Диана Волкова – Дар (Посвящение. Ритуал) (страница 26)
– Нет, что ты! – Ивонн подвинулась, освобождая подруге место.
– Да уж, ночка неспокойная. Но нам всё же надо выспаться… – Лили, похоже, не догадалась, что сейчас произошло.
Уже совсем успокоившись, Ивонн ясно отдавала себе отчёт в том, что есть на свете силы гораздо более мощные, не подвластные её сознанию. Силы, которые неизбежно вмешиваются в события, чтобы сохранить равновесие.
И несмотря на то, что эти силы были на её стороне, она ужаснулась от мысли, что не может контролировать их и повлиять на ход событий. А последствия этого вмешательства способны причинить непоправимый вред даже близким ей людям, и она совершенно не представляет, как этому помешать.
У Ивонн в голове проносилось так много вопросов, ответов на которые не знала, что она не смогла уснуть до утра. Стараясь не разбудить уставшую Лили, она тихо лежала, размышляя, что ей предстоит сделать.
Всё слишком очевидно указывало на то, что единственный человек, который мог хоть как-то прояснить ситуацию и помочь ей в управлении вновь открывшимися фактами и обретёнными способностями, был её новый знакомый – странный адвокат из аудиторской компании NCS.
Глава XVIII
Новые подробности
План Мореля был очень прост поначалу. Он хотел собрать для себя круглую сумму, используя старый добрый и несправедливо забытый «метод фракций».
При каждом переводе после пересчёта процентов прибыли всегда остаются незначительные фракции в виде сотых, тысячных и так далее… долей от евроцентов. И здесь было нужно изменить настройки программы, осуществляющей эти переводы, таким образом, чтобы она округляла доли этих фракций в пользу фонда, а потом эти неучтённые фракции оседали бы на стороннем счёте, который он заблаговременно откроет на своё имя где-нибудь за границей.
Казалось бы, всё просто. Он даже нашёл отличного программиста, который бы согласился такую программу для него написать. Впрочем, поразмыслив, Морель пришёл к выводу, что этот план имел два существенных недостатка.
Во-первых, обычно люди не замечают изменений или округлений в суммах банковских переводов только начиная с тысячных долей, особенно когда дело касается не сотен, а сотен тысяч. Да и количество переводов в инвестиционных компаниях, в отличие от банковских, гораздо меньше. Так что если округлять фракции до тысячных и десятитысячных, то более-менее приличную сумму он соберёт не раньше чем лет через пятьдесят.
Во-вторых, если сдвинуть эту шкалу, округлив до десятых, то такой «сбой» в работе программы может быть обнаружен довольно скоро. А если эта схема обнаружится, то всё будет указывать на него, и скрыться от правосудия не удастся.
Поразмыслив таким образом, Морель всё же решил от этой идеи отказаться и найти другой, менее рискованный и более прибыльный способ. Он усложнил задачу, решив в своих планах задействовать третью сторону. Тогда он и начал «обрабатывать» Кортье. Здесь главным было, чтобы тот не догадался обо всём раньше времени.
Подделав несколько договоров, он убедил Эрика поставить свои подписи, и таким образом, помимо оговорённых процентов от доходов инвестиционной компании с оборотов, с каждой транзакции на его тайный счёт начали поступать дополнительные пять процентов.
В результате он убил сразу двух зайцев – подставил Кортье и отвёл подозрения от себя. И тут он воспользовался главными слабостями своего босса. Чтобы тот не «соскочил» и не увёл деньги в неизвестном направлении, он подключил к работе Аделин.
За полгода на счёте Эрика осели около трёх миллионов, и здесь Морель использовал все свои навыки грамотного психолога и кукловода, чтобы убедить этого жадного мудака развестись с женой и попытаться «спрятать» свои доходы от посторонних глаз, используя Аделин и её природную наивность.
Дальше всё пошло как по маслу. Зная пороки своего босса и его страсть к женщинам и к выпивке, он легко смог убедить его перевести деньги на счёт Аделин.
Естественно, та не была в курсе, с чем имела дело. Она наивно полагала, что Морель купил для неё какие-то акции, и со спокойной совестью подписала все необходимые бумаги для оформления и открытия счёта. Манипулировать ею оказалось куда легче, эта дурочка вообще не читала, что подписывала, и ни во что не вникала.
Дело было сделано, все козыри у Мореля на руках, но этого ему оказалось мало. Его ненависть к Эрику требовала, чтобы афера была непременно раскрыта и тот лишился бы карьеры. И поскольку Морель сам прятал концы в воду, то понимал, что никакие ищейки с собаками не заподозрят его в этом подлоге, если он проявит сноровку и специально наведёт всех ищущих на ложный след.
Вот тогда-то у него появилась отличная идея с компанией «Новые технологии» и резервным фондом. Нужно было кинуть наживку. Если раздуть слухи о пропаже круглой суммы с резервного счёта и о тайном сговоре Эрика с мошенниками, то инвесторы наверняка инициируют расследование.
Естественно, эти деньги Морель собирался вернуть, почти сразу сделав перевод обратно на счёт инвестиционной компании: такого рода махинации – это уже уголовная статья, и, кроме того, у него была лишь одна цель – закопать карьеру босса.
Итак, начнут расследование, деньги хоть и не сразу, но обнаружат, подумают, что «Новые технологии» в одностороннем порядке разорвали контракт. Но!.. На тот момент благодаря внутреннему расследованию все остальные «махинации Эрика» уже обнаружатся.
Открыть фирму-однодневку за границей не составило труда, нанять актёров для одного выхода – знакомства с будущим инвестором – ещё легче, а убедить Кортье в реальности и того, и другого, в принципе, ничего не стоило. Этот идиот в последнее время вообще ничего не делал сам: Морель бы не удивился, узнав, что и для подтирания собственного зада у того были отдельные, специально обученные люди.
И на этот раз всё сработало на ура, Эрик клюнул на приманку. Этот болван настолько воодушевился «новым проектом», что чуть не загубил всё дело. Он даже собрал совещание инвесторов, чтобы повыпендриваться своими «гениальными» идеями. Ну что ж, чем больше шумихи вокруг этого дела, тем лучше. Всё работало на Мореля.
На данном этапе оставался последний пустяк. Чтобы у Аделин не возникло подозрений и она вдруг не вздумала его кинуть, ему нужно было состряпать какой-нибудь липовый договор на покупку недвижимости за границей, перевести деньги со счёта этой девицы и тем самым закрыть этот вопрос.
Никто не станет заморачиваться истинной стоимостью объекта, никому и в голову не придёт копать под секретаршу. Кроме того, благодаря его тщательно проделанной работе отследить конкретную сумму, которая осела в её маленьких лапках, вообще не представлялось возможным. Здесь основной аспект – наличие самого факта подлога, чтобы на карьере его босса был поставлен жирный крест.
К тому же Эрик не настолько наивен, чтобы раскрывать все карты: как только дело запахнет жареным, он постарается сделать всё, чтобы эта сумма и факт его сговора с адвокатом не открылись. Но к тому времени Морель уже будет вместе с Аделин нежиться в лучах кубинского солнца, попивая коктейли.
В таких приятных раздумьях Алан Морель пересекал улицу, ведущую к небольшому парку недалеко от его дома. Была глубокая ночь, Алан уже оформил последние бумаги, касающиеся его дела, заставив Аделин поставить подпись на договорах и платёжных поручениях, и отнёс их в банк. Завтра деньги окажутся на его счёте.
Морель даже успел забронировать билеты и гостиницу – на разные рейсы и разные сроки: естественно, это было небольшим неудобством, но лучше всё же подстраховаться и не лезть на рожон.
В отпуске он не был уже лет шесть, работа в компании Эрика в последние десять лет стала для Мореля настоящим кошмаром. Поэтому Алан пребывал в отличном настроении от предчувствия, что наконец-то сможет послать это все к чёрту, расслабиться и уйти в долгий, оплачиваемый отпуск.
По обыкновению, как делал это после каждой крупной сделки, Морель решил отпраздновать окончание дела за покером. Выиграв четыре тысячи у своего приятеля Себастьена и прилично подзаправившись виски, Алан захотел пройтись пешком.
Он энергично шагал по дорожке парка, насвистывая партию Фигаро и предвкушая завтрашний разговор с боссом, когда наконец сможет утереть нос старому слизняку и высказать ему в лицо всё, что о нём думает.
Фонари в это время уже не горели, начал моросить дождь. Тёмные тени деревьев двигались вокруг в причудливом танце от едва уловимого ветерка и, временами освещаемые полной луной, отражались между бликами на мокром асфальте. Но Мореля такие мелочи уже не волновали, до дома оставалось меньше километра, и он только приподнял воротник пальто и ускорил шаг.
Внезапно метрах в пяти справа от него зашевелились кусты, и Алан краем глаза заметил в глубине два светящихся голубоватых пятна. Раздался негромкий, но странный рычащий звук, и из кустов в его сторону медленно начала двигаться огромная чёрная тень. Не чувствуя угрозы, Морель с удивлением наблюдал за этой надвигающейся копной, пока тень не приблизилась к нему почти вплотную.
Морель моментально протрезвел. Вопреки всем мыслимым и немыслимым ожиданиям и здравому смыслу, на него смотрел огромный бурый медведь: встав на задние лапы и обнажив огромные зубы, он собирался напасть.