Диана Ставрогина – Неподходящий (страница 9)

На барной стойке почти бесшумно появились их напитки. Вынырнув из короткой задумчивости, Кира перевела взгляд на изящный бокал, украшенный долькой лайма.

Классическая «Маргарита». Беспроигрышный вариант.

Улыбнувшись про себя, Кира сделала пробный глоток и довольно зажмурилась: было вкусно. Даже очень.

— Ну что, не подвел меня Антон? — поинтересовался Сергей иронично, как и в прошлую их встречу.

Кира распахнула глаза и тут же попалась в паутину цепкого мужского прищура. Кровь приятно запылала внутри, и вряд ли виной был недавний скромный глоток алкоголя.

— Переживаешь за честь этого заведения и мой будущий отзыв в интернете? — не осталась Кира в долгу и насмешливо приподняла бровь. — Или ты просто знаешь здесь вообще всех сотрудников?

Красивые губы, на которые она то и дело посматривала против собственной воли, изогнулись в легкой усмешке. Хмыкнув, Сергей предпочел перейти к сути заложенного в прозвучавшие вопросы смысла:

— На самом деле все сразу. — Теперь была его очередь вскидывать с намеком брови, но Кира на его слабые поддразнивания не повелась. — Бар мой, так что и сотрудники мои.

М-да, причинно-следственные связи, подумалось ей вдруг, Сергей озвучивал неважные. Спровоцированный этими мыслями смешок Кира скрыла за стеклом бокала.

— Это было очевидно, — не удержавшись, она все-таки позволила себе немного съязвить — святое дело для хорошего юриста, а то и вовсе кредо.

Сергея ее подтрунивая, кажется, только забавляли. С невозмутимым видом пригубив виски, он вежливо — ни дать ни взять — английский король из прошлого, — полюбопытствовал:

— Отчего же?

Кира склонила набок голову в молчаливом: «Серьезно?»

Сергей, однако, ждал. Пришлось объяснять очевидное.

— Отношение сотрудников к тебе, — стала она перечислять скучающим тоном, — твои отношение к ним, ваше взаимное знакомство, твое барское, — произнесла она с нарочитым выделением, — поведение — и ко всему этому: твой род деятельности и нежелание сообщать мне название своих заведений. Дурак догадается, что ты владелец этого места. Или, как минимум, кто-то из руководителей, — признаваться в том, что пыталась найти его в интернете, да еще безуспешно, Кира, естественно, не собиралась.

Вместе с тем темные глаза Сергея ощутимо бродили по всему ее телу, правда, совершенно неспешно и ненавязчиво, но она все равно чувствовала, когда его внимание перемещалось от лица к шее и декольте, затем к груди и после к ногам. Кожа под тугими (иначе без специального пояса Кира и не рискнула бы их носить) резинками чулок зудела так, словно бедра не прикрывала короткой, но вполне приличной длины юбка.

Словно зная о том, какие неудобства доставил ей своими гляделками, Сергей лукаво улыбнулся и заметил:

— Ты очень наблюдательна, Кир-р-р-а.

Ее имя он опять протянул, да с таким явным смакованием, что хотелось спросить, не имел ли он в детстве проблем с буквой «Р». В конце концов Кира просто закатила глаза.

— Тут и без наблюдательности все понятно, — произнесла она сухо.

— Может быть. — Сергей пожал плечами, как бы невзначай и совершенно по-мальчишечьи, вызывая у Киры в голове диссонанс: она сто лет не наблюдала этого жеста у взрослых мужчин. Да и вообще подобной уверенности в себе и в то же время непосредственности. — Ты в любом случае должна быть наблюдательна, — констатировал он все столь же спокойно. — Юристам положено, разве нет?

Сжав губы, Кира пыталась подавить улыбку. Она уже не сомневалась, что эти нарочито-помпезные комплименты Сергей выдает намеренно, дабы спровоцировать и раздражить. Как будто ему в принципе нравилась подобная манера общения, где каждое слово содержит двойное дно и рассчитано на ответные ходы собеседника.

— А вдруг я плохой юрист? — предположила Кира, продолжая их разговор в том же ключе, что и прежде.

Была в этом перебрасывании безобидными колкостями своя прелесть, да и польза тоже: не возникало ни неловкости, ни пауз в разговоре.

Взгляд Сергея опять вернулся к Кириному лицу и стал серьезнее. Помолчав с полминуты, как будто и правда рассчитывал вот так, без настоящего знакомства с ее профессиональными навыками, оценить ее юридическую квалификацию, он качнул головой и сказал:

— Уверен, что нет.

— Даже так? — Кира шутливо нахмурилась и посмотрела на Сергея с подозрением: — Как ты мог это определить?

Кошмар... Она флиртовала. Вот так. Топорно и в лоб.

Правда, Сергея, если Киру не обманывали ее же интеллектуальные способности, пока ничего не смущало — напротив, с каждой проведенной за барной стойкой минутой она чувствовала, что интерес с его стороны возрастал. Все-таки любая даже самая неопытная в романтических отношениях женщина способна заметить симпатию к себе.

Сергей, склонившись к Кире чуть ближе — расстояние между их лицами сократилось до неприличного, а колени вообще беспрестанно касались друг друга, — ответил:

— У тебя в глазах — ум. — Его голос сейчас звучал грубее, словно с тона обольстительного он вмиг перешел на тон внушения и серьезности. — Его всегда видно.

Кира удивленно моргнула.

Теплое дыхание Сергея осело на ее губах будоражащим нутро облаком, и по телу помчались мурашки, но, кажется, прежде всего — от прозвучавших только что слов.

Кире было приятно. По-настоящему.

Комплименты красоте в ее системе ценностей были ерундой. Мило, но легко. Легко для нее — красота дается при рождении, легко для других — внешняя красота заметна всем.

Ум же был целиком и полностью заслугой Киры. Его она развивала, тренировала и прокачивала из года в год. Его же меньше всего в ней ценили. В первую очередь, ожидаемо, мужчины. И чем глупее они были — тем сильнее не желали признавать, чьи мозги работают лучше остальных.

Понимал ли Сергей, как много сказал ей о самом себе этим комплиментом или все же нет?

— Спасибо, — поблагодарила Кира без былой нарочитости.

Сергей молча кивнул и поднял свой бокал, предлагая выпить. Кира предложение приняла.

— Поешь что-нибудь? — спросил у нее Сергей пару мгновений спустя.

— Боишься меня напоить? — подначила его Кира.

Он хмыкнул.

— Как минимум не хотелось бы. Или ты считаешь, что без алкоголя у меня нет шансов? — Тон его голоса и более того выражение хищных глаз, однако, сообщали, что никаких настоящих сомнений в себе Сергей не испытывает.

— Скромность тебе не к лицу.

Уголки его губ довольно приподнялись, и вновь Кире подумалось, что не только по ее крови сейчас мигрирует пьянящий сильнее всякого алкоголя азарт.

— А как же мое «барское», — произнес он со значением (запомнил же!), — поведение?

— Разве я говорила, что оно мне не нравится?

Склонив голову, Сергей одарил ее долгим загадочным взглядом, прежде чем сказать:

— Ты необычная.

От неловкости Кира рассмеялась.

— Я ничего такого не сказала.

— Тебе и не надо, — заверил он и поднял к губам бокал, где еще плескался жидким янтарем виски. Наверное, тот же самый, что они пили в прошлый раз вдвоем.

Невольно Кира, как и тогда, уставилась на крепкую мужскую шею.  Замерев, она проследила за дернувшимся при глотании кадыком, перевела взгляд на обхватившую бокал ладонь с красивыми пальцами и поднялась по рукаву к широкому бицепсу.

Этот длившийся чуть больше секунды соблазнительный этюд в исполнении Сергея, не ведавшего о ее многочисленных откровенных снах, заставил Киру томно вздохнуть и покрепче сжать скрещенные в коленях ноги.

— Ты часто приходишь в бар? — Сергей, к счастью, ничего не заметил и вернулся к продолжению их не совсем светской беседы.

В ответ Кира покачала головой.

— Я здесь во второй раз.

— Хм. И ты всегда приходишь одна?

— Нет, — сказала Кира растеряно, не очень понимая, к чему эти расспросы. — Меня сюда привела подруга — она у нас эксперт по заведениям.

— Тогда мне повезло.

Выражая сомнение его словам, Кира вздернула бровь.

— Не спеши с выводами, — едва закончив говорить, она мысленно шикнула на саму себя: разве так флиртуют? — Лучше скажи, почему ресторанный бизнес? — перевела она внезапно тему, желая избавиться от неловкости. К тому же ей и правда хотелось узнать о сидящем рядом мужчине что-нибудь значимое и важное, определяющее его личность.

Сергей задумался, словно не ожидал перемены предмета разговора или давно не отвечал на подобный вопрос.

— Наверное, — начал он, — потому что у меня хорошо получается выдавать идеи и организовывать их претворение в жизнь.

Кира разочаровано нахмурилась: это что, все? Собственно, она тут же озвучила свои мысли: