Диана Рымарь – Развод (не) состоится (страница 46)
— Вашему мальчику сорок лет, не поздновато ли вам разгребать его косяки? — спрашиваю с прищуром.
— Я на тебя посмотрю, когда твои дети вырастут, — отмахивается она от моего довода. — Серьезно, Ульяна, ты же не позволишь какой-то там подстилке занять твое место? Ведь он как выгнал ее, так и обратно позвать может. Это твой муж, твои дети, твой дом, борись за это!
Каролина Ваановна смотрит на меня с таким выражением, будто не понимает, отчего это я продолжаю сидеть на попе ровно. Очевидно, что, по ее мнению, я должна все бросить и бежать отстаивать свой брак. Добыть бронепоезд, залезть на крышу и с боевым кличем на полных парах броситься вперед, а еще лучше привязать любовницу мужа к рельсам и переехать.
Она принимается снова меня подначивать:
— Ты же не позволишь, чтобы какая-то молодая профурсетка типа этой Розы влезла в семью и заграбастала все своими липкими ручонками? Если Мигран дальше собственного носа не видит, то у тебя со зрением вроде все в порядке. Ты должна понять, что нельзя отдавать мужчину и его имущество всяким там… У тебя же дети!
О как. И этой лишь бы спасти имущество. А на мои чувства, как обычно, плевать.
— А то, что он изменил мне с этой, как вы выразились, профурсеткой, ничего? Просто проглотить и…
— Разное в жизни бывает, — философски подмечает свекровь. — Случается и такое. И вообще, пока до восьмидесяти доживете, всякого успеете хлебнуть. Это я тебе как шестидесятилетняя женщина говорю. А если поговоришь с бабушкой Миграна, и не то услышишь. Дедушка Вазген в молодости знаешь как гулял?
Невольно хмыкаю.
— Хотите сказать, вы бы так легко и запросто простили измену?
— Чтобы не было измен, знаешь ли, — подмечает она деловито, — нужно уметь сохранить интерес мужа. Быть для него яркой, как… Как…
— Как вы? — Оглядываю ее сногсшибательный прикид.
— Хотя бы как я, — кивает она. — Я давно говорила тебе, помаду надо ярче, духи стойкие. Хочешь, пройдемся по магазинам? Что ты бледная, как мышь…
— Вы сейчас будете всерьез учить меня жизни? — Строго на нее смотрю. — Не нужно, Каролина Ваановна, я давно взрослая девочка!
— Что ты, что ты, — картинно пугается она. — Я тебя жизни? Ни боже мой. Только одно скажу: увольняйся ты из этого курятника. Так себе ресторан…
— Это заведение считается одним из лучших в городе, — заявляю с ехидной улыбкой. — О нас писали даже в туристическом гиде по краю, упоминали мои десерты…
— Хочешь печь десерты, пеки на здоровье, — машет рукой свекровь. — Это ведь можно делать дома на собственной кухне.
— Та-а-ак… — Моя злость идет на взлет.
— Ульяночка, ты не переживай, если засиделась дома, так Мигранчик купит тебе кондитерскую. Будешь туда приходить раз в недельку, кричать на персонал…
Интересно, она вправду думает, что так ведутся дела?
— Каролина Ваановна, у вас целых трое детей и все женаты, есть где разгуляться. Учите сыновей или других невесток, меня не надо, я шибко умная! Мне пора на работу!
С этими словами я торжественно берусь за ручку двери и выхожу из машины.
— Ульяна, подожди, — несется мне в спину.
Но я не слушаю, просто ухожу.
Она явно не хочет меня отпускать. Еще бы, поди не успела поделиться со мной всей своей житейской мудростью, и ее теперь распирает.
Спасаюсь от свекрови бегством. С такой скоростью несусь к гостинице, что мне позавидует даже сапсан. Практически взлетаю на ступеньки, и надо же мне именно в этот момент оступиться…
Слететь бы мне вниз да переломать парочку костей, однако меня подхватывают сзади чьи-то крепкие руки.
— Ой, — запоздало пищу, увидев рядом с собой директора.
— Все в порядке? — спрашивает Ренат Алексеевич.
— Д-да… — тяну неуверенно.
Так испугалась падения, что с трудом ловлю дыхание.
— Ульяночка, милая, я бы не пережил, если бы вы поранились, — говорит он и продолжает держать меня за талию. — Давайте, я отведу вас к доктору.
— Что вы, не нужно, я в норме, — пытаюсь осторожно высвободиться из его рук.
Однако Ренат Алексеевич не отпускает:
— Вы уверены? Тогда, может быть, чашечку кофе для настроения на трудовой день…
Он нормальный вообще? Это не он ли орал на всех недавно, чтобы никто не смел и на минуту опаздывать?
Или…
Это он пытается ухаживать за мной?
Чувствую, жжет затылок.
Оборачиваюсь — так и есть.
Каролина Ваановна вышла из машины и теперь стоит неподалеку, с открытым ртом пялится на то, как директор держит меня за талию. Ведь все доложит Миграну!
Нервно икаю.
Отчего-то сразу вспоминаю колбаски, которые жарила Каролина. Ох и перченое выдалось утро!
Глава 32. Его прелесть
Ренат Азимов
Ох и сложная это задача держать руки подальше.
Особенно, когда речь идет о твоей же будущей жене. Каково?
А то, что настанет день, когда Ульяна станет моей женой, — бесспорно. Аксиома, которая не требует доказательств.
Мне хочется прижать Ульяну к своей груди и шептать ей на ухо всякие милые пошлости, а не вот это вот все…
Когда я увидел ее впервые, так и подумал — прелесть, ты непременно станешь моей женой!
В нее невозможно было не влюбиться. До сих пор помню тот ее образ в день нашего знакомства. Она стояла на кухне вся такая раскрасневшаяся, взволнованная во время проверки ее десертов на соответствие заявленному калоражу и составу.
Тогда я лишний раз убедился, что сделал правильный выбор, предпочтя работу в «Сапфире» другим предложениям. Ради такой особи прекрасного пола можно пожертвовать многим, очень многим.
Однако мне делается обидно, что Ульяна так откровенно не отвечает мне взаимностью.
Здесь и сейчас я спас ее от болезненного падения со ступенек.
И где моя благодарность?
Вместо этого я буквально физически ощущаю желание Ульяны сбежать от меня подальше. То, с каким рвением она пытается вывернуться из моих рук… Оскорбительно даже!
И на мое предложение выпить кофе она отвечает отнюдь не согласием:
— Извините, Ренат Алексеевич, не хочу опаздывать.
С этими словами Ульяна буквально сбегает от меня, хотя могла бы приятно провести утро. Ради такого я бы даже отложил начало рабочего дня.
Эх, укрощать ее еще и укрощать.
Но я терпеливый.
Почти.
Смотрю вслед исчезнувшей красавице, медленным шагом иду в здание, потом по коридору прямиком в свой кабинет. Просматриваю дела на сегодня, все-таки не удерживаюсь, пишу сообщение шеф-повару, чтобы прислал ко мне Ульяну к одиннадцати. В это время у нее пятнадцатиминутный перерыв. Отчего бы ей не провести его со мной, верно?
Честно сказать, не понимаю, чего это Ульяна кочевряжится. Ведь уже съехала от мужа. Да, да, мне доложили… Оно и неудивительно, что они расстались после всего того, что начудил ее мудозвон.
Как отчаянно он махал кулаками в гостинице, как требовал, чтобы я держался подальше от его жены. А сам что? Выпер бриллиант на улицу, оставил без охраны.