Диана Волкова – Дар (Посвящение. Ритуал) (страница 29)
На этот раз плакала Софи. Поначалу, как будто не поверив своим глазам, она с нескрываемым любопытством вглядывалась в Ивонн, пытаясь по выражению её лица найти ответ на свой немой вопрос: откуда та могла знать о её личной жизни? Но затем, встрепенувшись, осознала: ведь и так ясно, с кем она имела дело.
– Да, я не ошиблась в вас, дорогая. Я поеду домой, а вы непременно пообщайтесь с месье Габеном. Я думаю, вам много о чём надо поговорить! – Софи подмигнула Ивонн и расплылась в шкодливой заговорщицкой улыбке.
Ивонн от неожиданности вздрогнула, но не смутилась.
– Да, вы правы! – поспешила согласиться она, и сомнений по поводу того вопроса, которым она терзалась всего несколько минут назад, не осталось. – Когда ещё, если не сейчас? Я обязательно это сделаю, спасибо, Софи. Спокойной вам ночи и до свиданья!
Женщины тепло попрощались, Ивонн проводила Софи до такси и вернулась обратно.
Теперь она была настроена решительно. Надо уметь бороться со своими страхами, иначе они поборют тебя. Эти люди удивительно быстро стали для неё как родня. Это волшебное чувство – быть частью семьи. Знать, что в мире есть кто-то, кому ты не безразличен. Это ли не здорово? А обо всём остальном она тоже позаботится, но уже завтра.
– Слишком тревожное начало? – услышала Ивонн голос Микаэля за спиной. Она резко обернулась. В полутьме мрачного фойе она едва различала силуэт мужчины, но сомнений не было – это он.
Ивонн осознала это так же ясно, как и все те странности, которые видела и испытывала всё это время, с того памятного дня, когда ей исполнилось девять лет. Как будто в один момент в голове сложились кусочки замысловатого пазла.
– Месье Габен, признаюсь, вы застали меня врасплох, я уж было подумала, что наша с вами сегодняшняя встреча мне привиделась, как и то многое, что я до сих пор списывала на галлюцинации, – голос Ивонн слегка дрогнул, но она быстро взяла себя в руки.
– Нет, Ивонн, вы не ошиблись. Это действительно я. И мы с вами действительно гораздо ближе друг другу, чем другие присутствующие здесь. И я тебе не привиделся, – нарочно выделив интонацией «ты», Микаэль окончательно утвердил своё присутствие.
– Расскажи мне, дорогая, как ты жила все эти годы? Я знаю только то, что ты исчезла тогда так внезапно, а я с тех пор так и не встретил никого, кого бы смог полюбить хоть немного так же, как тебя.
Тон Микаэля, слишком холодный и саркастичный, резал сердце Ивонн как ножом, она в один миг вспомнила их идеальный роман, годы, проведённые в полной уверенности, что оба хотят любить друг друга вечно, его жаркие обещания, своё бегство и своё предательство.
На глазах Ивонн снова заблестели слёзы:
– Вы слишком категоричны, Микаэль. Думаю, нам следует вернуться к гостям. Здесь становится слишком прохладно.
«Что ж, поделом мне, я это заслужила», – подумала Ивонн
Микаэль вдруг смягчился, теперь он был настроен решительно:
– Нет, Ивонн, вам не удастся ускользнуть от меня теперь без объяснений. Я ждал двадцать лет. Настало время узнать причину вашего тогдашнего побега. От чего вы бежали, Ивонн?
Ивонн всё ещё не хотела уступать позиции. Она так сильно старалась унять дрожь в голосе, что он прозвучал, как ей показалось, излишне дерзко. Но одновременно она была уверена, что уже не в силах сопротивляться охватившему её волнению.
– Всё слишком сложно, Микаэль… – женщина с мольбой в глазах, в последней попытке усмирить пылкий нрав горячего гасконца, сделала шаг в сторону входной двери.
Микаэль остановил её, взяв за плечи и резко развернув к себе:
– Ивонн, вы должны объясниться! Я не шучу!
– Ну хорошо, Микаэль, я обещаю вам: мы с вами обязательно обо всём поговорим. Но не здесь, прошу вас! Давайте войдём внутрь, мне нужно выпить, я думаю. Этот разговор будет не из лёгких.
Всё ещё обнимая женщину за плечи, Микаэль повёл её внутрь квартиры, в сторону шумной залы.
Собравшиеся к тому времени, уже успев прилично подзаправиться марочным «Бордо», весело проводили время за огромным белым роялем, во весь голос распевая «Елисейские поля».
На вошедших никто не обратил внимания. Микаэль провёл Ивонн в соседнюю комнату, усадил на кушетку и протянул ей бокал вина, который появился в его руке как по мановению волшебной палочки.
Ещё не успев до конца прийти в себя, Ивонн начала свой рассказ о ночных кошмарах, которые преследовали её с детства, с того дня, когда умерла её бабуля. Всё более уверенно, с небольшими паузами, она поведала Микаэлю обо всех трагических странностях, которые случались с её близкими, о бегстве матери, о самоубийстве отца и о том, что демон, преследовавший её с того времени, не оставлял в покое ни её, ни тех, кто ей дорог.
– Я слишком боялась за тебя. За себя. Может быть, я и замуж вышла тогда лишь для того, чтобы он оставил меня в покое. У женщин нашего рода не было ни одной счастливой истории любви. Я недостаточно любила мужа, когда мы поженились. Но потом… я всё больше привязывалась к нему, мы стали близки… я думаю, я сумела полюбить его, я… не знаю… – не в силах найти разумного объяснения своим чувствам, Ивонн замолчала.
Она тихо всхлипывала, слёзы текли по разгоревшимся от вина и волнений щекам:
– Я только надеялась, что ты сможешь простить меня за мой поступок. Я не думала тогда о последствиях, я просто хотела, чтобы всё закончилось. Но теперь я точно знаю, что он не оставит меня. Ты в опасности, Микаэль. И самое страшное, что в опасности моя дочь. Моя Криси.
– Я уже не ребёнок, Ивонн. Я смогу защититься и защитить тех, кто мне дорог. У меня для этого теперь гораздо больше сил и возможностей, чем тогда, дорогая.
Голос Микаэля вывел Ивонн из тревожного состояния в одно мгновение. Она посмотрела ему в глаза и увидела то, что мечтала увидеть уже давно, – твёрдую уверенность и решительность зрелого мужчины. И одновременно с этим такое спокойствие, что ей стало немного не по себе.
– Ты действительно изменился, Микаэль. Как ты можешь быть так уверен?
– Об этом я тебе расскажу как-нибудь, милая. А сейчас нам нужно только пообещать друг другу не убегать больше от проблем. Ты ведь доверяешь мне?
– Я… думаю, да. Я уверена.
– Вот и хорошо.
Микаэль обнял её и поцеловал в щёку:
– Ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть, Ивонн. Я всегда знал, что найду тебя, но одновременно всё ещё не верю в реальность происходящего.
– Да, я тоже не верю. Всё как сон. Хотя нет… Гораздо лучше, чем сон.
Ивонн с грустной улыбкой смотрела на мужчину из своей прошлой жизни. Она была рада, что наконец решилась ему довериться.
– Мне так много нужно рассказать тебе… Я так долго не могла ни с кем поделиться, ты понимаешь? Ты так важен для меня, Микаэль! Даже близкие друзья не знают меня так, как ты.
– Это верно. Этот дар – он и подарок судьбы, и проклятье одновременно. Я понимаю тебя, как никто другой. Для других людей я всего лишь придурковатый странный тип, но если бы они знали всё то, что таким, как мы, приходится скрывать от посторонних глаз, думаю, половину из нас давно бы упекли в психушку, – и Микаэль рассмеялся своим словам.
А Ивонн, грустно вздохнув, добавила:
– Я всерьёз лечилась у психолога, знаешь ли. Мне как-то не до шуток. Но ты прав, не стоит быть слишком откровенными. Это может быть неверно истолковано окружающими.
Вспомнив слова бабули, Ивонн снова всхлипнула, но уже без грусти. Впервые за многие годы она снова почувствовала себя как дома. И в безопасности. Это дорогого стоило.
***
Ивонн так и не рассказала никому о том, что видела во время медитации.
Федерик, который внимательно наблюдал за ней, всем своим видом излучал спокойствие и ничем не выдавал эмоции, но Ивонн знала, что он тоже это видел и, как ей показалось, имел к этому непосредственное отношение.
Ивонн увидела, как её подругу детства Монику укусила ядовитая змея. Не доверять своим видениям у неё не осталось ни малейшего повода. Перед глазами Ивонн до сих пор стояло перекошенное от судороги, посиневшее лицо бывшей подруги.
Глава XX
Факты открываются
Макс Фрай.
Аделин уже третий день не могла дозвониться до Мореля, его телефон был «вне зоны действия». Он исчез с тех пор, как уехал в тот вечер от неё с подписанными документами. На работе тоже не появлялся.
Как ни старалась, девушка не могла найти объяснения этому, так же как не могла принять решение: что ей делать дальше? Она на автомате собралась и поехала на работу.
Вопреки привычке всегда приходить вовремя, Аделин опоздала почти на час. Эрик уже был на взводе и раздражённо сновал по кабинету, как орангутанг в клетке, собираясь обрушить на неё своё недовольство. А поводов для этого хватало.
Во-первых, пропал Морель. Во-вторых, главные акционеры всё-таки узнали о пропаже денег и теперь рвали и метали. Помимо проведения внутреннего аудита они инициировали передачу дела в прокуратуру. До его тайного счёта эти глупцы пока не добрались, но это вопрос времени: всего нескольких дней проверки будет достаточно, чтобы всё открылось.
Как раз по этому вопросу Кортье с Морелем должны были провести экстренное совещание ещё два дня назад. Срочно нужен Морель. Срочно нужно найти и уничтожить все компрометирующие бумаги. Их у Эрика не было, и он понятия не имел, как ему поступить.