерная томография не выявила изменений или нарушений в работе головного мозга. Нам пока неясна причина её состояния. В ближайшее время ей будет сделана эхокардиограмма. Кроме того, мы возьмём кровь ещё на несколько анализов, чтобы проверить её на инфекции и уровень основных микроэлементов.

Помолчав, Саймон Дэвис добавил:

– Больше сказать, к сожалению, ничего не смогу, пока не будет результатов исследования. Но думаю, что, судя по динамике, она должна прийти в сознание уже через пару часов. А теперь прошу меня извинить, мне нужно продолжить обход пациентов. – И доктор направился к выходу. Микаэль кивнул в знак согласия.

А Кристина, громко всхлипнув, протянула ему руку, чтобы поздороваться:

– Я не знала вас раньше. Вы сказали, что вы давний друг мамы? – в глазах девушки были неподдельный интерес и удивление.

– Да, мы очень близко общались ещё в студенческие годы, потом жизнь нас развела надолго, и вот недавно мы снова встретились на одном мероприятии наших общих друзей.

Микаэль и не думал скрывать от Криси истинные чувства к её матери, чем немного смутил девушку. Но лучше уж так, чем притворяться или врать, подумал он, глядя на неё грустными серыми глазами, и по своему обыкновению отвёл взгляд в сторону.

Кристина размышляла, что бы это могло значить: она уже давно задавала себе вопрос, что двигало её матерью, когда она решила кардинально изменить свою жизнь. В последнее время события в семье развивались слишком стремительно, и многие поступки были совсем не свойственны Ивонн.

К счастью, в этот момент в палату вошли ещё посетители – Лили и какой-то незнакомый мужчина, и девушка ненадолго отвлеклась от неприятных размышлений. Увидев подругу, Крис расплылась в улыбке, она была благодарна ей за поддержку, которая сейчас так необходима и матери, и ей самой.

– Лили! Я так рада, что ты приехала. Я только что общалась с доктором, он почти уверен, что всё обойдётся, но, видимо, мама поправится не так скоро, как хотелось бы. Они будут делать ещё какие-то тесты… Я в растерянности. Она без сознания уже больше десяти часов. И это с того момента, как её нашли на шоссе. Бог знает, сколько времени она там находилась, прежде чем её обнаружили.

– Я знаю, дорогая, но как ты сама? Я уверена, что тебе тоже нужна помощь. Пойдём пообщаемся где-нибудь, пока с Ивонн работают врачи, – Лили, кивком указав на вошедшего в палату молодого интерна с капельницей, извинилась перед мужчинами и повела Криси на выход.

Микаэль, только что обнаружив нового посетителя и задавая себе вопрос, кто это, разглядывал его незаметно краем глаза. Коренастый, подтянутый мужчина, лысоватый, в очках. Но больше всего внимание привлекали роскошные густые усы и лёгкая небритость. Мужчина держался неуверенно, робко вжимался в стену, а взгляд выражал страдание и что-то ещё… Вину? Сожаление?

Микаэля пронзила острая боль. Как бы ему ни хотелось, но Ивонн с её темпераментом и природной привлекательностью навряд ли двадцать лет хранила обет целомудрия. Ну конечно! Это, видимо, и есть тот самый Филип.

Микаэль уже готов был пожалеть, что приехал, когда Филип решил всё-таки разрядить тягостную обстановку и попытался заговорить:

– Я знаю Ивонн не так давно. Мы встретились месяц назад, здесь, в Лионе. Меня зовут Филип. Филип Мартен. Я только что узнал от коллег… Вот такая трагедия… Я не мог дозвониться до неё пару недель, а тут вот…

– Да, я вас понимаю. Я Микаэль Габен. Друг детства. Мы не виделись почти двадцать пять лет, знаете ли… Да… такие дела.

Микаэль был совсем не настроен поддерживать этот бессмысленный разговор ради приличия, он решил найти повод, чтобы удалиться и оставить своего соперника наедине с Ивонн.

В конце концов, в себе он был уверен, а что касалось Ивонн… Ей сейчас нужна любая поддержка. И если этот тип может хоть как-то помочь ей прийти в себя, то ради бога. Отношения они будут выяснять после. Когда всё закончится.

***

Устроившись на ночь в небольшом отеле на соседней улице, Федерик, Софи и Микаэль устроили экстренное совещание, –впрочем, пока ограниченным составом. Положение дел требовало немедленного вмешательства, и было принято решение провести ритуал.