Диана Рымарь – Подарок под елочку (страница 21)
— Помнишь, месяц назад ты попросила меня установить тебе все приложения на новый телефон? — усмехается он. — Сама сказала свой ПИН-код.
— И ты залез в мой банковский аккаунт? — Не верю собственным ушам.
— Ты сама виновата, нельзя везде ставить одинаковый ПИН-код, Лиль. Да, залез, чутка полистал. — Он пожимает плечами с таким видом, будто речь идет о чем-то само собой разумеющемся. — Не вижу в этом ничего плохого, потому что ты моя жена.
Кто бы знал, как меня бесит такое его поведение. Лазил везде, вынюхивал, контролировал, гад! Но как ловко он уходит от ответа, переводит стрелки.
Я — идиотка, которая дружила с коброй, а он-то вообще с ней спал!
— Но почему ты мне не сказал с самого начала, что встречался с моей подругой до женитьбы? — упрямо выпытываю ответ. — Вы же ребенка чуть не сделали еще год назад! Зачем эти тайны, чтобы ты дальше мог с ней спокойно спать, так получается?
Кирилл тяжело вздыхает, проводит ладонью по лицу:
— Ну и выводы у тебя… Но на самом деле все просто. Я знал, что будет, если выпущу этого джинна из бутылки. Но начнем с начала — когда мы с тобой познакомились, я и сам не знал, что ты ее подруга. Анька никогда не была моей девушкой в полном смысле этого слова. Я с ней спал, да, но на этом все. И однажды она заявила, что залетела. Я в любом случае не собирался на ней жениться и выдохнул с облегчением, когда она потеряла ребенка. Потом познакомился с тобой, и…
— Ты врал мне всю нашу совместную жизнь! — Сжимаю кулаки.
— Не бросайся громкими словами, Лиль. — В его голосе появляются привычные командные нотки. — Когда я понял, что вы подруги, настоятельно порекомендовал Аньке держать язык за зубами. Потому что не хотел, чтобы она лила тебе в уши гадости про меня. Стала бы ты со мной встречаться, если бы знала, что я бросил твою подругу после выкидыша? Ни хрена бы не стала. Особенно если учесть, как эту историю могла тебе преподнести эта сука… Я решил не рисковать, вот и все. Пытался минимизировать ваше общение.
— Лучше бы ты свое с ней общение минимизировал! — выкрикиваю на эмоциях.
— Я не общался с ней, — холодно отвечает он. — Аня мне глубоко неприятна.
— Но это не помешало тебе с ней спать все это время! — возмущаюсь я. — Ты… ты…
— Это было всего раз, в поездке. Два месяца назад. Случайно. — Он говорит это таким равнодушным тоном, словно речь идет о погоде. — Не повторялось и не повторится. Все, успокоилась?
— Я не верю тебе! — Слезы наконец прорываются наружу. — Мы с тобой ребенка год делали… Год! А тут ты с ней разок туда-сюда, и готовый положительный тест?
В этот момент я прикусываю язык так сильно, что становится больно. Сама себя сдала с потрохами про беременность!
Не то чтобы я собиралась держать это в секрете до конца своих дней, однако сейчас говорить уж точно не собиралась. Не в таких обстоятельствах.
Но…
Кирилл, кажется, не понял того, что я только что проболталась. Или делает вид, что не понял.
Он смотрит на меня скучающим взглядом и говорит:
— Я отведу ее к гинекологу, выясню, беременна ли на самом деле. Если так, то сделает аборт. Тебя эта ситуация никак не коснется. Ты мне родишь своего, и мы будем его спокойно воспитывать. А теперь, когда все обсудили, поехали домой. Поздно уже, мне завтра на работу.
Ему даже не жаль.
Он не подумал даже попытаться извиниться.
Ну конечно, чего время терять на всякие там извинения? Уже ж ведь поздно, его величеству завтра на работу…
— Мы еще даже не начали ничего обсуждать! — Смотрю на него возмущенно.
— Лиля, я устал. — Кирилл поднимается с табуретки. — У меня был сложный день и не менее сложный вечер. Поэтому хватит выеживаться. Ты сейчас успокоишься, прикусишь язык, включишь мозг и наконец сообразишь, что в случае нашего разрыва теряешь конкретно ты. А потом поднимешь свою задницу и пойдешь со мной. Я забираю тебя домой, и на этом точка.
— Я не вернусь домой! — кричу я, тоже вскакивая.
Наконец с его лица слетает скучающее выражение. Глаза становятся жесткими, а цветом почти кобальтовыми в слабом освещении кухни. Он делает шаг ко мне, и я инстинктивно отшатываюсь.
— По-моему, я тебя нехило так избаловал, — рычит он низким голосом. — Лиля, на тебе то, Лиля, на тебе се… Вот тебе ПИН-код от моей карты… Охренела малость. Я говорю последний раз — развернулась и пошла на выход!
— Это ты охренел! — отвечаю я, не отступая. — Ты изменяешь мне и еще смеешь на меня орать, права качать… Я не поеду с тобой никуда!
Его лицо искажается злостью.
— По-моему, кому-то пора преподать урок, — произносит он медленно, зловеще. — Хочешь быть гордой и независимой… Что ж, хорошо. Поживи немного сама в этих барских хоромах, прочувствуй… А когда наживешься, я жду тебя дома с извинениями.