Диана Волкова – Дар (Посвящение. Ритуал) (страница 24)
***
Тем же вечером Ивонн поднималась по круговой лестнице на третий этаж мрачного старинного здания на окраине Парижа.
Тусклый свет пары чугунных светильников отбрасывал от кованых перил зловещие тени с причудливыми изгибами на местами сколотую кирпичную кладку стен. У Ивонн заложило уши, сердце гулко стучало в груди и мощной ударной волной колотило в горле, словно предвидя какое-то бедствие.
Она уже была близка к панике, когда одна из дверей на площадке третьего этажа вдруг широко раскрылась и на пороге возник сухонького телосложения пожилой мужчина, который обвёл Ивонн пронизывающим взглядом прищуренных серых глаз и жестом предложил войти.
От неожиданности Ивонн слегка отшатнулась и чуть не скатилась с лестницы. Мужчина стремительно подскочил к ней, схватил за плащ и притянул к себе.
– Спасибо! – едва выдохнула Ивонн.
– Не за что, милая, – бархатистый баритон, контрастирующий с заурядной внешностью, мгновенно привёл её в чувство.
Ивонн посмотрела на него с благодарностью, сделала шаг в открытую дверь и протянула руку:
– Вы, наверное, Федерик?
Мужчина, вновь сощурив глаза, смотрел на неё с иронией и любопытством. Пожав руку, он изрёк:
– Очевидно, да, милая. Я вижу, вы слишком долго тянули с визитом, – и Федерик звучно рассмеялся, чуть откинув голову.
В замешательстве Ивонн не сразу сообразила, что ответить:
– Видимо… Вы знаете, я, вероятно, не займу у вас много времени…
Миловидный мужчина внезапно посуровел:
– Никогда не торопитесь с выводами, милая!
– Ивонн! – снова попыталась она перенять инициативу.
– Мы с вами сейчас выпьем чаю, милая, и я вам расскажу, как я вижу ситуацию, а затем вы поделитесь со мной своими выводами, – сделав ударение на слове «милая» и не обращая внимания на попытки возразить, продолжал мужчина.
Ивонн ошарашенно смотрела на своего нового знакомого. Её не отпускало ощущение дежавю. Но, несмотря на всю несуразность ситуации, она почувствовала умиротворение и мощный прилив благодатной энергии, которая буквально распирала её изнутри. Вероятно, она так чувствовала себя в последний раз много лет назад, когда, свернувшись калачиком на бабушкиной кровати, убаюканная обязательным вечерним романсом, тихо засыпала в её объятиях.
В голове вдруг стало пусто – она, уже не понимая, что с ней происходит, медленно проваливалась в транс.
– Я обычно для особых клиентов имею привычку запасать исключительно любимый мною чай с бергамотом. Но сегодня, видимо, случай редкий. Поэтому мы с вами выпьем чай с мелиссой и ромашкой, – многозначительно подняв вверх указательный палец и одновременно бровь, Федерик улыбнулся, обнажая ровные зубы.
Ивонн, присев на краешек кресла и плавным движением поправив причёску, смотрела на мужчину остекленевшим взглядом, как кролик на удава.
– Расслабься, милая, разговор будет долгим. Откинься на спинку, закрой глаза. Всё, что тебе нужно делать, это слушать… – голос Федерика постепенно перешёл на шёпот, затем на тихое бормотание.
– Так вот, я повторюсь, ты слишком затянула с визитом, милая. Я разыскивал тебя, и у меня для тебя есть важное сообщение, – шептал Федерик, одновременно наливая чай в чашку.
Ивонн, послушно устроившись на кресле поудобнее, расслабилась, но глаза закрывать тем не менее не стала. Для неё будто весь мир перестал существовать, сузившись до звучания завораживающего голоса.
Федерик продолжил:
– Когда ты ещё была совсем малышкой, ты гораздо яснее осознавала всё, что с тобой происходит, Ивонн. Потом твоя сила раскрылась в полной мере. Однако слишком рано пережитое горе сделало тебя невосприимчивой, ты закрылась от внешнего мира в страхе снова почувствовать эту боль. Ты перестала верить своим видениям и своей силе. Кстати, бабуля передаёт тебе привет, детка. Она говорит, что это единственный голос, который ты пока ещё способна слышать.
На глазах Ивонн появились крупные слёзы, она, все ещё не моргая, плавно смахнула их рукой.
– Ты по-прежнему можешь видеть знаки, твои сны рассказывают всё, что тебе нужно знать. Но единственное, что тебе мешает по-настоящему увидеть смысл этих посланий, так же как и поверить в себя, – это страх…
Федерик остановился, чтобы перевести дыхание, а в это время глаза Ивонн округлились от ужаса. Она уже смотрела на демона, который предстал перед ней во весь рост целиком. Этот силуэт, часто преследовавший Ивонн во сне, представлялся ей как тёмная бесформенная масса; теперь же он воплотился наяву: огромная пасть, несколько рядов огромных зубов и два ярко-жёлтых светящихся глаза на фоне чёрной бесформенной тени.
– …страх потерять всё, что тебе дорого, – передохнув, продолжил Федерик, а Ивонн снова почувствовала облегчение и эйфорию.
Такой монолог явно давался мужчине нелегко. Он тяжело дышал, а голос становился всё тише:
– Этот страх оправдан, но у тебя по-прежнему есть эта сила, о которой ты должна знать… не можешь не знать. Она поможет тебе справиться со всем, – шёпот перешёл в шелест, похожий на тихое шуршание опавших листьев, которые плавно кружатся, гонимые ветром.
Образ демона исчез, как только Ивонн снова услышала голос Федерика, и теперь она видела лес, ту самую чащу, в которой случайно оказалась, заблудившись недалеко от небольшого озера на окраине города, где гуляла в компании школьных друзей.
Тогда тоже была глубокая осень. Она жутко замёрзла и решила разжечь костёр из опавших листьев, чтобы привлечь внимание друзей и заодно немного согреться. Сгребая листья в огромную кучу, она так увлеклась, что не заметила, как к ней подошёл мужчина средних лет.
В воздухе стоял приторный запах фиалок, этот факт показался Ивонн необычным, ведь фиалки цветут весной, но она как ни в чём не бывало продолжила собирать ветки и листья. И лишь когда человек оказался в поле её зрения, она его рассмотрела.
Он выглядел как-то устрашающе и в то же время странно. Стояла середина ноября, но несмотря на это мужчина был одет в летнюю майку и шорты. К его густой бороде прилипли пожухлые листья и полусгнившие осока и мох. Тело и лицо были покрыты мелкими порезами и глубокими ссадинами, из глубокого нарыва на щеке сочился тягучий серо-фиолетовый гной.
Но более всего не соответствующим обстоятельствам и пугающим было то, что он тянул к Ивонн костлявые руки в беззвучной пантомиме и, глядя на неё с мольбой, пытался что-то сказать. На лице застыло мученическое выражение, глаза светились диким стеклянным блеском.
Ивонн попятилась, но, даже охваченная ужасом, силилась понять смысл отчаянных жестов этого безумного человека и прочитать по губам, что он пытался ей сказать.
Всё яснее она начала разбирать сначала отдельные звуки, потом слова целиком и наконец совершенно отчётливо услышала:
– Беги, Ивонн! Уезжай не оглядываясь, он уже почти догнал тебя и хочет новой жертвы. Беги без сожаления об упущенных возможностях, иначе он настигнет тебя, не оставив ничего от тебя прежней. Ты встретишь свою любовь в сорок лет, она тебя вдохновит и уже не отпустит. Ты узнаешь его по свету, но твой мужчина не узнает тебя. Он слишком слаб и подвластен порокам. Тебе надо бежать.
Эти слова подействовали на Ивонн как удар электрическим током, когда-то она слышала их от бабушки Иванны – хмурым вечером, когда они сидели в обнимку у камина, по обыкновению беседуя о жизни и о том, что, возможно, эта жизнь уготовала для них в будущем.
Через секунду Ивонн вдруг увидела поодаль саму себя – стоящую посреди кучи собранных листьев и уже по колено увязшую в густой болотной жиже. Рассеянный взгляд и застывшая поза говорили, что она не осознаёт всю опасность своего положения, пребывая в каком-то странном состоянии.
Остолбенев от невероятности увиденного, Ивонн тем не менее доверилась инстинктам и мысленно устремилась к своему беспомощному телу. Мгновение спустя с последним усилием ослабленной воли Ивонн, ухватившись за огромную корягу обеими руками, рванулась, выдернула себя из этой жижи и рухнула всем корпусом на землю. Отталкиваясь локтями, она изловчилась и потянула своё тело ещё немного вперёд на спасительную сушу. Ноги, освободившись от сковывающего торфяного плена, внезапно получили мощный приток крови, запульсировали и тотчас онемели.
Ещё не успев осознать, что только что чуть не погибла, она первым делом оглядела опушку в попытке понять, куда делся тот странный человек. Мужчина как в воду канул.
От внезапно нахлынувших эмоций Ивонн разрыдалась и очнулась. В голове многоголосым хором, заглушая бешеное биение сердца, звучал органный гимн.
– Вам нужно чаще доверять своей интуиции, милая, –бархатистый баритон Федерика окончательно вывел Ивонн из транса.
Она, удивлённо оглядевшись, слегка поёжилась от холода и стала растирать озябшие плечи.
– Ещё чаю, милая? – Федерик уже говорил обычно, снова слегка прищуривая лукавые глаза.
– Что только что произошло? – глухим голосом спросила Ивонн.
– Ничего, кроме того, что тебе уже известно, – невозмутимость Федерика зашкаливала: – Мы здесь проводим аудит, милая. Ваши расходы значительно превышают доходы. Вам срочно следует об этом позаботиться в первую очередь.
Федерик поднял вверх указательный палец и подмигнул Ивонн:
– Ну а сейчас я прошу вас меня извинить. Договор, отчёты и все готовые документы, о которых мы с вами, надеюсь, договорились, я вышлю вам на почту.