Диана Рымарь – Развод (не) состоится (страница 45)
И вообще, если он уже выяснил, что я невиноватая сторона, ну и ушел бы сам из нашего роскошного коттеджа. Сказал бы — вот вам дом, девочки. Живите, а я уж как-нибудь на съемном жилье… Ведь не промелькнуло даже! Сто процентов даже мысли такой не допустил.
Что-то я размечталась, по ходу дела.
Никогда он не сделает ничего подобного.
У Атома для Каролины вещи забрал, а обо мне опять не подумал. Действительно… Зачем мне мои вещи? Или он считает, что тот несчастный чемодан, что я забрала, — это все, что мне может понадобиться?
А то получается, милая, я тебя так люблю, так люблю… Что поживи-ка ты пока в съемной двушке с беременной дочкой без машины и финансовой поддержки.
Где тут любовь? Где тут забота?
Все лишь на словах, которые гроша ломаного не стоят.
А на деле…
На деле Мигран даже деньги на житье-бытье заставил меня перевести ему обратно. Ну правильно, продуктов же мне купил, как я смею хотеть что-то еще?
Ух!
Боже, все-таки мы, женщины, мастера себя накручивать. Потому что к моменту, когда я доезжаю до нужной остановки, внутри уже тихо закипаю. А сейчас только полдевятого утра, что же будет к вечеру?
Решаю оставить мысли о Мигране в трамвае.
Улыбаюсь скупому зимнему солнцу и выхожу на улицу.
Пока спешу от остановки к отелю, пытаюсь найти позитивные стороны в жизни.
Ведь когда-то все начинают новую жизнь. В двадцать, тридцать, сорок и даже пятьдесят. А кто-то и в шестьдесят! У меня еще не самый запущенный случай. К тому же есть деньги, крыша над головой, поддержка в виде дочери, здоровье. Короче, все шансы справиться.
Выдыхаю, когда дохожу до гостиницы. Собираюсь уже повернуть к ступенькам, как вдруг подмечаю — возле меня паркуется красный лексус…
Машина моей свекрови.
Максимально пафосная тачка, на мой взгляд.
Собственно, свекровь у меня тоже не лишена пафоса. Дамочка с перчинкой, как многие бы сказали.
Гаджеты она не любит, айфон у нее не последней модели, а планшеты она вообще считает придурью. Но вот машина… Свой лексус она обожает и водит его филигранно. Паркуется с хирургической точностью и обожает производить впечатление. Ничего не стесняется.
Борюсь с искушением рвануть в гостиницу сломя голову, чтобы избежать встречи с этой мадам. Но как это будет выглядеть?
Торможу, надеваю на лицо искусственную улыбку, наблюдаю за тем, как свекровь выходит из лексуса.
Она в своем репертуаре. Обвешана золотом с ног до головы, черные волосы убраны в высокую прическу, на пухлых губах бордовая помада, прямо под цвет полупальто.
— Ульяночка, здравствуй. — Она лучезарно мне улыбается. — Что-то ты бледная, с тобой все в порядке?
Ну да, на мне же нет трех слоев румян и яркой губной помады. А еще я надела сегодня скромный бежевый пуховик, потому что ехала на работу, а не на показ мод.
— Здравствуйте, Каролина Ваановна, — тяну обреченно. — У меня все хорошо, не волнуйтесь.
В этот момент она картинно вздыхает и возводит наращенные ресницы к небу.
— Как же с тобой может быть все хорошо, когда в твоей семье творится такое!
Ну началось…
Как можно незаметнее отодвигаю рукав куртки, оголяю запястье, проверяю время. Тридцать четыре минуты девятого. А ровно без пятнадцати девять мне нужно быть в раздевалке, чтобы без десяти успеть на утреннюю перекличку. Очень важно не опоздать, ведь меня только что взяли на полную ставку.
Мне некогда ругаться со свекровью! Больше того, у меня нет на это никакого желания, я и без того достаточно зла на этот мир.
Однако от Каролины Ваановны так просто не уйдешь.
— Ульяна, куда ты смотришь? Я ведь с тобой говорю…
— Откуда вы узнали, где меня искать? — спрашиваю угрюмо.
— Каролина сказала, ты работаешь в ресторане «Сапфир», — подмечает свекровь с важным видом.
Дочь, предательница! Она же вроде как за меня. Или просто так сказала бабушке?
Делаю отчаянную попытку от нее отвязаться:
— Может, поговорим как-нибудь в другой раз? —
В конце концов, не могу же я послать бабушку своих детей. Как бы сильно мне сейчас этого не хотелось.
— Ты спешишь на работу? — наконец доходит до свекрови.
— Да, спешу, поэтому я бы попросила вас, Каролина Ваановна…
— Пять минут, — просит она. — Сядь в машину, поговорим, и побежишь на свою работу.
Она снова мне улыбается, но улыбка меняет тональность, если можно так выразиться. Она больше не дружелюбная, скорей уж язвительная и требовательная, взгляд у свекрови соответствующий.
Ведь не уйдет же!
— Пять минут, — говорю ей.
И все-таки сажусь на пассажирское сиденье спереди.
Каролина Ваановна возвращается в салон
— Я приехала сказать тебе только одну вещь… — тянет она с умным видом.
Дамы и господа, делаем ставки, что же это будет за вещь такая.
Дать Миграну развод? Не сметь претендовать на имущество? Оставить ему всех детей? Почку? Печень? Селезенку?
Выдержав театральную паузу, Каролина Ваановна выдает:
— Ты обязана вернуться к моему Миграну. Он ведь без тебя пропадает! Сделай это немедленно, чтобы как можно меньше последствий…
Честно сказать, я ожидала услышать от свекрови что угодно, кроме этого.
— Вы не рады, что мы разводимся? — хлопаю ресницами. — Я же вам никогда не нравилась!
— Пф-ф-ф… с чего ты это взяла? Я ведь всегда очень хорошо к тебе относилась, Ульяночка!
— Правда? — вырывается у меня.
В памяти моментально всплывают все ее подколки и подзуживания, критика моих блюд, того, как я воспитываю детей, как глажу рубашки Миграна, как сервирую стол.
— Конечно, правда, — отвечает свекровь. — Ты мне семья. И, кроме того, ты, милая моя, не имеешь ни малейшего понятия, как я себя веду с людьми, которые мне НЕ нравятся.
Нервно икаю, представляя себе эту картину.
Каролина Ваановна тем временем продолжает:
— Из тебя получилась очень даже годная жена для моего сына. Я, конечно, не ожидала этого, когда он привел тебя в дом. Но… Иногда любой человек может ошибиться, я это признаю.
Пожалуй, за все время нашего с Миграном брака я впервые слышу от свекрови хвалебные речи в свой адрес.
Переспрашиваю с удивленным видом:
— Так вы считаете меня достойной женой вашего сына?
— Конечно, считаю, — кивает она. — Поэтому и хочу, чтобы ты немедленно вернулась к моему мальчику.